Медная чайка - Екатерина Соболь

В деревню она не пошла – сказала себе, что в обход быстрее, но на самом деле просто боялась передумать, увидев Тройку и других ребят. С ними уж точно было бы спокойнее, чем одной в мокром лесу, где деревья шепчут почти человеческими голосами, земля влажно хлюпает и отовсюду то и дело доносятся непонятные звуки.

Какое-то время Гвен просто шла куда глаза глядят, надеясь, что вот-вот станет ясно, правильное это направление или нет. Может, озеро просто покажется впереди, и все? Но впереди возникали только новые и новые деревья, их было прямо не сосчитать. Понатыканы всюду, даже горизонт за ними не разглядеть!

Голосок в голове шептал, что она вообще-то еще волшебница, кто бы там что ни говорил, просто ее магия хранится отдельно, и можно взять немного из чайки, чтобы узнать дорогу. Гвен понятия не имела, как именно это делается, но уж разобралась бы как-нибудь. Но нет, нет, нельзя было трогать чайку – запасы нужны, чтобы вернуть маму, и неизвестно, когда их удастся пополнить!

Она спорила с собой еще добрых полчаса, а потом, в очередной раз споткнувшись о корень, не выдержала и остановилась. Быстро, чтобы не передумать, отогнула воротник и обхватила чайку рукой. Как же это делается? Она смутно помнила, что надо просто захотеть, но сказать оказалось проще, чем сделать. Гвен запыхтела и сильнее сжала чайку.

– Хочу забрать немного анимы, хочу понять, куда мне идти: северо-запад Большого Озера, где это? – беспомощно шептала она.

Чайка не поддавалась. Она все еще была приятно теплой, но ничего не отдавала и не подсказывала: видимо, Гвен делала что-то не так. В детстве управление магией казалось простым, вот только было это давным-давно.

– Эй, – слабо позвала Гвен, оглядывая желтовато-рыжий лес. – Кто-нибудь? Какое-нибудь… э… Существо?

Ничего. Ха, даже глупо было думать, что вот сейчас кто-нибудь явится. На секунду Гвен охватило отчаяние, но уж если она что-то и умела в жизни, так это отгонять от себя безнадежную тоску.

Она снова прикрыла чайку воротником, крепче обхватила узел с вещами и пошлепала дальше.

Неизвестно, сколько прошло времени, но лес вдруг наполнился чем-то, похожим на влажный холодный дым. Гвен испугалась было, потом вспомнила, что это называется «туман».

В тумане все стало уж совсем однообразным. Молочная пелена клубилась среди темных стволов, пахло прелыми листьями и мхом, едва слышно пела птица, и ее голос мягко касался темноты. Когда успело так стемнеть? Похоже, она прямо на ходу задремала и даже не заметила, сколько прошагала. А потом Гвен уловила новый, очень приятный звук: плеск воды – и бросилась ему навстречу, стараясь не врезаться в деревья.

Она упала на колени около ручья, пачкая прибрежной грязью одежду, и начала жадно пить холодную вкусную воду, черпая ее из ручья пригоршней. Движение справа она уловила с большим опозданием. К ней медленно и хищно подкрадывались, а она все прохлопала и заметила, только когда бледное лицо выросло из темноты прямо рядом с ней!

Гвен заорала так, что еще сильнее перепугала сама себя, и рывком отпрянула в сторону. Туман размывал очертания лица, и оно казалось нечетким и таинственным, даже, кажется, мерцало немного. Гвен шумно вдохнула и завопила в два раза громче. Откуда-то с верхушек деревьев с гомоном взлетели ночные птицы.

– Ой, – сказало лицо. Оно было не злое, и Гвен немного успокоилась. – Я не хотела тебя напугать. Пожалуйста, не ори: тут рядом свиристели гнездятся, они птенцов недавно вывели.

Гвен присмотрелась. Да, это определенно было не чудовище: просто девушка, только какая-то странная, немного прозрачная. Сквозь нее можно было различить очертания деревьев и темную полосу ручья.

– Ты кто? – сдавленно спросила Гвен.

– Я дух земли, – как что-то само собой разумеющееся проговорила девушка.

– О, – неловко ответила Гвен и, не зная, что еще сказать, выдала: – Красивые волосы.

– Да, они такие, – гордо ответила дух земли и пропустила пальцы сквозь роскошную гриву, в которую тут и там были вплетены цветы.

Она смотрела так, будто ждала, что Гвен вот-вот убежит, но та словно к месту приросла. Страшно ей уже не было, и снова вернулось то чувство из детства, которое она испытала при виде Ксеноса, – что мир населен не только людьми, и это совершенно нормально.

– Мне нравится находить красивые места около воды и спать там, – серьезно сказала дух. – Правда, они обычно довольно далеко от людей, я еще ни разу там никого не встречала.

– А тут люди поблизости есть? Или озеро? – с надеждой спросила Гвен.

– Нет, тут никакого жилья даже близко нет, а озеро совсем в другой стороне.

Гвен помолчала, обдумывая положение, когда дух вдруг заговорила снова.

– Мне в детстве рассказывали, что дух земли – это друг, – мрачно сказала она. – Ему оставляли подарки и еду, все хотели его встретить и поболтать.

Гвен удивленно вскинула голову. О, она помнила то же самое: мама оставляла для духа что-нибудь приятное в лесу на день урожая, но в гости он, кажется, ни разу не заходил.

– А теперь люди меня боятся. Меня! – с обидой сказала дух. – Я же совсем не страшная, я милая и симпатичная, и скромная, и замечательная. Я пыталась с ними говорить, подходить к деревням, а они боятся, что я их заворожу. Очень надо! – Она фыркнула. – Люди такие глупые.

Гвен улыбнулась и подсела чуть ближе. Вот теперь она разглядела – дух совсем молодая, только немного старше ее самой.

– Ты умерла, защищая свою землю, – брякнула Гвен, и та удивленно моргнула.

– Откуда ты знаешь?

– Мама говорила мне, так и становятся духами земли. Она все знала, – с уверенностью ответила Гвен. – Слушай, а ты… Ты ее знала? Она волшебница, самая великая из всех!

Дух грустно улыбнулась.

– Я очень недавно в этой должности и ничего особо не знаю. – Она прерывисто вздохнула. – Но я в первый же день своей работы сделала кое-что важное, ты не думай! Прогнала Ястребов. Но на это почему-то ушло очень много сил. Я думала, у меня их всегда теперь будет сколько угодно, а сама взяла и ослабела. И теперь все время только спать хочу.

– Анимы много потратила, – авторитетно заявила Гвен. – Вы же из нее в основном и состоите.

– И что мне делать?

– Нужно восстановиться. Только я не помню как. – Она потерла лоб. – Можно кому-нибудь помочь, но это только если добровольно. О, и еще можно наслаждаться красотой! Вот, например. – Она ткнула в темный, таинственно блестящий в полутьме ручей. – Поэтому тебя и тянет к красивым местам: анима хочет восстановиться.