Вор и Книга Демона - Дэвид Эддингс

— Нет, — ответила она, рассеянно облизывая лапку иумывая мордочку. — Совсем не так. Там, внизу, что-то все-таки есть. Оченьдалеко внизу, но оно есть.

— Что же это?

— Вода, Альтал, а то, что ты видел, когда смотрел внизс обрыва, — это туман. Туман и облака — примерно одно и то же, если несчитать того, что туман стелется ближе к земле.

— Ты знаешь мое имя? — удивился он.

— Ну конечно, знаю, дурачок. Меня послали сюда, чтобы ятебя встретила.

— Да? Кто же послал тебя?

— Тебе сейчас и так нелегко оставаться в здравом уме.Давай не будем выходить за пределы разумного, разговаривая о вещах, понятькоторые ты пока не готов. Кроме того, тебе надо привыкать ко мне, Альтал. Нампредстоит долго-долго быть вместе.

Он сбросил с себя недавнее уныние.

— Нет, — сказал он, — думаю, с меня довольно.Приятно было поговорить с тобой, но сейчас ты меня извини, я просто возьмуКнигу и уйду. Я бы очень хотел остаться и поболтать еще немного, но зима и такуже будет гнаться за мной до самого дома.

— А как ты собираешься выйти? — спокойно спросилаона и начала умывать свои ушки.

Он резко обернулся. Двери, через которую он вошел в комнату,больше не было.

— Как тебе удалось это сделать?

— Нам она больше не понадобится — по крайней мерепока, — к тому же туда задувал ветер, поскольку ты не удосужился закрытьее, войдя.

В какое-то мгновение у вора от страха перехватило дыхание.Он попался. Его заманили сюда с помощью Книги, а теперь кошка поймала его вловушку, из которой не было выхода.

— Я, наверное, покончу с собой, — мрачно сказалон.

— Нет, не покончишь, — совершенно спокойноотвечала она, принявшись намывать свой животик. — Если хочешь, можешьпопробовать, но ничего не выйдет. Ты не можешь ни выйти, ни выпрыгнуть из окна,ни проткнуть себя кинжалом или копьем. Тебе лучше привыкнуть к этому, Альтал.Ты останешься здесь со мной до тех пор, пока мы не сделаем всего, что должны.

— А потом я смогу выйти? — с надеждой спросил он.

— Тебе придется выйти. Кое-что нам надо сделать здесь,а кое-что предстоит сделать в других местах, так что мы с тобой тудаотправимся.

— Что нам надо сделать здесь?

— Мне надо научить тебя, а ты должен учиться.

— Учиться чему?

— Книге.

— Ты имеешь в виду, научиться ее читать?

— И это тоже. — Она принялась мыть хвост, держаего согнутой лапой поближе к языку. — Когда ты научишься ее читать, тыбудешь учиться пользоваться ею.

— Пользоваться?

— Всему свое время. Тебе сейчас и так нелегко.

— Так вот, я скажу тебе здесь и сейчас, —запальчиво выговорил он. — Я не собираюсь выслушивать приказания от кошки.

— Придется. Чтобы смириться с этим, тебе, возможно,понадобится время, но ничего, у меня этого времени сколько угодно. — Онапотянулась и зевнула. Затем оглядела себя. — Вот теперь все чисто, —одобрительно сказала она. Затем снова зевнула. — Может быть, хочешьсделать еще какое-нибудь глупое заявление? Лично я сказала все, что хотела.

Свет под куполом начал медленно гаснуть.

— Что происходит? — резко спросил он.

— Приведя в порядок свою шерстку, я собираюсь немноговздремнуть.

— Ты только что проснулась.

— Ну и что же? Раз ты, по-видимому, не готов делать то,что должен, я могу немного поспать. Когда передумаешь, разбуди меня, и мыначнем.

Затем она снова улеглась на мохнатые шкуры бизона и закрылаглаза.

Альтал поворчал немного про себя, но спящая кошка даже ухомне повела. Наконец он махнул на все рукой, завернулся в плащ и, пристроившись устены там, где раньше находилась дверь, тоже уснул.

Альтал продержался несколько дней, но из-за своей профессиион сделался человеком весьма возбудимым, и вынужденное бездействие в этойзапечатанной комнате начало действовать ему на нервы. Он много раз прохаживалсяпо комнате взад и вперед, выглядывал в окна. Он обнаружил, что сквозь нихдовольно легко можно просунуть руку или даже голову, но когда он пыталсявысунуться целиком, то упирался во что-то невидимое. Что бы это ни было, но ононе давало проникать внутрь холодному воздуху. В этом доме было так много всегонеобъяснимого… Наконец любопытство вора возобладало.

— Ну что ж, — однажды, когда солнечный свет едвапозолотил небо, сказал он кошке, — сдаюсь. Ты победила.

— Конечно, я победила, — ответила она, открываясвои ярко-зеленые глаза. — Я всегда побеждаю. — Она зевнула и гибкопотянулась. — Тогда почему бы тебе не подойти сюда, чтобы мы моглипоговорить?

— Я могу разговаривать и отсюда.

Он немного опасался подходить к ней так близко. Ясно, чтоона могла делать непонятные ему вещи, и не хотелось, чтобы она произвелачто-либо над ним.

Ее уши слегка вздрогнули, и она улеглась обратно.

— Когда передумаешь, дай мне знать, — сказала онаему. И снова закрыла глаза.

Он проворчал какие-то ругательства, но сдался, встал соскамьи, стоящей у стола, и подошел к покрытой шкурами кровати. Он сел,несколько неуверенно протянул руку и коснулся пушистой кошачьей спинки, чтобыубедиться в том, что это не призрак.

— Быстро ты, — заметила она, снова открывая глазаи замурлыкав.

— Упираться, похоже, не имеет особого смысла. Вероятно,тебе здесь все подвластно. Ты хотела поговорить?

Она уткнулась носом в его руку.

— Я рада, что ты понял это, — сказала она,по-прежнему мурлыча. — Я не приказывала тебе просто потому, что хотелапосмотреть, как ты будешь прыгать, Альтал. Пока что я кошка, а кошкам нужналаска. Мне нужно, чтобы ты был рядом, когда я говорю.

— Так ты не всегда была кошкой?

— Ты встречал много говорящих кошек?

— Знаешь, — отшутился он, — хоть убей, немогу припомнить, когда со мной такое было в последний раз.

Она по-настоящему рассмеялась, и от этого у него немногопосветлело на душе. Если он мог заставить ее смеяться, значит, не все здесьбыло ей подвластно.