Сказки темного города. Фатум - Наталиса Ларий

– Матерые это кто? – спросила я, понимая, конечно, что значит это слово, но вот к кому применимо оно было здесь, не знала.

– Да это определенная верхушка приближенной к королю аристократии, которая славится своими жестокими взглядами по отношению к людям, ведьмам и вампирам.

– Но король, вроде бы, не относится к тем, кто пылает ненавистью к другим видам? – осторожно спросила я.

– Нет, конечно. Но ему нужны рядом такие приближенные, которые в случае войны или еще каких-то непредвиденных обстоятельств смогут без эмоций идти по головам всех вышеназванных. И Бран вот теперь среди них.

– А почему именно там он себя нашел?

– Не знаю. Может топит горе в жестокости, веселье, забывается среди всего того, что окружает матерых. Женщины, определенный круг общества, развлечения. Для них ведь его величество даже отдельный дом создал, где они по вечерам проводят львиную долю своего времени.

– И что они там делают? Младенцев жрут? – не удержавшись выпалила я.

– Не знаю, – усмехнулась София, окинув меня взглядом. – Но не зря графиня–мать так переживает о сыне. Они с графом растили его не для того, чтобы он стал жестоким монстром. Он умный очень, я бы даже сказала мудрый. Отец его такой же был. Это при нем были приняты все самые важные реформы, затронувшие все общество. Бран должен быть в совете, когда его дядя покинет этот мир. Но в том состоянии, в котором он сейчас прибывает, ему этого делать не стоит.

Договорив, женщина побледнела и судорожно ухватилась за поводья, едва не повиснув на шее лошади.

– Что с тобой?! – испуганно подхватила я ее.

– Ничего, малыш просто дает о себе знать, – тяжело выдохнула она, положив ладонь на свой округлившийся живот, который я сразу не заметила за складками длинного плаща.

– Ты беременная! – улыбнулась я, погладив шевелящийся живот Софии.

– Да. Скоро уже рожать.

– Подожди. Беременная и на лошади?! – моему возмущению не было предела.

– Да. Не могу пропустить такое событие. Все вервольфы в этот день выезжают на охоту, независимо от своего состояния.

– Ты в своем уме?!

– Кэтрин, я мать будущего представителя совета и должна быть выносливой, – проговорила словно заученную фразу София.

– Ты должна нормально выносить ребенка, а не трястись на лошади в то время, когда находишься уже на сносях!

– Я сильная, справлюсь, – улыбнулась она.

– Одна тоже, скорее всего, была сильная, – проговорила я, имея ввиду Шэризу. – И что теперь? Лежит себе под гранитной плитой вместе с малышом.

– Давай не будем в такой важный день о грустном, – София осторожно села на лошадь. – Поехали, охота начинается, – кивнула она в сторону мужчин, которые все направились верхом в сторону леса.

Направив лошадь следом за Софией, я вскоре поравнялась с Рисаной и еще двумя красивыми женщинами.

–Держись поодаль от них, – крикнула мне Рисана, кивнув в сторону несущихся вервольфов. – Это у них охота. У нас же так, сопровождение и дань уважения их статусу, не более, – засмеялась она, видя мою растерянность. – И извини за то, что задела тебя. Уж очень ты была похожа не меня в свое время, когда меня вот так же впервые вывели в общество. София, скорее всего, уже рассказала обо мне.

– Да, рассказала, – замедлила я свою лошадь так же, как сделала это Рисана.

– Да, были времена. Я его так тогда ненавидела, ты бы знала как! Готова была убить в любую минуту. Очень страдала. Так хотела к отцу с матерью. Что я тогда? Так, ребенок…и вдруг на землю вервольфов да прямиком сразу к королю в услужение.

– А как же у вас получилось все это преодолеть? – спросила я, наблюдая за беспечной красавицей в облаке развивающихся белокурых локонов.

– Это чисто его заслуга, – кивнула она в сторону скачущего впереди короля. – Он старше ведь меня, да и правил тогда уже с десяток лет, а такое бремя воспитывает будь здоров в каждом необходимое терпение и мудрость. Ну вот так шаг за шагом и приручал меня, словно я и правда была диким, пугливым волчонком, кусающимся и рычащим по любому поводу. Прошло у меня все, когда в постель к нему легла. Тогда поняла, что черта с два такого мужчину кому отдам. Благо, вервольфы очень и очень серьезно подходят к отношениям. Так что кроме меня и ее величества у него никого и нет. Они – не люди как таковые. У них все иначе. А на наших землях у такого мужчины, да еще и у короля, уже штук двадцать бы любовниц сменилось. Так что я только счастлива, – засмеялась она.

– Да уж, вам повезло, – грустно проговорила я, видя, что красавица и правда не жалеет ни о чем.

– Не бойся, чем смогу – помогу, – подмигнула Рисана, пришпорив своего коня.

Спустя пару часов бешеной скачки по лесу, когда я уже была в полном отчаянии, поскольку хоть и отлично ездила на лошади, но так долго, да еще в таких условиях никогда не передвигалась. Лошадь то и дело прыгала через поваленные деревья, небольшие овражки и бревна, мне же самой приходилось пригибаться, чтобы не схлопотать очередной веткой по лицу. Спустя какое-то время я поняла, что еще немного и просто свалюсь со совей кобылы. Но в какой-то момент раздался звук охотничьего горна, оповещающего о том, что преследуемое животное берется в кольцо. Рисана осадила лошадь, дав знак мне сделать то же самое. Как только лошади наши остановились, она подъехала ко мне и сказала:

– А теперь смотри, – кивнула она в сторону вервольфов, которые в тот момент, как в центр поляны выскочил небывалой красоты олень с огромными рогами, спешились со своих лошадей и один за другим начали обращаться.

С ужасом наблюдая за всем этим действом, я перевела взгляд на мечущегося в центре оленя, который вставал на дыбы, пытаясь прорваться сквозь плотное кольцо, в которое его взяли вервольфы теперь уже в своем животном облике.

– Они что, его сейчас съедят? – едва сдерживая отчаяние в голосе спросила я у красавицы, которая завороженно наблюдала за всем этим.

– Ну да, растерзают, а потом спустя какое-то время вернутся к своему обычному облику. Это обряд у них такой инициации с природой.

– Да как на такое можно смотреть? – едва не завыла я в тот момент, как один из волков подпрыгнув ухватил бедное животное за шею и свалил его на землю.

– Привыкай, – усмехнулась Рисана. – Со временем сможешь различать где тут кто из них в волчьем обличье. Бран, по–моему, вон там, вцепился в горло оленю, – спокойно кивнула она в сторону кровавой картины.

Когда олень громко застонав дернулся, а потом затих, я замотала головой и натянув поводья лошади развернула ее обратно, кинув зло Рисане:

– Черта с два буду к такому привыкать. Люди – не звери, – пришпорив лошадь я направила ее назад.

– Кэтрин, уезжать запрещается! Это проявление неуважения! – донеслось мне в спину, но меня это уже мало волновало, настолько я была в шоке от увиденного, что мне просто хотелось бежать, куда глаза глядят, лишь бы не видеть того, что происходило там.