Простые желания - Арина Предгорная

Пусть спальни сестёр находились на втором этаже, выходя окнами на задний дворик, Мадвик уже несколько раз проникал в дом, и девушке ни разу не удавалось застать, как он это делал. То, что комната Виррис находилась буквально через дверь от её, разделенная общей маленькой гардеробной, вынуждало молодого Форриля действовать бесшумно и аккуратно. Прижатая к его груди, Элге чувствовала, как морозная неопределённость последних дней истаивает, уступая место вновь поднявшей голову надежде.

— Тебе же нельзя сюда, сумасшедший, — напомнила девушка, при этом улыбаясь с огромным облегчением и чувствуя щекой гладкую выделку кожаной куртки, наброшенной на плечи Мадвика.

Она аккуратно выпуталась сначала из его рук, потом из одеяла, вскочила и потянулась за домашним платьем с запахом, накинула на себя, стягивая на талии пояс. Повернулась к молодому человеку, наблюдавшему за ней с мечтательной улыбкой. Прилетела и стукнула по макушке короткая мысль — так боялась, стыдилась встретиться с ним после произошедшего в домике колдуна, но сейчас, когда встреча уже случилась — это всё-таки облегчение и сумасшедшая радость. «Пусть Мад никогда не узнает». Пусть.

— Я не мог не прийти. Давно хотел, в тот же день, как расстроилась свадьба, — признался Мадвик, вставая и вновь заключая девушку в кольцо рук.

— Да, свадьба, — едва различимым шёпотом напомнила Элге. — Что там произошло, почему..?

— Элге, маленькая моя, сейчас я хочу спросить тебя о более важном, все объяснения о свадьбе потом, хорошо? Я обязательно расскажу, и не только я. Сейчас не это главное. Главное то, что я свободен и не могу никого представить на месте своей жены, кроме тебя.

Сердце Элге споткнулось и сбилось с ритма.

— Посмотри на меня, — шёпотом позвал Мадвик, нежно, очень нежно приподнимая её лицо.

Встретиться взглядом с его глазами, в полумраке спальни отливающими цветом грозового неба, оказалось не так страшно, как она себе навоображала. Это потому, что темно и потому, что только что видела страшный сон, который стирал остальные переживания, так и норовящие вылезти на первый план.

— Леди Адорейн, я прошу вашей руки, — торжественно прошептал молодой человек, и в подтверждение серьёзности намерений ухватил ладонь Элге и поцеловал каждый пальчик. — Ты выйдешь за меня, драгоценная моя?

«Да. Да! Да!!!» — стучало сердце. Разум же требовал задать несколько вопросов, и Элге даже открыла было рот:

— А как же..? — но тёплые аристократичные пальцы молодого Форриля легли на её губы.

— Просто ответь, Элге, всё остальное подождёт. Ты пойдёшь со мной к Алтарю?

Короткий, бесконечно ласковый поцелуй в уголок губ.

— Пойдёшь..?

— Пойду, — тихо ответила девушка и прижалась к нему крепче. — Конечно, пойду, Мад. Больше всего на свете хочу этого.

— Хвала всем богам, — с искренним облегчением выдохнул Мадвик, и тёплый воздух коснулся её рыжей макушки. — Я — самый счастливый человек! Не беспокойся ни о чем, маленькая, всё остальное я решу.

Печать на запястье Элге дала о себе знать неназойливым зудом; она невзначай коснулась своей руки и потёрла рисунок, который и впрямь кроме неё, никто не замечал.

* * *

В эту ночь Элге так больше и не уснула.

Появление Мадвика, его предложение полностью выбили её из реальности и из кокона отчаянного ожидания, в котором она находилась несколько дней, только теперь понимая, насколько измучилась. Они обменивались признаниями, строили планы на ближайшее будущее, и рисовать совместную жизнь оказалось невыразимо приятно. Элге выражала опасения перед предстоящей встречей с лордом и леди Форрилями, не представляла, как объявить в высших кругах о скоропалительном бракосочетании сразу после первого, неудавшегося. Мад то тихо смеялся, то становился серьёзным и уверял, что не будет никаких других препятствий. И он действительно выглядел очень счастливым, особенно когда надел ей на палец колечко с тоненьким ободком и мерцающим зелёным камнем.

— К твоим глазам, — сказал Мад, целуя её пальцы в сотый раз.

Он покинул её спаленку незадолго до рассвета, тем же хулиганским путём, что и проник сюда. Дальнейшее девушка помнила плохо, урывками, цветными вспышками событий, то более яркими, то пастельными, размытыми.

Признаться Виррис в том, что молодой человек втихаря лазает к незамужней леди в окно, не представлялось возможным. Это повергло бы правильную старшую в шок, и Элге пришлось придумать, что встреча с Мадвиком произошла на утренней прогулке, где он якобы и сделал предложение. Для правдоподобия Элге пришлось отправиться на эту самую прогулку, с которой она вбежала в маленький беленький домик с широкой улыбкой на лице.

Неприкрытое облегчение старшей сестры, её радостные глаза.

Снова мгновения и дни ожидания, но теперь светлого, предвкушающего, озарённого постоянными мечтательными улыбками.

Визиты Мадвика — частые, почти ежедневные, в приличное время, приличным способом.

Организация помолвки для родителей, которым — неожиданно — не терпелось увидеть таинственную невесту, укравшую сердце их сына.

Согласование даты самой свадьбы.

Поддержка Виррис.

Знакомство с лордом Тивисом и леди Бриттой, прошедшее в особняке жениха, планировку и интерьеры которого она практически не запомнила, волнуясь до леденеющих кончиков пальцев.

Время то тащилось со скоростью улитки в тумане, то неслось как камнепад с горы, и от самой Элге, казалось, совсем ничего не зависело. Обстоятельства складывались самым удачным для неё образом.

Самый важный, самый желанный день выбрали в конце августа, быстрее было бы совсем неприлично, однако возможные шепотки и пересуды ни в светском обществе, ни тем более среди простых жителей Леавора перестали Элге волновать. Она тихо плескалась в своём отвоёванном счастье и ждала того часа, когда их с Мадом время станет общим. От постели с ним мягко, но решительно отказалась, несмотря на то, что они уже были вместе, и просила дождаться заключения брака. Как бы ни хотелось ей самой засыпать и просыпаться в объятиях жениха, полностью вытравить из памяти воспоминания о ночи в лесу не удавалось, а бросаться из одних объятий в другие …она не могла. Пусть хотя бы месяц до свадьбы — но будет. Мадвик, судя по разочарованным глазам, с таким решением согласен не был, но принял его и не настаивал.

Терпеливо выносила примерки свадебного платья, которое, вопреки предложению Виррис, заказали у сторонней мастерицы, к счастью, не у госпожи Фатты — это было бы нелепой издёвкой. От остальных организационных вопросов Форрили её тактично, но уверенно отодвинули, полностью взяв на себя всю подготовку.

И Элге никак не могла объяснить для самой себя, почему накануне её неотвратимо потянуло в лес.

Она стояла в своем любовно обустроенном садике, бездумно разглядывала цветочные клумбы, на которых зацветали осенние цветы, и прислушивалась к себе. Тоненькая струна внутри еле слышно звенела и звала, и Элге послушалась её зова. Пока Виррис бегала на примерку к кому-то из заказчиц, Элге накинула на плечи палантин и вышла из Леавора. Мыслей не было; перед глазами безмолвно проносились картины её будущей, совсем скорой жизни. Новый дом. Их с Мадом комнаты — он показывал ей будущие владения, но её так трясло от волнения встречи с его родителями, что она ничего не увидела. Его глаза, ободряющая улыбка. Предложение разбить небольшой садик на участке их дома, чтобы Элге и дальше могла выращивать травы и составлять свои волшебные сборы. Разговоры… Предвкушение возможного визита в королевский дворец, потому что его величество высоко ценит старшего Форриля и, возможно, новая должность, несмотря на историю с семьей Иджеру, все же достанется Тивису, а через него и для Мадвика откроются более выгодные, высокие перспективы. Но самое главное — каждый день и каждую ночь вместе. Не тайком, не урывками. Элге зажмурилась, со стыдливостью представив несколько ярких образов.