Пятый факультет - Настя Любимка

— Для кого как, — не смогла удержаться я, — погибнет мир, демиург получит шанс возродиться, а что будет с их созданиями? Куда деваться нам?

— Вы ступаете дорогой Вечности, и однажды ваша душа также обретает новое воплощение, но уже без памяти о прошлых жизнях. И подчиняться вы станете другому демиургу.

— Слишком запутанно, — протянула я. — Получается, даже если погибнете вы, мы все равно будем существовать, воплотившись через множество лет, но в другом мире, в другом олицетворении, и не факт, что вообще магами и людьми?

— Прости, — виновато ответила богиня. — Так устроено мироздание.

— Поэтому вы сказали, что даете мне право выбора? Я могу помочь, а могу отказаться, и когда-то появиться и жить непонятно кем и вдали от тех, кто был мне дорог?

— Сильные, образованные между душами связи никогда не распадутся. Вы бы встретились рано или поздно, но могли приходиться друг другу не обязательно матерью или дочерью, возлюбленными или друзьями.

— Поясните, пожалуйста.

— Все просто. К примеру, ты и Райан — в новом мире вы могли стать братом и сестрой, отцом и дочерью или магом и его питомцем.

— Или травой и деревом, растущими в одном саду, — мрачно продолжила за нее.

— Прости.

Можно подумать, оттого, что ответственная за наши жизни богиня извинится, что-то изменится. Если бы все было так легко, вряд ли бы состоялся этот разговор и на мою долю вообще выпали испытания.

— Что было дальше? Вы ведь не сразу поняли, что произошло?

— Не сразу, верно. О том, что произошло, я узнала, когда решила объединиться с Велиаресом. Я почувствовала в нем родство — крохотную частичку, то, что осталось от демиурга, его истинную суть. Ведь он, как и я, обладал даром Жизни.

Я мысленно воспроизвела информацию, полученную от Мартины. Перед тем, как произошло то, о чем говорила богиня, Велиар наращивал мощь, а демиург торговалась с той, которую изначально хотела получить в свой мир. Если, конечно, Мартина не солгала.

— Прежде чем я раскрою события Кьяреса и того, что случилось со мной, я хочу, чтобы ты узнала судьбу моей пары.

«Зачем?» — хотела спросить, но не стала. Раз считает, что это важно, постою, послушаю. Словно у меня есть выбор.

— В отличие от меня, он сумел достичь гармонии в своем мире. Не сразу, допустив множество ошибок, но сумев их исправить. И только благодаря ему у моего мира, а также у всех, кто его населяет, есть шанс на существование и благополучное разрешение всего, что я натворила своей самонадеянностью.

— Это та самая связь между вами? Получается, что за счет его мира наш еще существует?

— Правильнее будет сказать, что мой мир и мир моей пары — это один мир, поделенный на два.

— А можно подробнее? Все-таки два мира или один?

— Если брать сейчас, то вообще три, не забывай о выходцах из Драгонарии. — Мне почудилось, или в голосе богини проскользнул сарказм? — Но в результате или не останется ничего, или будут два, связанных между собой. Если ты согласишься помочь и у нас все получится, тогда будет возможно путешествовать между мирами, правда, только с Длэрлайда на Кьярес и с Кьяреса на Длэрлайд. А также в те миры, что создадим мы с моей парой, но так далеко я не загадываю.

Ничего себе. Путешествия в другие миры. И это почти реальность. Осталось узнать условия, при которых подобное станет возможным!

— Как я и говорила, я допустила непростительную ошибку, решив, что сумею перечить мирозданию, отказавшись от своей пары. А он не сразу справился с моей ненавистью и горькой обидой на всех, кто владеет даром Жизни, не дав своему сыну создать союз с иномирной магиней. Однако он преодолел барьер из предубеждений, что выстроила я, и теперь крепко держит Кьярес, не давая тому раствориться в небытии. Но это не может длиться вечно. Мы на самом краю.

— Что нужно сделать? — я не выдержала и задала прямой вопрос.

— Вернуть утраченное, — отчетливо вздохнула богиня. — Моя сестра и ее пара должны вернуться к своим воплощениям, я — получить свое тело, и тогда моя пара сумеет восстановить порядок с умершими душами, пустив их на дорогу Вечности, дав перевоплотиться здесь, а не уйти в подчинение к другому демиургу. Сейчас из-за сестры он не может попасть на Кьярес. Два бога, имеющих одинаковый дар, на территории сотворенного мира неизбежно приведет к гибели этого мира.

— А когда вы вернете свои тела, сможет?

— Конечно, потому что сестра и ее пара покинут Кьярес.

— Что-то я в этом сомневаюсь. А не будет ли так, что ваша сестра, получив свое, решит остаться? Какая ей в сущности разница, где жить и кем управлять?

— Это мой мир! — гневно заметила богиня. — Мой и…

— Общий, — отчеканила я. — Сами же сказали, что, по сути, тут переплелись три мира и четыре творца.

Я всегда умела слушать, правда, не всегда быстро анализировала полученную информацию. Сейчас у меня с этим проблем не было. Возражений не последовало. Кажется, кто-то совершенно не изменился. Как был самоуверенным, так и остался. Хотя рано еще судить.

— Ей это не выгодно, — наконец изрекла демиург. — Сестра, как и я, признала свою ошибку, Хейли. Ты можешь мне не верить, но это так. От нашей взаимной ненависти давно не осталось следа. Мы обе загнали себя в ловушку, для осознания которой нам потребовалось слишком много времени.

— То есть сейчас она все поняла и согласна исправить? Только если это так, — я на миг задумалась, — стоп, если ей тоже нужно вернуть тело, то где она сама и как собирается участвовать в спасении Кьяреса?

— Она, так же как и я, разбита на осколки, Хейли. К сожалению, этому поспособствовала я, когда желала объединиться с Велиаресом. Вместо того, чтобы вырвать из лап тьмы частичку поглощенного демиурга, я усилила его власть над сестрой и лишила ту физической оболочки.

Откровенно говоря, не совсем поняла. Наверно, богиня это осознала и торопливо начала объяснять:

— От меня не осталось тела, Хейли. Ты сейчас видишь лишь свет. Тот самый, что поддерживает этот мир, дает ему право на существование. Мартина ошибалась, говоря, что сердце мира — это отдельная субстанция. Это я. Самая большая часть того, что от меня осталось. Блуждающие стихии — тоже я, ваша магия — моя, естественно, за исключением Велиареса, Мартины, демонов и прочих порождений — там властвует сестра. За счет этого мы еще существуем и боремся. Сестра помогает, поддерживает меня и мой свет, не дает ему погаснуть, хоть раньше она и пыталась действовать самостоятельно. Но мы быстро поняли, что должны объединить наши усилия. — Богиня запнулась, наконец сообразив, что не пояснила, а еще больше меня запутала. Она явно взяла паузу, чтобы подобрать правильные слова. — Мартина утверждала, что обольщающие горгоны — это все, что осталось от меня. Но это не я, это моя сестра. Ненависть — это обоюдоострый камень, Велиарес ненавидит ее, Хейли. Пусть и не хранит память о том, что сделала его пара, пусть и давно стал совершенно другим существом, пройдя путь от демиурга и человека до призрака, а после и демона.