Зовите меня Просто Госпожа - Эмма Орелайн

Третью партию я почти не помогала, а к пятой стояла в сторонке и просто контролировала процесс. Наблюдая за юной ведьмой, я убедилась, что без меня девушка сможет спокойно выживать.

Мы расфасовали все зелья и некоторые сделанные мной микстуры по колбам и закупорили. В будущем я планировала еще купить красивые этикетки и ленточки, но пока мы сильно не шиковали.

Я только хотела поговорить с Иридессой насчет того, что возможно она не против остаться здесь, в лавке. Летать сюда каждое утро невероятно далеко и тяжело для нас обеих. Да и много вещей остается без присмотра. Но это не аргумент, ведь если ворвутся грабители, вряд ли слабая девушка сможет оказать достойный отпор, скорее наоборот я подвергаю ее опасности.

И только решаю, что все-таки заберу Иридессу с собой, как она сама выпаливает о желании остаться. Говорит, читать будет, свет нужен, и мне мешать не хочет. Я надеялась, что она не собирается без меня экспериментировать с приготовлением отваров и строго ей запретила это делать, на что она охотно закивала.

Десять раз ее переспросила и когда убедилась, что она точно не боится остаться одна, села на метлу и отправилась домой. Всю дорогу улыбалась. Помню как такими же «честными-честными» глазами смотрела на маму и говорила, что не буду я одна «каше-зельеварить». Но только я оставалась в доме одна, как котелок уже оказывался наполненным и в него летели все возможные ингредиенты, а мои искренние обещания вдруг становились недействительными. Пару раз нашу кухню чуть не подорвала. Именно поэтому пока мы варили настойки вместе с Иридессой, я по нескольку раз вбивала ей в голову, какие вещества взрывоопасны. Надеюсь, она запомнила.

Хоть был и поздний вечер, я все-таки залетела в спортзал, который находился на соседнем Полорском древе пятью этажами ниже. Встала на зацикленные магией веа и побежала по ним. Бег сейчас поможет мне привести мысли в порядок. Очень удобно настраивать на таких веа скорость.

Пока бежала мыслями была на работе. Меня мучили догадки, мне хотелось вернуться в офис и засесть там на всю ночь, когда есть только объект, я и тишина. Замечательное трио, обожаю.

После бега я выполняла упражнения с гантелями, но мыслями опять уплывала на работу. Теперь уже вспомнился генерал дерш Рэйрмирж. Наедине он был совершенно другим. Когда мы встретились впервые, когда я еще была старушкой, он был добр, временами весел, но вообще довольно серьезным и строгим. Встретив его на работе, он показался мне заносчивым, холодным, надменным и вообще зазнавшимся генералом. Наедине же мужчина оказался и веселым и добрым и дерзким и игривым. Он вечно флиртовал, поддевал, выводил, провоцировал. Конечно, мне это нравилось. Любой девушке будет приятно внимание мужчины. Тем более такого мужчины. Когда при нем все: волевой подбородок, остры черты лица, высокий рост, накаченное тело, невероятно глубокие и красивые голубые глаза. Еще и умный. Да что уж там мелочиться, богатый наверняка.

Но я понимала: с Главлисом мне ничего не светит. Теперь не светит.

Если бы не события парой днями ранее, я бы совсем не отказалась даже от небольшой интрижки с таким шикарным мужчиной. Но так как я его обманула, переступила закон, даже не зная, что нарушаю законы Морандо перед самим Главлисом, перед генералом — теперь я с этим красавчиком ничего не могу иметь общего, кроме работы. Что ж, я не слишком расстроена, скорее, слегка раздосадована упущенной возможности.

Погрузившись в мысли, занималась я усердно в течение пары часов, так что чувствовала каждую свою мышцу, а вот двигала ими я не всегда с успехом. Боялась свалиться с метлы в таком состоянии, но все же обошлось без происшествий. Задумалась над тем, какому риску подвергаю себя каждый день: случись что и упади я с метлы, шансов на выживание примерно одна сотая на миллиард. Но меня все устраивает. Безбашенность у ведьм в крови.

* * *

На работу прилетела довольно рано, перед этим совершила все-таки налет к племяннице, убедилась, что все хорошо: племянница не ложилась, читала книги и варила зелья. Она боялась, что я ее отругаю, а я посмеялась. Да, я была обязана как взрослая ей запретить, но я все еще помню, что такое подростковый возраст и что некоторые вещи запрещать бесполезно, да и зачем? На своих ошибках надо учиться, свои шишки набивать, чужие столько опыта не дадут.

Я положила ей еще одну стопку книг. Там помимо магических основ были учебники по основным предметам. Взяла с Иридессы слово, что она будет каждый день уделять время учебе и упорхала на работу.

Тяжело ей, конечно, сейчас будет, но видя ее энтузиазм и готовность, я уверенна, что она справится.

Придя на работу, обнаружила, что кто-то пытался войти. Странно, я же всех предупредила. Забыл кто-то? Я всем сказал, а что дверь заперла, ключ у меня. Не говорила только про то, что свою печать магическую еще поставила…

Ладно, разберемся.

Не успеваю зайти в лаборатории и настроиться на работу, как на меня налетает несколько работников, в том числе и Алассо, все испуганные, как будто у нас тут труп воскрес. Хотя такое у нас тоже было, но тогда труп оказался не совсем трупом.

Пока я бежала в соседнюю лабораторию, пыталась выяснить у суетящихся сотрудников, что случилось, но так как все говорили разом, а объяснения были сбивчивыми, я поняла только то, что работать мне предстоит с русалкой. Вернее с ее хладным телом.

Залетаю в кабинет, натыкаясь на, лежащую на столе, мертвую русалки. Зрелище жутковатое. Судя по виду, это была очень старая русалка, и я бы сказала, что она умерла от старости, если бы не странные бугры на теле, в некоторых местах проплешины, похожие на лишай. Глаза раскрытые, стеклянные, а зрачок побелевший. Жуть.

— Бездна… — встала я напротив русалки, боясь даже дышать, — Какого гоблина до сих пор труп не накрыт куполом. У нее же кожа как песок, дотронься — рассыплется!

Я принялась сразу в разнос, потому что шокированные коллеги, кажется, совершенно забыли суть своей работы, и вообще боялись подходить к устрашающему изуродованному телу.

И так от природы кожа с голубым оттенком теперь выглядела серовато-зеленой. Русалка не была больших размеров, хвост был средней длины.

— Похоже на какое-то заражение… — сказала я, собирая через тонкий шприц