Тень и кость - Ли Бардуго

Я поежилась. Мне было не по себе из-за того, что сделала Женя, но, стоя в зале, полном прекрасных гришей, должна признать, я была ей благодарна. Я все еще не имела надлежащего для этого места вида, но я бы выделялась куда больше без помощи девушки.

– Есть ли здесь другие портнихи? – спросила я.

– Женя уникальна, – ответил он, поглядывая на меня. – Как и мы.

Я проигнорировала небольшую внутреннюю радость от того, как он сказал «мы».

– Почему она не идет с остальными гришами?

– Женя должна быть при королеве.

– Почему?

– Когда ее таланты начали проявляться, я мог дать ей выбор – стать фабрикатором или корпориалом. Вместе этого я развил ее способности и подарил королеве.

– Подарил? Так гриши не лучше рабов?

– Все мы кому-то служим, – ответил он, и я была удивлена резкостью в его голосе. Затем добавил: – Король будет ждать демонстрации.

Я почувствовала, будто меня окунули в ледяную воду.

– Но я не знаю как…

– Я и не жду этого, – спокойно перебил он, двигаясь вперед, когда последние корпориалы в красных кафтанах исчезли за дверью. Мы вышли на гравийную дорожку под исчезающие лучи дневного солнца. Мне стало трудно дышать. Казалось, будто меня вели на казнь. «Может, так и есть», – подумала я со страхом.

– Это нечестно, – сердито прошептала я. – Не знаю, что, по мнению короля, я могу делать, но несправедливо выпихивать меня туда и ждать, что я просто… натворю чудес.

– Надеюсь, ты не ждешь от меня справедливости, Алина. Это не по моей части.

Я посмотрела на Дарклинга. И что я должна вынести для себя из этого? Он опустил на меня взгляд.

– Ты действительно веришь, что я проделал весь этот путь, чтобы сделать из тебя посмешище? Из нас обоих?

– Нет, – признала я.

– Ситуация все равно вне твоего контроля, так? – продолжил он, пока мы пробирались по темному туннелю из веток. Это тоже была правда, хоть и не самая утешительная. У меня не было выбора, кроме как поверить, что он знает что делает. Внезапно меня пронзила неприятная догадка.

– Ты снова меня порежешь?

– Сомневаюсь, что придется, но все зависит от тебя.

Меня это не убедило. Я попыталась успокоиться и замедлить биение своего сердца, но не успела моргнуть, как дорога через парк закончилась, и мы стали подниматься по белым мраморным ступеням в Большой дворец. Пока мы пересекали просторный зал, переходящий в длинный коридор, завешанный зеркалами в золотых рамах, я размышляла, как сильно это место отличается от Малого дворца. Куда ни глянь, я видела мрамор и золото, уходящие ввысь стены белого или голубого цвета, сверкающие люстры, лакеев в ливреях и отполированные паркетные полы, выложенные замысловатыми геометрическими узорами.

Красиво, но чувствовалось что-то утомительное в такой повсеместной экстравагантности. Я всегда полагала, что крестьяне Равки голодали, а армия была вооружена из рук вон плохо из-за Тенистого Каньона. Но когда мы прошли мимо нефритового дерева с алмазными листьями, я уже не была так уверена.

Тронный зал был высотой в три этажа, каждое окно венчалось золотыми двуглавыми орлами. Длинная голубая ковровая дорожка пролегала через все помещение, заканчиваясь у ног придворных, которые собрались у трона на возвышении. Многие мужчины были одеты в военную форму: черные брюки и белые мундиры, обвешанные медалями и лентами. Женщины блистали в платьях из жидкого шелка, с пышными рукавами и глубокими декольте.

Став по бокам от ковровой дорожки, гриши разделились в соответствии со своими орденами. Когда все повернулись ко мне и Дарклингу, наступила тишина. Мы медленно подошли к золотому трону. Король сел ровнее, напряженный от возбуждения. Он выглядел лет на сорок, худой, с покатыми плечами, большими слезящимися глазами и седыми усами. Он был полностью одет в военную форму, сбоку торчал тонкий меч, узкую грудь покрывали медали.

Рядом с ним у трона стоял мужчина с длинной черной бородой. Он был облачен в рясу священника, но на его груди был нашит двуглавый золотой орел. Дарклинг слегка сжал мне локоть, чтобы предупредить, что мы останавливаемся.

– Ваше Величество, мой царь, – проговорил он ясным голосом. – Алина Старкова, заклинательница Солнца.

По толпе прошел тихий ропот. Я не знала, стоит ли мне поклониться или сделать реверанс. Ана Куя настаивала, чтобы все сироты знали, как встречать знатных гостей князя, но почему-то мне казалось неправильным делать реверанс в военных штанах. Король спас меня от грубой ошибки, нетерпеливо подозвав нас рукой.

– Подойди, подойди! Подведи ее ко мне.

Мы с Дарклингом подошли к возвышению. Король тщательно меня осмотрел и нахмурился, его нижняя губа слегка оттопырилась.

– Простовата.

Я покраснела и прикусила язык. Король тоже ничем особо не выделялся. У него почти не было подбородка и вблизи можно было увидеть лопнувшие сосуды на носу.

– Покажи мне, – приказал монарх.

Мой желудок сжался. Я посмотрела на Дарклинга. Вот оно. Он кивнул мне и широко развел руки. Наступила напряженная тишина, его ладони наполнились тьмой – клубящимися лентами мрака, растворяющимися в воздухе. Затем он свел руки вместе с громким хлопком. Из толпы послышались нервные вскрики, когда зал накрыла темнота.

В этот раз я была лучше подготовлена к окутывающей меня тьме, но она все еще пугала. Я инстинктивно потянулась вперед, ища, за что зацепиться. Парень поймал мою руку, его ладонь скользнула в мою. Я почувствовала, как меня охватила та же мощная уверенность, а затем услышала зов Дарклинга, ясный и убедительный, требующий ответа. Со смесью паники и облегчения я ощутила, как что-то во мне начало рваться наружу.

На этот раз я не пыталась бороться. Я позволила этому действовать. Свет затопил тронный зал, окутывая всех теплом и разбивая тьму на черные осколки. Придворные взорвались аплодисментами. Люди плакали и обнимали друг друга. Одна женщина даже потеряла сознание. Король аплодировал громче всех, поднявшись с трона с ликующим выражением лица. Дарклинг отпустил мою руку, и свет исчез.

– Превосходно! – прокричал король. – Чудо!

Он спустился по ступенькам и взял мою руку в свои ладони, поднимая ее к влажным губам. Бородатый священник медленно последовал за ним.

– Моя дорогая девочка, – сказал король. – Моя дорогая, милая девочка.

Я вспомнила слова Жени о внимании короля и почувствовала мурашки по коже, но не посмела выдернуть руки. Тем не менее он вскоре отпустил меня и начал хлопать Дарклинга по спине.

– Чудесно, просто чудесно, – тараторил он. – Пойдем же, мы немедленно должны обсудить наши планы.

Когда король и Дарклинг отошли для разговора, вперед выступил священник.

– Действительно чудо, – сказал он, глядя на меня с пугающим напряжением.