Школа - Андрей Минин

— Согласен. Не магия, а шарлатанство, какое-то. — Поддержал его Миша. — Хотя он силён, этого не отнять.

— Что вообще значит волхв? Почему к ним относятся с таким уважением? — Хотел знать Лёха.

— Они служители богов, мудрецы, хранители традиций, пророки, шаманы и целители. — Начал я объяснять. — Их готовят с детства, посвящая в тайны и ритуалы. Беря клятвы и закаляя дух. Лишь достойные — становятся волхвами. Некоторые из них, самые просветлённые способны творить настоящие чудеса, неподвластные даже сильнейшим волшебникам. — Потёр я подбородок. Начала появляться борода и усы. Чешется. — Если случается беда — первыми бегут к ним, зная, что они помогут, не предадут или ударят в спину. Сложно объяснить словами, что они значат для всех нас... Сложно.

— Ещё существуют первожрецы. — Добавил Миша. — Это те, кого сила, оставшаяся, после ухода богов наделила более других, даровав им отменное здоровье, долголетие, красоту и многое другое. Они — это воплощение богов на земле. Таких насчитывается четверо. Имён я не знаю, зато ведаю, кого они олицетворяют. Бога страсти и весны — Ярила. Богиню счастья и красоты — Ладу. Покровительницу, отчего дома — Зимун. И бога хмельной мудрости — Квасура. — Замолчал он и огляделся по сторонам. Не подслушивает ли кто? — Лучше с ними не встречаться. По словам отца — они ещё те мрази. Все из древних родов. Сейчас они требуют, чтобы их именовали полубогами. Просители же, что обращаются к ним за помощью — непременно должны стоять на коленях, головой в пол. Уроды! — Закончил он. Подумал немного и добавил. — Красивыми они были лишь в начале. Потом предались пороку, превратившись в отвратных толстяков. Гордыня, жадность, зависть, злоба, похоть, лень и чревоугодие въелись в их лица.

— Мдаааа... — Помотал головой Лёха. — Ладно, не важно, — взглянул он на время. Мне на урок рун пора. До вечера, — схватил он рюкзак и убежал.

— Я тогда на танцы. Ты со мной? — Хотел завлечь меня в свою секту Миша.

— Неа. Обойдусь, — отказался я от такой чести. Он убежал вслед за Лёхой, только пятки сверкали, я же пошёл на улицу. Воздухом подышать хочу. Подумать.

Прошел мимо стайки красивых старшеклассниц и решил пошалить, щёлкнув пальцами. Поднялся ветер, что задрал им юбки. Как они завизжали, вы бы видели! Парни восхищённо засвистели, захлопали, на свою беду.

— Кто это сделал? — Вопрошала самая бойкая из них, оглядывая коридор и поправляя юбочку. — Кто?

— Этот! — Указала пальцем на пятиклассника её подружка. Логично. Остальные были первоклашками, что не смогли бы обойти защитные обереги на девушках.

— Бей его! — Налетели они на непонимающе оглядывающегося парня в очках велосипедах. Девчата были беспощадны. Жаль его.

— Извиняй, — прошептал я, проходя мимо. Он не услышал. Лежал на полу и ощупывал лицо. Наливающиеся фингалы под глазами, сделали его похожим на панду.

В коридорах было не протолкнуться. К зеркалам очереди. Пришлось идти на лестницу, где меня поджидали. Ведь знал же, что нужно быть осторожней, знал! Нет! Попёрся куда не следовало, да ещё и один. Ёпрст!

— Постой-ка Ворожейкин. — Преградили мне путь двадцатилетние лбы. Шестиклассники. Среди них было сразу двое старост, — оглянулся я назад. Дверь подпирал толстячок, что ухмылялся, подкидывая в руке фамильный кинжал с гербом рода на рукояти.

Девять, крайне агрессивно настроенных ко мне магов. Весело, стал я проговаривать про себя наговоры, защищаясь от сглазов, порчи и проклятий, пока они время тянут. Поговорить хотят. Вот дураки! Надо было бить сразу, тогда у них был бы шанс. Малюсенький, но был.

— Твой род виноват перед нами. Согласен? — Спросил заводила. Высокий паренёк с прилизанными волосами и крысиным лицом. Один из старост. — Так что придётся тебе ответить. — Подошел он вплотную, смотря на меня сверху вниз и кривя губы.

— И как же? — Сморщился я. От него воняло потом.

— Парни хотели тебя побить, но я отговорил. Негоже это первоклашку трогать, так что вставай на колени и целуй мой ботинок. Проси прощения. — Выставил он ногу.

— Ты же староста?! Не боишься, что я расскажу о твоём поведении учителям или директору? — Думал я, как поступить, пока ничего не предпринимая.

— Я из древнего рода Кривичей, не тебе голь перекатная на меня рот открывать, — создал он кнут из огня уже виденный мной и замахнулся. Больше терпеть я не стал.

Бабка у меня ведьма, научила, как осаживать хулиганьё, не причиняя большого вреда.

С руки слетели тридцать рун. Прямо передо мной материализовался дымчатый спрут, висящий в воздухе и ощупывающий пространство щупальцами. Один из парней вскрикнул. Узнал. Видимо часто бывал на лечении у волхвов.

В меня полетели заклятья школьников. Ни одно не долетело. Не зря наговоры накладывал. Всё обратно отскочило. Бедолаги теперь были в гнойниках, с заячьими губами, косыми и без ртов. Они исчезли. На их месте была кожа. Поганое заклятье. Так просто его не снять, ощупывали они лица в страхе и непонимании.

Спрут же, наконец, определился с целями и выстрелил. Парни замерли, обалдев по полной. Специализированное целительское заклятие из арсенала волхвов начало действовать, приступив к прочистке их кишечников. Поделать они ничего не могли, обездвиженные. Просто обошел их, направившись дальше и посмеиваясь. Их ждут незабываемые ощущения, не мог я перестать улыбаться. Давно хотел осадить таких «мстителей», да жалел. Сами нарвались.

И тут мне на голову что — то упало.

— Ай! — Потёр я наливающуюся шишку на голове, подняв тяжёлую каменную табличку, на которой было написано следующее: Андрею Ворожейкину надлежит немедля явиться пред очи директора. — Ну, блин... — Протянул я, оглядываясь по сторонам. Скрытых камер нет. И как только узнали? И минуты не прошло. — Чёрт! — Поспешил я.

— Опаздываем! — Попеняла мне старушка, что была секретарём у хозяина сего заведения, еле встав со стула и пошаркав ко мне. Шла, а кости хрустели, суставы щёлкали, даже газы пустила.

Только вот внешний вид обманчив. Заглянул глубже. Так и есть. Это лишь иллюзия, а на деле она молодая красотка с кофейной кожей и холодными пронзительными глазами.

— Спешил, как мог, — вытер, я пот со лба, не соврав ни вот столечко, судорожно при этом распихивая пирожки по карманам. Перед серьёзным разговором стоило подкрепиться.

— Хм, — хмурилась она всё сильней. Никак не удавалось видимо пробить мою защиту и прощупать. — Не поможешь старой леди? — Протянула она мне локоть, предлагая поддержать её.

— Старой леди бы помог. Тебе нет. — Не повёлся я, на её уловку. При физическом контакте, она бы влёт определила какие амулеты я ношу. Нельзя этого допустить.

Мгновение тишины и ведьма крутанулась вокруг своей оси, сбросив чужую личину.

— Умный?! — Спросила она, недобро меня осматривая. Козявке было лет восемнадцать.

— Не дурак. — Подтвердил я, показав ей язык. Не сдержался. Наглая больно.