Мужчина не моей мечты - Алиса Ардова

— Я всего лишь хотела почитать. Мои книги остались в родительском доме, вот я и подумала: возможно, в вашей библиотеке найду что-нибудь интересное.

— Интересное? В моей библиотеке? — повторил мужчина с непередаваемой интонацией, в которой смешались изумление, неверие и откровенная ирония.

— Но у вас здесь столько всего собрано. Даже детские книги, — указала на облюбованную мной полку, — вот я и надеялась, что сочинения Трисофа Ластона тоже есть.

— Никогда не слышал об этом… Ластоне.

— Неужели? — Я недоверчиво округлила глаза. — «Прыгнуть в пропасть» самый популярный роман сезона. Лиара, бедная, но гордая аристократка, спасая от нищеты родителей и семерых сестер… — Саллер издал какой-то невнятный звук, и я на секунду замялась. Что, переборщила с количеством горемычных родственников? Ну извините. Зато подвиг «бедной, но гордой» величественней кажется. — Так вот, она пожертвовала собой и вышла замуж за военачальника — баловня судьбы и любимца короля.

— Баловня и любимца? Да, вы правы, жертва поистине огромна, — пробормотал герцог, но я сделала вид, что не поняла его язвительного комментария.

— Мерзкий барон Андлио, намереваясь опозорить бедняжку в глазах мужа, подбросил ей свой платок… Представляете, какой негодяй?

Боже, что я несу?

— И зачем же «мерзкому барону» это понадобилось? — неожиданно заинтересовался собеседник.

— О, тут все просто. Он завидовал военачальнику и собирался разрушить счастье молодоженов, ведь Лиара уже успела привязаться к супругу. Это сначала он был ей неприятен, а потом она оценила его… хм… мужественность, силу, беззаветную преданность трону. А потом его ранили и… В общем, она его за муки полюбила, а он ее — за состраданье к ним. — Саллер скептически хмыкнул, а я, словно не замечая его реакции, вдохновенно закатила глаза. — Так трогательно! Я не успела дочитать дома, а так хочется узнать, чем все закончилось. Удалось ли Андлио осуществить свой коварный замысел? Вот и решила поискать…

— Вы ошиблись, графиня, — сухо перебил герцог. — В моей библиотеке нет ни одного женского романа.

Кто бы сомневался?

— Я уже и сама это поняла. — Передернула плечами. — Жаль, конечно, но зато я нашла кое-что другое.

Перевела взгляд на «Легенды и сказания» и, бережно придерживая их одной рукой, очертила пальцем контуры рисунка.

— Красиво! — выдохнула почти беззвучно. Но мужчина все-таки услышал.

— Да… Я очень любил эту книгу в детстве. — Голос его смягчился. — Смотрите.

Чужая ладонь неожиданно накрыла мою и потянула вверх, приподнимая. Несколько слов на незнакомом языке, легкий перезвон колокольчиков, золотистый отблеск, пробежавший по странице, — и я охнула, едва не выронив тяжелый том. Иллюстрация ожила — обрела объем, дрогнула, задышала…

В лучах заходящего солнца сияла холодная гладь реки, и в ней мелькали серебряные спины рыб. Качались деревья — казалось, еще чуть-чуть, и я уловлю шепот гуляющего в их кронах ветра. Вот с ветки сорвался узорный лист и, медленно кружась, опустился на землю… Высоко-высоко средь облаков на фоне закатного неба четко вырисовывался силуэт стремительно удаляющегося к горизонту огромного черного дракона. А на холме у реки стоял высокий мужчина в длинном плаще и, сжимая золотую рукоять висевшего на поясе кинжала, внимательно следил за полетом ящера.

— Потрясающе!

С трудом оторвалась от чудесного зрелища, чтобы посмотреть на Саллера. Он улыбался.

— Наставник часто «оживлял» для меня книгу, когда я был совсем маленьким.

— А потом?

— Потом я научился делать это сам. — Мою ладонь выпустили, и изображение вновь застыло. — Магистр Халлгерд создал «Легенды и сказания» для магически одаренных мальчиков, чтобы они с ранних лет могли развивать свои способности. Без принуждения, с удовольствием.

— Значит, Трэй тоже так умеет?

Вот зачем я об этом сказала? Настроение собеседника мгновенно переменилось. Взгляд заледенел, в уголках губ застыла мрачная полуусмешка.

— Нет, искра кузена слишком слаба.

— А…

— Не беспокойтесь, миледи, у вашего ребенка все получится. Я научу его, обещаю. — В ровном холодном голосе не было больше и намека на улыбку.

Вообще-то я совсем о другом хотела спросить, но продолжить мне не дали.

— Можете «смотреть картинки», если вам нравится, — бросил герцог небрежно и, отвернувшись, шагнул вглубь библиотеки. Туда, где стояло широкое кресло, а на низеньком круглом столике возле него лежал толстый фолиант в темном переплете.

Некоторое время мы молчали. Хозяин Эрменлейва читал или делал вид, что читает, а я так уж точно притворялась, что любуюсь иллюстрациями. Крепко стиснув ни в чем не повинные «Легенды», украдкой рассматривала профиль склонившегося над рукописью мужчины — забыть о его присутствии никак не получалось. Какое уж тут наслаждение.

Наконец, промаявшись минут пятнадцать, попросила:

— Вы позволите забрать книгу с собой? Обещаю обращаться с ней очень аккуратно.

— Да, конечно, — тут же последовало равнодушное.

— Спасибо, — выпалила обрадованно. — А еще эту и вон ту. — Наглеть — так уж по полной. — Там тоже очень красивые… большие картинки.

Саллер едва заметно кивнул, даже не посмотрев, на что я указала. Вот и замечательно. Схватила с полки географический атлас, «Историю королевства Намарра» и быстро направилась к двери.

— До свидания, ваша светлость.

— Хорошего дня, миледи.

Герцог так и не поднял головы. Не пошевелился.

В полной тишине пересекла зал, взялась за ручку двери, и вот черт дернул меня оглянуться напоследок. Мужчина смотрел прямо на меня, прожигая взглядом. В буквальном смысле этого слова. Черные глаза и шрам на щеке отчетливо выделялись в полумраке гостиной, они будто горели изнутри, подсвеченные рвущимся наружу яростным пламенем.

Как ошпаренная выскочила в коридор и обессиленно привалилась к закрывшейся двери.

Это что сейчас было?

Позади меня, в библиотеке, раздавался грохот, словно на пол роняли что-то тяжелое.

И еще раз…

И еще…

Оставшееся до ужина время я провела за чтением. «Легенды и сказания» магистра Халлгерда с сожалением отложила на будущее — начинать все-таки стоило с истории и географии. А затем до самого рассвета мне снились войны, смуты, дворцовые перевороты и древние короли с героями, упорно выяснявшие, кто из них круче, и делившие между собой захваченные территории, поэтому утром я чувствовала себя немного странно. Но так было даже лучше. По крайней мере этой ночью мне не грезился Петька, не жаловался, как ему без меня плохо и одиноко, не звал к себе, и я не просыпалась в чужой темной комнате от того, что плачу.