Лорд моей мечты - Ольга Силаева

Я достала тяжеленный юридический словарь с золотым обрезом, положила рядом ветхую книжечку-словарь на древнеаккарском и погрузилась в чтение.

Сам текст удивительно переплетался с нашим разговором в библиотеке, словно это совпадение было послано самой судьбой. Или лорд Таннис специально подобрал перевод после нашей беседы о тайных звёздах?

В Аккаре тоже была легенда о сиянии тайной звезды. И аккарские чиновники, в отличие от наших, были весьма не против ею воспользоваться.

Указ требовал от всех владельцев домов, где горела тайная звезда, немедленно извещать об этом государство и беспрепятственно пускать внутрь инспекторов. Фактически их дом переставал принадлежать им: они обязаны были подчиниться, если дом будут использовать «по государственной необходимости». Как именно аккарские чиновники хотели использовать силу чужой звезды, я не знала, но то, что у дома вообще-то были хозяева, никого не волновало.

Я почувствовала, как на глазах наворачиваются слёзы, и торопливо отложила лист. Наверное, я была сентиментальной пансионской девчонкой… но я просто не могла иначе. Я представила, как меня и моих детей выгоняют из любимого дома, из единственного дома, что мы знали, и в горле вставал ком.

Закончив перевод, некоторое время я смотрела в никуда. А потом резко встала, складывая листы в строгую чёрную папку. Мне было на что злиться на своего мужа, но здесь, я чувствовала, мы были солидарны. Он бы тоже никогда не отдал свой дом аккарцам. Ни за что.

Я вздохнула, оглядывая библиотеку. Прошлым вечером мне на миг показалось, что мы сблизились, что минута, когда лорд Таннис рассказал мне об убийстве родителей, была настоящей и я видела проблеск искренности. А потом… там, в ванной, моё тело в сиянии свечей, полотенце, его подбородок и руки…

Я мысленно застонала. Лиза, у него есть любовница! Лю-бов-ни-ца! Если ты не помнишь, кто это, я напомню: это такая зараза, с которой он спит в одной постели, снимает платье, тискает грудь, кормит с ложечки мороженым, расчёсывает волосы…

…А жене, то бишь законной супруге, всего лишь дарит какие-то дурацкие драгоценности. Хоть бы ноги предложил помассировать вместо горничной.

…Я вспомнила мужскую руку, лежащую на моём обнажённом бедре, и вспыхнула. Нет, лучше об этом сейчас не думать.

Лучше подумать… например, о делах. Я перевела взгляд на папку. Лорд Таннис сказал, что ему нужен перевод уже сегодня. Так почему бы не поехать к лорду и не отвезти его? Так, совсем не хвастаясь и не намекая, какая я потрясающая переводчица. Просто… надо же показать, что мне всё равно, правда?

Но сначала…

Дворецкий нашёлся в малом кабинете на первом этаже, где он проверял бухгалтерские книги. При моём появлении он немедленно встал и поклонился.

– Миледи.

– Росситер, я хочу съездить в одно место, а потом в департамент иностранных дел, к моему мужу. Скажите, я смогу там его увидеть?

Острый взгляд дворецкого упал на папку.

– Ему передадут любые документы, миледи. Если хотите, я могу отправить посыльного…

– Нет, – покачала я головой. – Я поеду сама. Обеспечьте мне сопровождение, пожалуйста. И ещё одно.

– Да, миледи?

– Если здесь появится госпожа Майя Хмаль, не пускайте её дальше ограды, – твёрдо произнесла я. – Она не должна и шагу ступить ни в этот сад, ни в этот дом.

На лице дворецкого не дрогнул ни один мускул.

– Будет так, как вы пожелаете, миледи. Осмелюсь заметить, милорд этим утром отдал такое же распоряжение.

Я моргнула.

– Он… запретил госпоже Хмаль появляться здесь?

– Ей и её отцу, миледи. Очевидно, последние изменения в аккарском законодательстве вызвали недовольство милорда.

Я оценивающе посмотрела на совершенно безмятежное, чуть ли не невинное лицо дворецкого, в котором не было ни малейшего признака иронии. Прищурилась:

– Что ещё вы знаете, Росситер?

Увы, вместо ответа дворецкий лишь поклонился:

– Я распоряжусь подать экипаж. Куда вы хотите поехать в первую очередь, миледи?

Я грустно улыбнулась:

– На могилу отца.

На кладбище расцветал жасмин.

Я вдохнула нежный запах, ступая из кареты на кирпичную дорожку. И тут же увидела сутулую фигуру смотрителя с тростью, спешащего мне навстречу.

– Леди Таннис, какая честь! Я увидел герб на вашем экипаже… могу ли я чем-то служить вам и лорду Таннису?

Я обернулась на экипаж, где красовался золотой вензель. Я всё ещё не чувствовала его своим, но сейчас я была благодарна за него. Уважение, богатство… имя моего мужа действительно открывало многие двери.

– Да, – произнесла я. – Проводите меня к надгробию лорда Чилтона, моего отца.

– Разумеется, разумеется! Сюда, прошу вас!

Лицо служителя расцвело, пока он вёл меня к неприметной боковой дорожке. Как я поняла из его сбивчивых объяснений, он вёл себя так даже не из почтения к роду Таннис, а скорее от радости, что кто-то из «благородных» появился, чтобы скрасить его одиночество. Жизнь не очень-то баловала его друзьями и знакомствами.

Как и меня, наверное.

– Именно здесь, за оградой, и случилась та самая знаменитая дуэль, – понизив голос, произнёс служитель.

Его рука указывала на небольшой холм за обветшавшей каменной оградой, покрытой мхом. Моё сердце начало биться быстрее.

– Вон там? Там дрались мой отец и лорд Таннис шесть лет назад? И там лорд Чилтон был убит, а лорд Таннис?..

– Лорд Таннис был чудовищно изранен. Чудовищно! Увы, я присутствовал при дуэли, миледи, и я помню, как это было.

Я сглотнула, невольно остановившись у кустов жасмина. Белоснежные цветы пахли мёдом и весной, и я вдруг подумала, что в день дуэли, должно быть, они источали такой же запах.

– Из-за чего случилась дуэль? – хрипло спросила я.

– А вы не знаете? Из-за женщины, разумеется, миледи. Как же иначе!

– Из-за женщины?

Этого мне никогда никто не рассказывал.

Смотритель пощёлкал языком.

– О, то был тот ещё скандал! Имя леди так и не было упомянуто, разумеется, чтобы не позорить её. Но ходил слух, и довольно упорный, что лорд Таннис…

Он опустил взгляд.

– Простите, не стоит повторять этого при леди. Особенно если эта леди – его жена.

Моя рука сама нырнула в бархатный мешочек, который вручил мне Росситер, едва узнал, что я собираюсь выехать. Две тяжёлые монеты перекочевали на ладонь смотрителя.

– Я уверена, что это ложь, – негромко произнесла я. – Но мне нужно знать, как моего мужа оклеветали.

Монеты словно по волшебству исчезли в кармане сюртука смотрителя, и он закивал: