Шестеро против Темного - Юлия Фирсанова

– Как и положено всякой уважающей себя нечисти, это в любой сказке написано! – согласилась Элька, ласково потрепав лошадь по гриве, и выпрямилась в седле.

Девушка очень гордилась тем, как быстро она освоила новый для себя способ передвижения. Это вам не какой-нибудь спортивный велосипед! Даже придира и вредина Гал считал, что она держится на лошади неплохо. Впрочем, начавший ездить в седле и держать в руках оружие едва ли не раньше, чем говорить (этим талантом он пренебрегал до сих пор), воин не видел в умении Эльки ничего сверхъестественного, такого, за что ее стоило бы похвалить.

– Старые Пути! – осенило Минтану так резко, что она натянула поводья кобылки. Лошадь обернулась к всаднице с очевидным вопросом в карих глазах: «Куда изволим ехать, хозяйка, если сюда ехать передумали?»

– Что это? – Гал не видел такого названия в картах «Дорожного атласа». Но не только оборотень, а и Нал смотрел на дану со смутным удивлением, словно ее слова что-то напоминали ему, но вот что… Воин никак не мог ухватить мысль за хвост.

– Хрялки могли попасть в Луговину, если прошли через Старые Пути – это подземные ходы свернутого в петли пространства. Очень опасные, давно заброшенные, построенные великими данами прошлого. Но, может быть, кое-где по этим дорогам еще можно пройти, если ты достаточно безумен, чтобы на такое решиться, или никогда не был жив по-настоящему, как мордодрал, – рассказала Минтана, вцепившись в поводья так, что побелели костяшки пальцев. Обладай женщина силой Эсгала, разорвала бы упряжь в клочья.

– Любопытно, – прокомментировал Лукас, обожавший оригинальные магические творения и при случае старавшийся непременно осмотреть местные достопримечательности. В ожидании дальнейших пояснений он послал коня чуть вперед, чтобы лучше слышать речь волшебницы.

– Ты была там? – догадалась Элька, слишком уж эмоционально окрашенным был рассказ даны.

– Один раз, еще послушницей второго круга, – призналась Минтана неохотно. – Мы с подругой вычитали в старинном учебнике с кафедры Столпа Зинора заклятие, открывающее проход из Твердыни в Старые Пути, и стащили из музея печать-ключ от Врат. Тот участок Путей был совсем разрушен, далеко мы не ушли, но магические факелы, с которыми пришли, быстро потухли. Потом Пилар оступилась и где-то потеряла ключ, без него мы не могли найти арку Врат и выбраться назад. Прежде, чем меня отыскали даны Твердыни, прошло двое суток. Моя подруга оттуда не вернулась, что-то шуршало во тьме, я слышала ее крик… а потом тишина и снова шуршание, шуршание, шуршание… Потом в наказание я семь восьмидневок полола колючие сорняки на пустыре за Твердыней, но никогда в жизни я так не радовалась этому занятию. Я была готова делать все, что угодно, только делать это на солнце. По ночам меня долго преследовали кошмары, шорох и темнота, – с посеревшим лицом, но намеренно бесстрастным тоном поведала компании свою историю Минтана.

– Судя по всему, эти Пути – мерзкое место, как раз под стать хрялкам, – сделала вывод Элька. – И как ты после всего этого с ума не сошла?!

– Иногда, мне кажется, что сошла, – коротко улыбнулась колдунья, на мгновенье запрокинув голову к небу.

– Мне тоже, – протянул Нал и усмехнулся, вспоминая что-то свое, они обменялись с напарницей понимающими взглядами.

– Значит, вы полагаете, что поблизости может находиться проход в Старые Пути? – не заостряя внимания на кошмарных деталях, спросил Лукас.

– Да, я знаю это, – кивнула Минтана, оправляя юбку, чтобы чем-то занять руки. – В лесу, как раз южнее Луговины Эда. Круг из белых каменных столбов.

– А, Каменные Истуканы, – сообразил, о каком именно месте говорит его спутница, защитник.

Минтана кивнула и закончила:

– Нам стоит проверить то место, и если хрялки действительно использовали Старые Пути, сделать все возможное, чтобы запечатать Врата или просто разрушить их!

– Если пойдем к Каменным Истуканам, – практично заметил Нал, – срежем лесом кусок пути до Кируна, а там и до большого тракта – прямой дороги в Твердыню – недалеко. По-любому хорошо выходит!

– Отлично, показывайте дорогу, – предложил Лукас, и вскоре компания свернула с большака на лесную тропу, указанную зорким рыцарем, истинным знатоком спортивного ориентирования.

Может, потомок древних королей, проклятых грехом азарта, и не стал великим властителем Мандраманндрилиса, но зато Алторан приобрел вполне приличного воина и следопыта. Вокруг было довольно мокро, но осенние дожди еще не успели сделаться затяжными, чтобы превратить все стежки-дорожки в непроходимые топи. Под копытами лошадей влажно чавкала пока зеленая трава и желтые листья, капли, задержавшиеся на листве после дождя, орошали незваных гостей, но значительных неудобств не доставляли. Только Элька брезгливо морщилась, снимая нити-паутинки с волос, а потом сдалась и накинула капюшон. Сами по себе ловчие узорчатые сети маленьких трудяг даже восхищали ее, но ощущение паутины на лице девушка терпеть не могла. Эта было единственной мелочью, досаждавшей ей в осеннем лесу любого из миров. Даже комары и прочий гнус, с хищным гулом набрасывающийся на всех приятелей, выбиравшихся с Элькой в лес на прогулку или за грибами, обычно не кусал хаотическую колдунью на Земле. Может, не считал съедобной? А пока отвлекшие «огонь» на себя друзья, чертыхаясь, выливали на одежду и тело не один флакон «Тайги» и отбивались от комаров, Элька наслаждалась природой и заполняла корзинку отборными молодыми опятами и поздними подберезовиками.

– Эй!!! – Макс ворвался в зал совещаний, энергично потряхивая бутылкой из-под газировки. – Вы только поглядите!!!

– А что интересного в пустой бутылке? – поглаживая крыса, полюбопытствовал Рэнд, косясь на взволнованного ученого.

– То, что она пустая! – снова встряхнув емкость, воскликнул Шпильман, столь возбужденный, что густая вечно растрепанная шевелюра почти стояла дыбом.

– Макс, объясни! – мягко попросила Мирей.

– …! …? …!!!! … – начал тараторить юноша, но из набора диковинных слов, вываленных им на команду, никто ничего не понял. Бедное заклинание универсального перевода не справилось с ворохом научных терминов, нанизываемых один на другой в бешеной последовательности.

– Максик! – поспешно нажав на перстень для конспирации, жалобно взвыла Элька, чувствуя себя не умнее лошадки под своим седлом и опасаясь, что голова ее сейчас лопнет от горы диковинных слов. – Мы тупые! Мы очень тупые, нет, мы очень-очень тупые! Объясни на пальцах, учти только, я имею в виду вовсе не дактиль, да как-нибудь покороче!

– Э… Ладно, – почесал лоб Шпильман, недоумевая, что именно показалось друзьям сложным в его элементарном повествовании. Вычленив из своего рассказа суть, гений перевел: – Мордодрал испарился, как только среда из бутылки вступила во взаимодействие с атмосферой дома. Я успел только выяснить, что по существу это создание не материально, а является некой мощной квинтэссенцией мысли.

– Сон разума рождает чудовищ, – перебирая поводья, пробормотала начитанная Элька испанскую поговорку, ставшую темой незабвенного офорта Гойи. – Вот вам и прямое доказательство…