Избранница хозяина Бездны - Мария Боталова

Наконец я не выдержала.

— Почему, Рэйлан?

— Ты о чем?

— Почему заботишься обо мне, кормишь? Ты мог поручить это слугам.

— Чтобы еще кто-нибудь решил тебе отомстить? И добить?

Как пощечина. На какой-то миг я словно лишилась воздуха. Не дожидаясь реакции, Рэйлан поспешил прочь из комнаты. Тем более что уже накормил меня, оставалось только подносы унести.

Странное все-таки чувство — быть виноватой вместо другой и принимать на себя заслуженное ею осуждение. Особенно если… Это я вдруг поняла с ужасающей ясностью, но Рэйлан мне на самом деле понравился! И я вовсе не хочу читать в его взгляде задумчивое презрение. Но как быть, если он считает меня своей женой, той еще стервой и тираншей?!

В плохом самочувствии, когда не можешь ни встать с кровати, ни заняться хотя бы чтением книги, потому как руки до сих пор плохо слушаются, есть один плюс. И минус такой же. Появляется куча времени на размышления. С одной стороны, в моей ситуации это на самом деле хорошо. Передышка, чтобы все осмыслить и обдумать, как действовать дальше. С другой стороны, слишком уж невеселые мысли, и спасения от них нет, не на что отвлечься.

Но, пожалуй, все-таки стоит рассмотреть Рэйлана как кандидата во вторые половинки. Вот только не представляю, как можно наладить с ним отношения. С таким-то предубеждением с его стороны. Да Милиана в его глазах — поди, самый настоящий монстр! Особенно теперь, когда слуги дошли до того, что решились ее отравить.

Кстати, о слугах…

Ближе к вечеру, когда Рэйлан ушел достаточно надолго, в спальню ворвалась Тайра и бросилась на колени рядом с кроватью.

— Госпожа, простите! Простите меня, это я во всем виновата!

— Тайра? — У меня от ее воплей тут же голова разболелась. — Что случилось?

— Госпожа… — разрыдалась она. — Простите… Это ведь я виновата. Я жаловалась Лимме, я плакала у нее на глазах, говорила, что не могу здесь больше оставаться. Но это было до того, как появились вы! До того, как я узнала…

— Тайра, успокойся. — Хотелось прикрикнуть, а то мой голос тонул в ее рыданиях, но чтобы говорить громче, нужно приложить усилия. Сил на это все еще нет. — Успокойся, хватит реветь.

— Госпожа-а-а! — взвыла она. — Я виновата! А теперь Лимма… Лимма за меня… такое сделала… и теперь ей…

— Хочешь, чтобы тебя казнили вместе с ней?

Я сказала это тихо, но девушка услышала. И внезапно замолкла. Только тихонечко всхлипывала, во все глаза глядя на меня. Шок — отличное средство, чтобы прекратить истерику!

— Госпожа?.. — испуганно пискнула Тайра. — Ми… Милиана?

— Нет, не Милиана. Это все еще я, — ответила я со вздохом и ненадолго прикрыла глаза. Господи, как утомительно. И все же надо успокоить девушку.

— Ой! А я ведь… я даже не узнаю, если вместо вас… — и перешла на шепот: — Появится прежняя госпожа.

— Ты права. Я что-нибудь придумаю, чтобы ты всегда могла понять, я это или нет. А винить себя не нужно. Тебе было больно и очень плохо. Ты плакала. Это нормально.

— Но Лимма…

— Лимма сделала свой выбор, — жестко оборвала я. — Ты в ее руку пузырек с ядом не вкладывала. Она сама так решила.

— Но если бы не я…

— Тайра, успокойся. Если бы не ты, последней каплей могло стать что-нибудь другое. Сама ведь говорила, что Милиана была распоследней стервой.

— Я так не говорила.

— Но подразумевала. Они все сами сделали свой выбор.

— Но пострадали вы.

Я слабо улыбнулась:

— Оказалась не в том месте и не в тот момент. Но, надеюсь, больше ничего подобного не случится во время моего пребывания здесь. Неуютно как-то… ходить по замку, где на тебя может упасть канделябр.

Очень вовремя вспомнилось, как одна из служанок бормотала в мою сторону всякие проклятия. Вроде бы Лимма — не она. Тайра рыдала перед другой, я их по голосу различаю. А если еще и эта на что-нибудь решится? За Лимму, например, захочет отомстить.

— Что теперь будет, госпожа… — прошептала Тайра.

— Я ничего не могу сделать. Лимма покушалась на жизнь принцессы. Вряд ли здесь возможно смягчение наказания.

— Я понимаю…

Незадолго до сна ко мне зашел лекарь. Проверил самочувствие, сказал, что выздоровление идет как нужно. Я, конечно, поблагодарила за спасение. А еще все это время настороженно смотрела на него. Заметит ли, что в теле Милианы чужая душа? Знал ли он Милиану раньше? Судя по словам Рэйлана, все-таки знал. Но неужели не заметил разницу? Есть ли вообще разница на каком-нибудь там энергетическом плане, или подмена души не чувствуется никак?

Расспросить Тайру я смогла только на следующий день. Ночью муж со мной уже не ночевал, но пару раз заглядывал — я слышала сквозь сон его шаги, чувствовала задумчивый взгляд на себе. Это точно был Рэйлан, я знаю. И на работу он опять не отправился. Разговаривал с королем по магической связи, однако надолго не отлучался. Неужели так переживает за Милиану? Хотя о чем это я. Боится, наверное, как бы меня в столь беспомощном состоянии кто не добил.

Интересно, а король в курсе, что с его дочерью приключилось?

Тайра подтвердила мою догадку. Лорд Докар — семейный лекарь рода дем Тарин, то есть моего мужа. Но вот заметил ли он что-то подозрительное или нет — интересный вопрос. Если что-то заметил, то сообщил Рэйлану, а муж со мной ни о чем подобном пока не заговаривал.

После обеда нагрянули родственники. Для меня это был еще один стресс. И пусть я чувствовала себя чуточку лучше, чем вчера, но притворилась, будто слаба и мне трудно говорить. Так что с подушек не поднималась, смотрела на них из положения лежа, а в середине встречи вообще сделала вид, будто заснула.

Потому как не готова к встрече с ними, не знаю, как себя вести. Но хотя бы посмотрела на них.

Пришли только двое: брат и отец. Мистины с ними не было. В глазах Вемиора, короля, полыхали молнии, но, глядя на меня, мужчина пытался улыбаться, излучал заботу и ласку. Чувствую, Рэйлану предстоит серьезный разговор, ему еще влетит, что не уберег. Дастин тоже ласково улыбался сестре. Даже пообещал принести мне кольцо, которое всегда предупредит, если в поданной пище окажется яд.

Так странно. Сколько я о Милиане слышала, но отец и брат, похоже, ее искренне любят. Думают, будто Милиана — милая и добрая девушка? Или любят ее, несмотря на все недостатки?

Оба, кстати, оказались статными красавцами со светло-русыми волосами, как у самой Милианы. И глаза тоже голубые. Семейное, наверное.

Когда отец с братом ушли, снова заглянул лекарь.

— Как себя чувствуете, леди? — спросил он с улыбкой.

— Лучше.

— Отлично. Тогда лежите, сейчас проведу магическую диагностику…