Сильнее меня - Елена Шторм

Но о чём бы я ни переживала, вокруг на удивление тихо. Я спокойно работаю с бумагами пару часов — а потом ко мне заходит секретарша и приносит новые.

— Это вам передали от лорда Войера.

Я моргаю. Гляжу на увестистую папку в её руках. По коже бежит неприятный мороз.

Когда рассматриваю мельком — оказывается, что там какие-то данные о моей работе, мои собственные отчёты и слова. В общем, я не понимаю смысла.

— Зачем мне это?

Секретарь наклоняется и почти шепчет:

— Говорят, лорд Войер больше у нас не работает. Чем-то разозлил старшего лорда Шера — а тот суров и скор на расправу.

Схваченные бумаги выезжают из моей руки. Рассыпаются по столу неаккуратной кучей. Я застываю и несколько секунд бессмысленно гляжу перед собой.

Мысли настолько захватывают, так настойчиво бьют в виски, что к Траяру я через пять минут стучусь сама — хотя обещала себе держаться от него сегодня подальше.

— Заходи.

Он снова на месте, сидит в кресле, уверенный и спокойный.

Полоса на лице еле заметно розовеет.

— Мне сказали, лорд Войер… — я даже слов подобрать не могу. Всё это настолько неожиданно, ошеломляюще, ненормально, что сердце стучит как бешеное, даже если я не подхожу к этому мужчине. — Ты что? Правда его уволил?

— Я проверил твои слова. Было совсем не сложно.

— Проверил и решил, что я не вру?

Взгляд Траяра тяжелеет. Проходится по мне с каким-то особым чувством — я не понимаю, плохим или хорошим.

— Ты вчера нормально добралась?

— Да. Конечно.

— Тогда иди работай. Тебя, уж не обессудь, я пока увольнять не собираюсь, так что придётся помучиться с моими просьбами.

С этими словами он стучит пальцем по листу, который достаёт из стопки и кладёт на стол. И еле заметно улыбается.

— Спасибо, — я произношу это так искренне, что голос пугает меня саму.

Подхожу, чтобы забрать бумагу. Траяр сегодня меня и не думает касаться — хотя наши руки близко. Только смотрит, смотрит неотрывно и как-то странно. А мне вдруг очень хочется тронуть его самой — причём даже без дурацких мыслей. Хочется обнять его или выдать что-нибудь ещё искреннее — потому что на душе ураган.

— Я не знаю, что сказать, но это очень много для меня значит.

— Я поступил так не совсем ради тебя, — голос старшего из Шеров вдруг падает, в нём прорывается какая-то хриплая нота. — Ни за что не буду держать на работе человека, который врёт и угрожает женщинам. И тем более уж невесте моего брата.

Он просто взял и решил проблему, которая казалась мне ужасно сложной. От которой Лаэм предпочёл сбежать.

— Лаэму ты ведь не назвал настоящую причину, да? — уточняю я негромко.

Судя по тому, что “жених” ко мне не заглянул.

— Обошёлся формулировками помягче. Сказал, что Войер врал мне и не устраивал как служащий — раз уж мы настолько боимся потревожить чувства моего брата.

Ещё более острый взгляд, от которого становится жарко. И я наконец решаю, что пора бежать.

О моей полуторочасовой задержке Траяр вообще не упоминает.

Я возвращаюсь к себе и ударяюсь в работу — с таким рвением, которого даже в последние дни за собой не наблюдала. Мне хочется всё делать идеально, выполнить каждое из поручений странного начальника. Может, потому что ничего больше я ему сделать не могу?

Может, потому что он всё-таки не так и плох?

Я же вру ему! Только сейчас внезапно думаю: а что, если именно это Траяр как-нибудь заметил? И все мои попытки потянуться к нему, неоднозначные взгляды… Я надеялась, что умудрялась их скрывать, но что если он взъелся на меня именно по этим причинам?

Может, не будь между нами всей этой лжи, мы правда поладили бы лучше?

И ещё сможем?

Только как? И дальше что?

Я впервые серьёзно задумываюсь о том, что случится, если Траяр меня одобрит, а затем мы с Лаэмом должны будем расстаться. Раньше всё это представлялось туманно, и я не видела проблем. А теперь становится неловко. Я же всё-таки согласилась на обман — пусть и такой, который вроде бы не должен никому навредить. Лаэм хочет наследство, и с его характером лучше уж пусть он обойдёт печать отца, чем в самом деле надумает жениться, не оценив свои силы.

Я размышляю об этом — когда именно “жених” меня вызывает.

Он сегодня тоже в кабинете. Не в разъездах.

— Трай уволил Войера, — начинает Лаэм обеспокоенно, едва я закрываю дверь. — Ты ему рассказала?

— Да.

Сообщник выдыхает. Запускает руки в каштановую шевелюру.

— Я не планировала, — начинаю объясняться. — Просто слово за слово…

— Я… рад, что всё так сложилось, — воздевает ладонь “жених”. — Прости, что не сделал ничего сам. Просто я…

Его взгляд становится неожиданно несчастным. Он вдруг встаёт и подходит ко мне — так, как уже не раз подходил за последнее время. Трогает за плечи. Обдаёт ароматом своих духов, обнимает.

— Послушай, Эла. Я боюсь, что не справляюсь с ролью твоего жениха. Она оказалась куда сложнее, чем я представлял.

Признаться, я удивлена, что его посещают такие мысли. И рада неожиданной искренности в его словах.

— Это и правда не так просто, — бормочу, пока взгляд скользит по его рукам у моей шеи. — И дело не в каких-то моих требованиях, просто наша легенда действительно иногда выглядит неправдоподобной. Я больше времени провожу с твоим братом в последние дни.

И сделал он за это время больше полезного. Нет, так я точно не должна думать.

— Я вроде бы привык обращаться с женщинами, но к семейной жизни совсем не готов! — выдыхает Лаэм болезненно.

— Послушай, — я касаюсь его руки. — Но когда-нибудь ты должен стать готовым. Ты не хочешь использовать эту возможность, чтобы прояснить для себя что-нибудь полезное? На будущее?

Он отрывается, смотрит мне в глаза.

— Давай устроим ещё какой-нибудь семейный ужин. У нас дома или посидим в красивом месте. У вас с Траяром вроде бы лучше стали отношения, да? В этот раз он должен быть вежливее, не мучить тебя. И я буду с тобой любезен, буду пылок, представлю, что влюблён и готов творить глупости! В конце концов, ты мне правда нравишься — если бы я хотел жениться, то выбрал бы девушку вроде тебя.

Я не знаю, успокаивают ли меня его слова, нравится ли его предложение. Что-то внутри снова кричит, что мне лучше держаться подальше от Траяра, хотя бы сейчас. А ещё — что обманывать его, глядя ему в глаза, становится нежиданно сложно.

Но я заключила сделку. Какие у меня варианты кроме как довести начатое до конца?

— Я покажу ему, что счастлив с тобой, — обещает Лаэм. — Покажу, правда. Надеюсь, ему понравится.