Невеста эльфийских кровей - Алина Углицкая

Зажмурившись, она трясущимися руками пошарила по коленям, куда положила повязку. Но не нашла. Видимо, полоска ткани просто упала на пол при неосторожном движении.

Теперь в голове билась единственная мысль: что делать?

Перед внутренним взором возникло лицо Брента. Сурово сжатые губы, хмурый взгляд, пробирающий до нутра…

Такой ведь может и наказать! Недаром же был так недоволен, когда понял, что она не закрыла глаза. Сказал, что теперь им придется остаться в Санторине, пока зрение не вернется, и что такие задержки не входят в его планы.

Страх сковал Ринку. Иррациональный, не поддающийся контролю. Что же она натворила? Снова ослушалась!

Опустившись на колени, она начала ощупывать пол в поисках ленты. Но та как сквозь землю провалилась! Под руки попадался только ворс ковра. В этот раз, видимо, Брент не поскупился на хорошую комнату.

Медленно продвигаясь, девушка обшарила ковер вокруг кресла.

– Вот же глупая! – ругала она себя вполголоса. – Не могла посидеть спокойно! Теперь сама виновата!

Правая рука нащупала стену. Неловко цепляясь, Ринка поднялась с колен. Шагнула вперед, держась одной рукой за стену, а второй шаря в пространстве. Перед закрытыми веками продолжали танцевать цветные круги.

Может, ей удастся найти здесь хоть что-то, чем можно прикрыть глаза?

Так пробираясь по стеночке она несколько раз наткнулась на мебель. Вот за второе кресло запнулась, вот ударилась о спинку дивана, вот неосторожно уронила что-то, стоявшее на пути: большое и хрупкое, рухнувшее на пол с жалобным звоном.

По инерции Ринка сделала еще шаг. Под подошвой заскрипели осколки.

Кажется, она что-то разбила…

Осторожно присев, она ощупала пальцами пол. Наткнулась на россыпь черепков. Гладкие, скользкие с острыми гранями. То ли стекло, то ли очень тонкий фарфор.

– Ай! – один из них впился в мизинец.

Ринка отдернула руку, но поздно.

Привалившись к стене, она инстинктивно засунула палец в рот. Порез пульсировал и саднил, вкус крови отозвался на языке.

И в этот момент в замке скрипнул ключ.

Дверь распахнулась.

– …!!! – в тишине прогремела нецензурная брань.

Ринка вздрогнула, инстинктивно сжимаясь. Захотелось прикрыть голову руками, забиться куда-нибудь в угол…

Не успела.

Воздух разорвал свист вынимаемого меча. Глухой удар, будто что-то упало на пол.

Кто-то шагнул к ней, топча черепки. Она слышала их жалобный хруст. Схватил пострадавшую руку.

И этот кто-то был очень зол.

Ринка вскрикнула. Инстинктивно распахнула глаза и тут же со слезами зажмурилась. Чужие пальцы до хруста сдавили ее запястье.

– Кто? – грозный рык прокатился по нервам. – Кто это сделал?

Брент. Это был всего лишь Брент. Он вернулся.

От облегчения ей хотелось расплакаться, но она только судорожно вздохнула и пропищала:

– Больно…

Железная хватка немного ослабла. Но девушка по-прежнему не могла освободить руку.

– Я спрашиваю, кто ранил тебя? – повторил Брент почти по словам. Внимательным взглядом обшарил номер. Но кроме разбитой вазы не было никаких изменений.– Кто здесь был?

Он старался говорить внятно и медленно, делая остановку после каждого слова. Потому что ярость, вспыхнувшая внутри, захлестывала через край, мешала дышать. И могла спровоцировать оборот.

– Ни… никто… – Ринка попыталась улыбнуться. Но губы не слушались, да и странно было улыбаться в темноту. – Я сама. Прости…

– И повязку ты тоже сама сняла?

Помедлив, она кивнула.

Брент выругался еще раз.

Подобрал полоску ткани, что валялась под креслом, и, сдерживая недовольство, вернул ее на глаза.

– Зачем?

– Я… я хотела проверить…

– Проверила?

Она закусила губу. Как ребенок, которого отчитывают за непослушание.

Но Брент злился не на нее, а на себя.

Оставил девчонку всего-то на пару часов. И на тебе! Вернулся, чтобы найти комнату полуразгромленной, а свою подопечную – сидящей почти у порога в осколках фарфоровой вазы и с окровавленной рукой.

Он не сразу заметил, что девушка держит палец во рту. Но красная полоса до локтя и бурые пятна на подоле бросились в глаза моментально. Вспыхнула мысль: нападение! Она обрушилась на него, пробуждая инстинкты. По телу моментально прошла знакомая вибрация – первый признак готовности принять боевую форму.

Но в славном городе Сантарине это совсем ни к чему. Да и аэр запретил себя раскрывать.

Потому Брент ввалился в номер, выхватив меч и швырнув на пол узел с покупками.

А девчонка всего лишь порезала палец!

Он схватил ее за руку так, что едва не сломал запястье. Бедняжка даже закричала от боли. А теперь на ее бледной коже остались следы его пальцев – темные пятна, на глазах наливающиеся синевой. И тонкая ниточка шрама – напоминание о том, что навечно связало их души.

Глядя на этот шрам, на проступающие поверх него синяки, на тонкую девичью руку, такую беззащитную в его огромной лапище, Брент в который раз почувствовал себя неуклюжим и грубым солдафоном. Нет, он точно не приспособлен для такой деликатной миссии. Почему аэр выбрал его, а не послал одного из воинов-илитиири? За что ему это?

Шумно вздохнув, он отодвинулся, но продолжил держать ее за руку. Порез на подушечке мизинца был небольшой, но глубокий, кожа вокруг него распухла и покраснела. Видимо, девчонка по неосторожности вогнала в палец осколок стекла.

И кровь все еще не свернулась.

Он должен был это предвидеть. Должен был просчитать, что она не станет сидеть на одном месте, пока его нет.

– Давно? – глухо обронил мужчина.

Ринка почувствовала, как он осторожно ощупал ее пострадавший палец, и поморщилась. Ощущения были не из приятных, к тому же ее донимала пульсирующая боль. Но ругаться и наказывать супруг вроде не собирался, а потому она осмелилась уточнить:

– Что – давно?

– Поранилась.

– Эммм… – девушка на секунду задумалась. – Минут десять назад.

– Ясно. Вот так больно?

Он надавил на порез. Острая боль пронзила Ринку, заставив отчаянно вскрикнуть и дернуться.

– Чшшш! Тише! – Брент успел удержать ее, одной рукой ухватив за плечи и прижав к своей груди. – Тише. Кажется, там застрял кусочек стекла. Он маленький и очень глубоко, я не смогу вытащить его пальцами. Тебе придется еще потерпеть.

Последнюю фразу он пробормотал другим тоном.