Говорящая с призраками. Демониада - Нина Линдт

Вошел слуга, в руках у него были четыре коробки, поставленные друг на друга.

– Господин граф просит переодеться к ужину. – С поклоном он поставил коробки на постель и ретировался.

Настя открыла первую коробочку, самую маленькую, в ней лежали длинные атласные перчатки зеленого цвета с тонкой золотистой вышивкой.

Она открыла следующую коробку: туфельки. В третьей коробке было вечернее платье с вырезом, открывающим плечи. Золотая вышивка на лифе повторяла узор перчаток. Все было подобрано со вкусом, и платье пришлось ей впору. В четвертой была накидка. В этот момент вошла Лика в синем с серебром платье.

– Куда мы такие пойдем? – спросила Настя.

Лика пожала плечами:

– Куда бы он ни повел, Настя, мы пойдем за ним. Дай я тебя причешу.

Диего ждал у лестницы в холле, одетый в смокинг. Лика и Настя были прекрасны: элегантные, соблазнительно шикарные в вечерних платьях и подобранных под них легких накидках. Настя застенчиво улыбалась, спускаясь к нему навстречу. Когда ее рука в перчатке легла в его ладонь, парень довольно улыбнулся.

– Лика. – Граф Виттури предложил ангелу руку. Лика, смеясь, обвила ее своей, затянутой в серебристую перчатку.

На выходе их уже ждал Луиджи.

– Куда мы едем? – Настя с любопытством смотрела в окно на огни вечернего Рима.

– Так… небольшой визит вежливости к знакомым. – Граф Виттури был в тот вечер тоже в смокинге и, к удивлению Насти, смотрелся в нем гармонично.

– А Ильвир?

– У него большое домашнее задание, – откликнулся граф.

Когда она выходила из машины, он опередил Диего, и Настя с удовольствием взяла его под руку. Они находились перед великолепным особняком, окруженным садом. Все окна горели светом, то и дело подъезжали машины с элегантно одетыми людьми, через открытые двери холла доносилась музыка. Сердце Насти часто колотилось от волнения.

Они вошли, и дыхание захватило от золотого света, хрустальных люстр и светлых мраморных полов. Пространство холла было огромным.

– Вы позволите? – Насмешливый голос графа вернул ее в реальность. Она расстегнула брошь на накидке, и та плавно соскользнула с плеч. Граф подхватил ее, не удержался, наклонился ниже, к уху девушки, и проворковал:

– Этот вырез тебе очень идет, Настя. – Кончиками пальцев он чуть коснулся ее плеча.

Этот голос заставлял умирать и рождаться вновь. Настя задохнулась от удовольствия, когда пальцы графа скользнули от шеи к плечу. Касание было мимолетным, незаметным для остальных, но в ней оно пробудило горящую лаву, которая теперь обжигала кожу, придавала щекам румянец, а глазам азартный блеск.

Так-то лучше. Он бросил накидку дворецкому и повел Настю дальше. Она и впрямь была чудо как хороша. Румянец, опаливший щеки, прекрасно сочетался с белой кожей и зеленой тканью платья. Глаза с грустинкой манили и притягивали как омуты. Губы тоже стали алее, словно он перед этим целовал ее. Полуобнаженные плечи и высокая прическа придавали королевский вид, а рядом с ним, он знал, она ощущала себя королевой. И пусть все взгляды сначала притягивает яркая Лика, в Насте есть своя сокровенная, глубинная красота, которая волнует и чарует постепенно.

Прощальный подарок старой ведьмы.

Настя чувствовала, как по ней скользят взгляды гостей. Это было неприятное ощущение: взгляды то раздевали, то оценивали, то презирали, то восхищались, но она неизменно чувствовала себя выставленной напоказ, чуть ли не обнаженной.

– Никого не бойся, Настя. Я вырву сердце любому, кто тебя обидит.

Она испуганно вздрогнула и посмотрела на графа.

– Шутка, – ухмыльнулся он. – Пойдем поздороваемся с хозяйкой.

Они прошли в соседний зал.

– Граф Микиелли Виттури со спутницей, – громко провозгласил один из распорядителей праздника.

Настя восхищалась элегантностью, с которой граф подвел ее к хозяевам, которые, судя по их надменным лицам, были или считали себя знатью. Но при виде графа напускное ушло с их лиц, сменившись подобострастием и восхищением. Женщины пытались привлечь его внимание, мужчины – развеселить. Но граф, быстро закончив светский разговор, увильнул от расспросов о личности Насти, которая лишь стояла рядом с ним, мило улыбаясь, отвел хозяйку в сторону и, поцеловав ей руку так, что дородная дама вспыхнула, спросил:

– А что, княгиня Долгорукая еще гостит у вас?

– Гостит, но совсем расхворалась, к нам не спустится.

– Как жаль. Мне бы хотелось с ней повидаться. Можем ли мы подняться к ней?

– Право, не знаю, граф, – засомневалась хозяйка. – Я пошлю спросить. Но как представить вашу спутницу?

– Скажите, что это ее соотечественница. Со своей собственной тайной, – подмигнул граф.

Хозяйка отошла.

Настя спросила:

– Во что вы играете, граф?

– Тише, милая. Улыбайтесь. На вашем личике не должно быть и тени заботы. – Он шутливо коснулся ее подбородка.

– А Лика и Диего? – Насте вдруг стало стыдно, что, увлеченная очарованием демона не менее, чем остальные, она забыла о друзьях.

– У них свое домашнее задание, а у нас свое. Пойдем. – Граф увидел появившуюся наверху лестницы хозяйку и потянул Настю за собой.

Диего забрал из протянутой руки хозяина особняка ключ.

– Благодарю, – его зеленые глаза насмешливо сверкнули, – теперь вы заснете, проснетесь, когда я вам велю, и забудете все, что происходило с того момента, как вы увидели очаровательную блондинку и решили за ней приударить. Она от вас ускользнула под руку со своим парнем.

Лика хмыкнула. Ей не понравился план с самого начала: ангел не может обманывать, но ей этого и не понадобилось, стоило просто улыбнуться хозяину без тени кокетства, как тот решил приударить за девушкой. Дальше было просто: он сам предложил посмотреть картину Рембрандта, которая висела у него в кабинете. Диего лишь нужно было последовать за ними, ввести в транс хозяина, заставить его открыть потайной сейф и вытащить ключ от подвала особняка.

– У нас мало времени, его могут хватиться, пойдем. – Диего взял Лику за руку.

– Почему ты сейчас его не отпустишь?

– А потом как мы вернем ключ на место? Ты запомнила код?

Лика помотала головой.

– Тогда пойдем.

Следовать за Диего было легко. От него исходила уверенность в себе и сила.

– Я не хочу так надолго оставлять Настю в руках графа.

Лика про себя подумала, что граф, если бы захотел, уже давно подчинил бы себе Настю. Нет, она ему нужна явно для иной цели. И то, что он так бережен с ней, с недавнего времени стало пугать Лику даже больше, чем если бы он воспользовался доверием и обожанием девушки. Уж кому, как не ей, знать, чем оборачивается привязанность высших созданий к людям. Только вот как быть с тем, что Насте отдали кулон избранной? Как быть с тем, что она прошла через посвящение?