Мы - были! Путь - Иар Эльтеррус

Странные сияющие башни на горизонте привлекли внимание первосвященника, и он позволил себе почти незаметную стороннему взгляду улыбку. Да, все слышанное ранее о странности и чуждой, пугающей красоте миров ордена, оказалось правдой. Не просто правдой, а шокирующей правдой. Шокирующей настолько, что хотелось проснуться. Самого отца[2]Симеона не особо пугала эта бросающаяся в глаза чуждость, но она вызывала настороженность. А у недалеких людей – и ненависть. И это здесь, на одной из планет, которые сами аарн называют пограничными. Что же тогда, интересно, происходит на их внутренних мирах? Насколько они чужды?

Впрочем, аарн, как и все прочие, вполне способны пускать пыль в глаза. Так это или нет, отец Симеон не знал, но на всякий случай почти перестал обращать внимание на непонятное и необъяснимое. Святые отцы из его свиты продолжали испуганно осенять себя знаками Благого Круга и тихо бормотать молитвы. Первосвященник скривился – страшно не хотелось брать с собою эту свору идиотов, но куда деваться… При его положении в Церкви отец Симеон не мог позволить себе наносить официальные визиты без соответствующей свиты.

Старик снова вздохнул и посмотрел на направляющихся к нему аарн. Люди ордена подходили не спеша, их знаменитая черно-серебристая форма переливалась в голубых лучах солнца планеты Ирлорг. Они появились из вертящейся воронки гиперперехода, снова вызвав испуганные возгласы свиты. Симеон поморщился – и почему в Церкви наверх выбивается в основном дурачье? Не всегда, правда, взять хотя бы отца Дирама, или его самого, но редкие исключения только подтверждали правило. К сожалению.

Но не все таковы, какими кажутся. Сколько самому во времена оны пришлось притворяться идиотом, чтобы не вызвать настороженности у начальства. Так что, кто знает, возможно, многие из кардиналов, наступающих в последнее время на пятки первосвященнику, куда умнее, чем он думает. Вероятнее всего, так оно и есть. Но времени на отвлеченные мысли не осталось. Отец Симеон снова вздохнул и перевел взгляд на подошедших почти вплотную аарн. Люди ордена коротко поклонились.

– От имени ордена Аарн и лично Командора Илара ран Дара мы приветствуем Ваше Святейшество и всех ваших сопровождающих на Аарн Сарт.

Приветствовала первосвященника очень красивая молодая женщина. Но ее красота была холодной красотой кэ-эль-энахской аристократки. Длинные платиновые волосы заплетены в тугую косу, небрежно переброшенную через плечо, мертвенно-надменное лицо пугало своей неподвижностью. А глаза… Отец Симеон вздрогнул от вида мертвых, болотных глаз зомби. Он снова заставил себя поднять взгляд и коротко кивнул своим мыслям. Эта женщина в самом деле родом из Кэ-Эль-Энах, аристократка и, судя по бриллиантовому узору на правой щеке, не менее чем светлая княжна.

Быстро перебрав в памяти известные случаи ухода аристократов княжества в орден, он почти незаметно усмехнулся. Каждый такой случай был скандалом в высшем свете и муссировался инфостудиями не один год. А уж молодая и красивая женщина за последние двадцать лет ушла только одна. Младшая и любимая из пяти дочерей правящего до сих пор великого князя, который из-за поднявшегося скандала едва не лишился трона, да и лишился бы, если бы орден не перестрелял из каких-то своих соображений князей Совета Кланов. Да, что и говорить, скандал после всего случившегося разразился грандиозный. Княжна тоже хороша – никто даже не подозревал, что у нее в голове бродят мысли о чем-то подобном.

Знатную шутку она сыграла с собственной семьей – выкрикнула Призыв прямо на балу, устроенному по случаю ее же помолвки. А что началось во дворце, когда туда вломились «Ангелы Тьмы», рассказать было бы очень трудно. Каждый свидетель описывал это событие по-своему, все сходились только в одном – аарн плевать хотели на все и всяческие условности в среде аристократии, они без лишних слов забрали истерически хохочущую княжну и были таковы. Естественно, что при столь значительном светском событии присутствовала масса журналистов и инфооператоров, для которых скандал в благородном семействе обернулся буквально манной небесной, не говоря уже о случившемся позже – убийцы почему-то не тронули ни единого инфера, чуть ли не красуясь перед ними.

Очень странно выглядело возвращение «Ангелов» и учиненная ими кровавая вакханалия. Причем, действовали убийцы совсем не так, как обычно действуют легионеры ордена, да и оружие у них оказалось слишком примитивным для аарн.

Отец Симеон, который тогда был еще только епископом, немало посмеялся вместе с друзьями над отчаянными воплями аристократии, призывающей к мести и священной войне с орденом. Ведь любому более-менее здравомыслящему человеку было ясно, что орден в этом «избиении младенцев» не замешан никоим образом. Что вторжением аарн воспользовался сам «старый ворон», как порой именовали правящего князя.

Даже сейчас первосвященник не смог удержаться от улыбки при воспоминании о поднявшемся после случившегося переполохе. Он полностью одобрял действия Равана VI, избавившегося от ретроградов из Совета Кланов.

– Я рад приветствовать орден Аарн и Командора Илара ран Дара! – поклонился он княжне. – А также приветствую вас, Ваше высочество.

– Уже много лет, как я не высочество, – приподняла уголки губ молодая женщина. – Я Лиэнни Т’а Моро, лор-капитан легиона «Ангелы Тьмы», орден Аарн. И не более.

На мертвом лице улыбка смотрелась жутковато, и отец Симеон даже вздрогнул. Он не понимал, для чего аарн нужны эти мертвые маски, ведь такими они были далеко не всегда. Когда первосвященник смотрел на них издали, то видел живых и абсолютно счастливых людей. Но стоило к ним приблизиться кому-нибудь из чужаков, как любой аарн мгновенно становился похожим на живой труп. Зачем им это? Неужели не понимают, что из-за такого отношения к другим людям их ненавидят еще сильнее? Ладно, это их дело, в конце концов. И стоит запомнить, что называть великую княжну ее высочеством не нужно, она, похоже, не любит вспоминать о прошлом.

Странно, что Командор послал встречать Первосвященника Церкви Благих именно ее. Не мог же Илар ран Дар подумать, что он не узнает княжну? Конечно не мог. А значит, здесь какой-то пока непонятный ему план. Надо будет подумать о том, какие выгоды это может принести ордену. Навскидку ничего в голову не приходило, и первосвященник отодвинул этот вопрос в дальний угол сознания, чтобы подумать на досуге.