Ловушка для артефактора - Рыжая Ехидна

Два дня пролетели — я даже не заметила. Очнулась только тогда, когда поставила точку после заключения. Не могу сказать, что такой режим для меня в новинку — в академии я порой выползала из мастерской только из необходимости посетить занятия. Тут мне даже еду приносили в комнату! Зато я придумала новый артефакт — самопишущий стилус! Вернее, обосновала только идею, а как эту самую идею реализовать, ещё слабо представляла. Но лиха беда начало!

На третий день прошла та самая защита. Пока глава гильдии изучал мой научный труд, я под пристальными взглядами гранд-мастеров собирала второй переговорник, объясняя ход действий. К сожалению, прототип восстановить оказалось чем-то из области чудес. Понятия не имею, что с ним сделал этот недотепа Ролан, но такое чувство, что артефакт швыряли в стену до тех пор, пока не раскрошился центральный камень. Тот факт, что плетения исчезли, вообще ставил меня в тупик. Может, с защитой перемудрила? Ну не верить же в проделки богини?!

Пришлось выпотрошить всю начинку и собрать её заново, попутно накладывая плетения и подпитывая их энергией. Хорошо, что глава гильдии предоставил недостающие элементы — мои запасы давно требовали пополнения.

— Ну, вроде бы готово, — протянула с сомнением, установив на плетения свою фирменную защиту. Спина нещадно гудела. Это ж надо было согнуться в крендель! — Проверим? Мне нужен доброволец.

— Позволишь мне? — опередил всех белобрысик, который так и продолжал сидеть в составе комиссии, невзирая на возвращение его наставника.

Имя его в моей памяти не отложилось, а вот точная характеристика — вполне.

— Да пожалуйста, — пожала я плечами.

Ничего против парня — а по возрасту он недалеко от меня ушел — я не имела. Ко мне он больше не цеплялся, напротив, пристально следил за тем, как собираю артефакт, задал парочку дельных вопросов по ходу дела, невольно напоминая о мастере Ла’Вилли. Все же тот многому меня научил. Каким бы негодяем он ни был, а в артефакторике разбирался.

— Что нужно делать?

— Выходишь из зала, плотно закрываешь дверь и жмешь вот на этот камень. По кайме побежит свечение, так и задумано, не переживай. Остальное сделаю я.

Стоило напарнику двинуться в сторону выхода, держа в руке артефакт как великую драгоценность, как вокруг меня тут же столпились все члены комиссии. Их, кстати, стало вдвое больше — любопытство, что поделать. Отложили свои дела, приехали.

Спустя несколько секунд мой артефакт призывно зажужжал, а маленький светлячок принялся нарезать круги по кайме, пока я не нажала на камень, устанавливая связь.

— Ты меня слышишь?

Вместо ответа прозвучал какой-то грохот, словно парень от неожиданности подпрыгнул и упал на пол, опрокинув лавку для посетителей.

— С-слышу, — отозвался он с дрожью в голосе. — Слышу! Обалдеть! Работает!

— Можно? — И, не дожидаясь дозволения, переговорник буквально выхватили у меня из рук, а меня саму оттеснили в сторону.

— Что ж, мастер Иветта, спешу вас поздравить с успешной защитой, — сообщил глава гильдии, подкравшись из-за спины. — А теперь идите, вам стоит отдохнуть, а комиссии протестировать новинку. Утром ваша лицензия будет готова.

Протестировать? Скорее уж поиграть!

И вот наступило утро следующего дня, а я уже час ждала приглашения для вручения лицензии. Даже слегка принарядилась — нашла в своих закромах единственную симпатичную блузу из белого шелка с широкими рукавами и длинными лентами по воротнику, которые завязывались в шикарный бант. Конечно, было бы неплохо дополнить её юбкой в пол, но я побоялась, что Верховный не даст возможности переодеться и отправит меня на границу прямо в таком виде. Так что выбор пал на узкие темные брюки, которые я когда-то приобрела по настоянию модницы Тасьяны, но так ни разу и не надела.

В общем, я была в предвкушении. И неслабо обалдела, когда дверь распахнулась. Вместо того чтобы пригласить меня внутрь, гранд-мастеры покидали зал.

— Поздравляю, мастер Иветта, — говорили некоторые из мужчин, притормаживающие подле меня, чтобы пожать руку. — Признаться, удивили!

— А куда они все? — поинтересовалась я у Верховного, глядя вслед уходящим старичкам.

— А что не так? — не понял меня мужчина. — Ваша лицензия, кстати.

И все? А как же…

Беря в руки свиток, перевязанный красной лентой, я испытывала невероятное разочарование. Что, так сложно было толкнуть речь на два предложения?

Кто бы мог подумать, а? Называется, исполнилась мечта.

Верховный уловил перемену в моем настроении. И наконец заметил мой внешний вид. Глаза его вспыхнули пониманием. Он собирался что-то сказать, наверное, выдать какое-нибудь глупое утешение, которое мне совсем не нужно.

— Что дальше? — опередила я его, давая понять, что тема закрыта.

Не хватало ещё слезу пустить перед Верховным из-за такой глупости. Переживу.

В следующий час, признаться, мое разочарование несколько поутихло.

Для начала Верховный отправил меня регистрировать изобретение, но настоятельно посоветовал сперва наведаться на кухню.

«После пообедаю. Мне теперь кусок в горло не полезет!» — думала я, чувствуя, как обида на несправедливость сдавливает горло.

Сперва обломали с балом выпускников, где меня должны были представить как одну из лучших выпускниц и удостоить записи на доске почета — зря, что ли, семь лет грызла гранит науки? Теперь и тут втюхали лицензию как что-то несущественное. Подумаешь, три дня спала урывками, чтобы по прихоти Верховного получить звание мастера. Это ведь так легко — написать научный труд на коленке, — любой справится!

В общем, явившись под очи милой дамы за сорок с воздушной прической и изящными очками на носу, подчеркивающими красоту её глаз, я чувствовала себя маленькой злобненькой девочкой, которой не досталась кукла.

Но почти сразу признала: Верховный глупых советов не даёт.

— Садись, дорогуша, — благосклонно пропела женщина, окинув меня заинтересованным взглядом. — Будем подписывать документы.

После чего кивнула на внушительную стопку бумажек.

— Это так каждый раз? — спросила я ошарашенно.

И от удивления не села — плюхнулась на стул. Да на такую кипу уйдет больше времени, чем на само изобретение!

— Да, — спокойно кивнула мастер Реджина Миллс, как гласила табличка на столе. А после, едва заметно улыбнувшись, добавила: — Если ты разом будешь регистрировать по двадцать изобретений.

Не сразу, но до меня дошло, о чем она толкует.

Получается, пока я писала научный труд по переговорнику, комиссия таки изучила мои записи и сравнила их с формулами Ла’Вилли! И не только сравнивала, а идентифицировала авторство и тут же без всяких проволочек отдала необходимые распоряжения. Это же сколько людей пахали ради одной никому не известной выпускницы?!