Истребитель «Родина» - Евгений Прошкин

– Прежде чем органы сертификации одобрят новое средство, оно должно пройти тщательную проверку, – заметил ведущий.

– Безусловно, – с готовностью отозвался врач. – В исследованиях участвовало шесть независимых клиник и более тысячи добровольцев. Состояние каждого из них, – он поднял указательный палец, – значительно улучшилось. Ни в одном случае побочных эффектов не выявлено. Результат впечатляющий.

– Нельзя не согласиться. – Ведущий выразил приятное удивление. – А сколько длились эти испытания?

Доктор чуть замялся:

– Двенадцать дней.

– Двенадцать дней? Вам не кажется, что этого недостаточно?

Журналист заранее знал, что ему ответят, и это бросалось в глаза.

Андрей раздосадовано присел на диван и открыл вторую банку пива. Вряд ли телевидение деградировало за последние пять лет, скорее, это он отвык от условностей. Интервью разыгрывали, как пьесу.

– Представители Миссии вручают вам совершенно новый препарат, – продолжал ведущий, – и вы сразу… то есть, почти сразу, через полторы недели, признаете его годным к употреблению?

Доктор мягко усмехнулся.

– Ваш скепсис обоснован, полторы недели – срок некорректный. И мне нечего возразить. Кроме одного. – Тут последовала пауза, в течение которой зрители должны были прекратить жевать и сгрудиться у мониторов. – Новое лекарственное средство действует, – торжественно объявил мужчина в белом халате. – Оно уже излечило тысячу человек. Я имею в виду добровольцев, участвовавших в экспертизе. Это факт: они больше не страдают диабетом. Представители Миссии… нам неизвестно, откуда они прибыли, и даже неизвестно, с какой целью. Мы можем подозревать их в злонамеренности, но давайте все-таки будем реалистами, давайте судить по делам. Они высадились на Земле, и это значит, что их цивилизация серьезно опережает нашу. В противном случае, не они бы к нам прилетели, а мы к ним. – Доктор повысил голос, придавая фразе некоторую вопросительность, и ведущий степенно кивнул. – То, что я сейчас скажу, может кого-то ударить по самолюбию, но сказать иного я не могу. Существует этика, как врачебная, так и общечеловеческая. – Он ненадолго задумался. – Позволю себе одну аналогию. Вдоль реки, в относительно комфортных условиях, расселилось племя дикарей. Эти люди живут своими представлениями о мире, и они по-своему счастливы, но… ангину они лечат заклинаниями, диарею – жертвоприношением, а повышенное артериальное давление – плясками у костра. Турист с обычной аптечкой способен избавить их от многих бед. И этот турист, как человек гуманный, просто обязан предложить аборигенам помощь. Другое дело – примут ли они ее. Вот об этом мы с вами и говорим, не так ли?

– Иными словами, вы призываете не уподобляться дикарям?

– Не уподобляться дикарям недоверчивым и глупым, вот к чему я призываю. Не искать в аспирине демонов, даже если нам не ясно, что такое аспирин и как он действует. Это, в конце концов, наши проблемы.

– Убедительно, – оценил ведущий. – Тогда последний вопрос. Все, что вы сказали о дикарях… Следует ли из этого, что нашей медицине так же непонятен принцип действия нового препарата?

Доктор молча развел руками.

– Большое спасибо, это было интервью с директором центра новейших…

– Сеть, звук «ноль», – бросил Андрей.

Сравнение с дикарями его не то чтобы обескуражило… ему было безразлично. Не понравилось ему другое: то, как часто люди стали сравнивать себя с танцующими вокруг костра придурками. Вот и Канунников толковал о том же. Майор Госбеза, завербованный гадами, и функционер от здравоохранения – что у них может быть общего? Ничего, кроме отношения к действительности.

Андрей механически глотнул и уставился на банку. В мозгу вдруг что-то оформилось, простое и крайне обидное. Понимание того, какая позиция внедряется в массы. Все та же, о которой говорил Канунников: коленно-локтевая. Да еще с прогибом.

Честь – в обмен на горчичник. Независимость – за пузырек йода.

– Сеть, программа «три», – чуть слышно произнес Андрей.

Монитор перешел на другой канал. Двух часов ему оказалось достаточно, чтобы кодифицировать речь нового жильца и научиться реагировать даже на шепот. Аппаратура в отеле стояла хорошая, плохой при таких ценах быть не могло. Андрей не экономил, хотя поселился не в люксе – привлекать внимание было ни к чему.

– Как сообщает пресс-служба Федерального Бюро Расследований, в последнее время на территории Северной Америки активизировались представители ряда тоталитарных сект, в частности пресловутой «Церкви Последней Истины». Авторитетная комиссия провела тщательное расследование и установила безусловно деструктивный характер данного культа, а соответственно и противозаконность деятельности «ЦПИ». В связи с этим федеральными агентами были приняты необходимые меры по пресечению…

– Программа «четыре», – сказал Андрей.

– Информация от Объединенного Космического Агентства, – сообщила дикторша. – Завершено строительство первой транспортной пары. Корабли-близнецы «Аполло» и «Союз», названные в честь легендарных предшественников, будут готовы к старту в ближайшее время. Напомним зрителям, что полет к Виктории продлится около семнадцати лет, и в связи с этим…

– Да вы спятили! – сказал Андрей в монитор. – Сеть, отбой. – Зажмурившись, он поставил банку на стол и стиснул виски. – Какая, на хрен, Виктория? Вы Землю-то защитить не в силах. На кой вам вторая планета? Тоже сдать гадам?

Андрей вдруг выпрямился и посмотрел на погасший экран. То, что пришло ему в голову, казалось важнее всего того, о чем он думал прежде.

Гады – зачем они здесь? Явились, сыграли мышцой – нехило, между прочим, сыграли – и… принялись одаривать аборигенов. В Сети говорили, что Миссия передает фармацевтическим компаниям все новые и новые спецификации, требуя за лицензии смехотворно мало. Лекарства обещают быть дешевыми, а объем продаж – колоссальным. Если бы гады пожаловали на Землю, чтобы наладить бизнес, это было бы логично, но…

– …чертовски глупо, – закончил вслух Андрей.

Пришельцам нужна территория. Не фантики с мордами чужих исторических лиц, а пространство, на котором можно жить. При этом поблизости от Земли существует планета со сходными условиями, но они прибыли сюда. Или там они тоже высадились? Но почему гады не скажут прямо: «лететь никуда не нужно, мы все давно заняли»? При их влиянии на Объединенное Правительство достаточно было выразить сомнение. К гадам прислушаются, их шепот услышат. Раз уж они «берут в аренду» целый крейсер… да в конце концов, кто им мешает превратить стартовый комплекс в озеро лавы? Если они не захотят, чтобы люди отправились к Виктории, полета не будет.

Андрей тяжело вздохнул, посидел с минуту неподвижно и сказал, снова вслух:

– Как будто у меня дел других нет. Выбрали Президента? Вот он пусть и чешется. А я что?.. Да я вас всех продал.

Он поднялся и перешел в другую комнату, где видел мобильный терминал. Рухнув в глубокое кресло, Андрей положил блок на колени и откинул крышку. Задумчиво поводил пальцем – не прикасаясь, лишь примериваясь. Сеть – давно предсказанный шаг в объединении электронных средств коммуникации, – хвалили даже гады. И это они, пришельцы, впервые показали Андрею, как пользоваться терминалом. Не говоря уже обо всем другом, что они ему дали.