Врата во тьму - Терри Гудкайнд

Хотя раньше он не замечал особенного цвета кожи этого Гли, Ричард не сомневался, что именно это создание видел уже несколько раз — и всегда оно показывало, что не собирается причинять вреда.

Когда Гли выпрямился, они с Ричардом долго смотрели друг другу в глаза. Время от времени третье веко моргало, закрывая большие и блестящие черные глаза. Ричард ощутил странное единение с этим существом.

Он напомнил себе об одном из своих основных принципов: человек не отвечает за преступления других. Когда-то его самого ненавидели за то, что он Искатель — до него мечом, его силой и титулом обладали недостойные люди. Из-за их дурной славы все Искатели считались плохими людьми. Его осуждали за грехи отца, считая таким же злом. Хотя все остальные Гли, которых он встречал и с которыми сражался, пытались его убить, этот Гли не имел таких намерений. Ричард постарался не судить его по действиям сородичей.

А затем создание превратилось в угольные штрихи и исчезло. Ричард хотел бы иметь возможность поговорить с этим Гли и выяснить его намерения.

Кэлен остановилась на узкой улице и обернулась.

— Ты идешь?

— Конечно, — сказал Ричард, срываясь на бег, чтобы догнать их.

— Итак, — сказала Шейла, когда они свернули в еще более узкий переулок, продолжая двигаться к дворцу, — вы расскажете, как вам удалось вынуть меч из ножен, хотя они были слиты воедино магией Железного Джека?

— Первое правило волшебника, — сказал он.

Шейла остановилась, развернулась и прищурилась.

— Что?

— Я всегда мог вытащить меч, — ответил Ричард.

Шейла в отчаянии хлопнула руками по бедрам.

— Если это и правда так, то почему вы не могли достать его раньше? Вика и Кассия держали ножны, пока вы тянули за рукоять, но у вас ничего не вышло.

— На самом деле я и тогда мог, — сказал Ричард.

Шейла сжала пальцы и раздраженно зарычала.

— Нет, не могли. Я сама видела. Меч удерживала магия Железного Джека, и вы втроем не могли вынуть оружие из ножен. Больше того, когда я дотронулась до ножен, то смогла ощутить магические узы, сплавившие их с мечом.

Ричард пожал плечами:

— Я тоже чувствовал эту магию.

Шейла стиснула голову обеими руками и снова зарычала:

— И вы не могли достать меч! Почему вы смогли сейчас, а тогда не могли?

Ричард улыбнулся ей:

— Шейла, я мог вытащить его в любой момент, когда захотел бы. Я просил тебя помочь, и ты сказала, что ничего не можешь сделать. Ты же сама говорила, что я боевой чародей. Но я хотел, чтобы Железный Джек думал, будто смог меня одолеть.

Ведьма чуть подалась к нему:

— Что?

— Я чувствовал на рукояти покалывание магии Железного Джека. Это была чистая магия Приращения, без следа магии Ущерба. Я притворился, что не могу достать меч из ножен, потому что знал, что Джек почувствует, если заклинание сломается. Вот почему я не сделал этого. Я позволил ему думать, что я пытался, но потерпел неудачу, и потому стал беззащитным. Я позволил ему верить в это, чтобы он осмелел. Я хотел, чтобы он считал, будто у него все под контролем — тогда его осторожность притупится, и он покажет свою натуру.

Шейла выпрямила спину и уставилась на него.

— Вы беспокоились, что он из страха перед вами может изображать невинность и дружелюбие?

Ричард снова улыбнулся:

— Вот теперь ты поняла. Я не хотел демонстрировать силу и доставать меч, когда он думал, что его магия сплавила оружие с ножнами. Я хотел посмотреть, что он будет делать, когда решит, что все контролирует.

Шейла повернулась к Кэлен:

— Твой муж — очень коварный человек.

Кэлен кивнула:

— Раздражает, не правда ли?

Глава 19

Возле входа во дворец Ричард не заметил ни стражников, ни просителей, ни слуг. Здесь не было непреодолимой стены или чего-то другого, что держало бы людей подальше от места силы.

Наступил день, и на узких городских улицах было много людей, спешивших по своим делам. Никто не приближался к дворцу — даже рядом не проходил. В стене не было никакой необходимости. Если он прав — а он был почти уверен в этом, — у них есть веская причина обходить дворец стороной. Именно поэтому не нужны ни стены, ни стража.

Другие дворцы и замки, которые ему довелось повидать, занимали значительную площадь, но этот впечатлял не широким основанием, а грациозной высотой. Ричард мог припомнить только один дворец, который взмывал ввысь с такой же величавостью. И он тоже не нуждался ни в стенах, ни в стражниках.

Он переглянулся с Кэлен и увидел в ее зеленых глазах, что она думает о том же.

Поднявшись взглядом по белым каменным стенам дворца, сужавшегося кверху, он увидел воронов. Птицы сидели на разных уровнях здания, глядя вниз.

Тринадцать очень длинных ступеней из серого мрамора с белыми прожилками вели к двери в белом камне стены. Не было ни богатого антаблемента над входом, ни замысловатой лепнины. Материал массивной двери походил на бронзу; поверхность была покрыта упорядоченными рядами тисненых надписей, узоров и символов. Ни один ряд не повторялся.

Когда Ричард подошел ближе, то узнал некоторые последовательности символов на двери. Язык Сотворения. Он пробежал пальцами по выпуклым элементам, мысленно расшифровывая их. В основном это были предупреждения держаться подальше, но с некоторыми особенностями.

Все еще держа пальцы на символах, он посмотрел через плечо на Кэлен:

— Здесь говорится, что никто не может войти, если ему не приказали явиться сюда.

Кэлен шагнула на последнюю ступеньку и встала рядом, изучая дверь. Она указала на одну из строчек:

— Здесь говорится то же самое.

— Можешь прочесть еще что-то?

Она осмотрела дверь, а потом дотронулась пальцами до нескольких строк, отмечая их и вглядываясь в странные узоры. Наконец, она мрачно посмотрела на Ричарда.

— Надписи сделаны на различных языках, и по меньшей мере дюжина из них используется в Срединных землях. Это имеет смысл — Биндамун расположен в горах, отделяющих Срединные земли от Д'Хары. Шейла сказала, что даже жители Северной Пустоши приходят сюда. Люди из самых разных мест приходят за редкими травами, растущими на