Фронтир. Дорога на двоих - Константин Калбазов

— Не думаю, что рустинский король будет против бескровного присоединения наших территорий. К тому же мы сможем склонить к подобному решению остальные племена.

— И многих вы уже склонили? Вам придется воевать, чтобы заставить других подчиниться. Во всяком случае, с большинством из них. Вы готовы сражаться с теми, кто, по сути, является вашими соплеменниками, ведь у вас одни корни?

— А отчего ты так заинтересован в нашей судьбе, Верная Рука?

Вопрос прозвучал совершенно неожиданно. Они с профессором настолько увлеклись беседой, что даже не заметили появления еще одного человека. Не сказать, что они были поражены, но некое удивление все же присутствовало, когда они разом посмотрели в сторону двери, где возвышался во весь свой могучий рост верховный вождь куроки.

— Я уже говорил, что в моем мире с племенами индейцев, очень похожими на вас во всех отношениях, поступили несправедливо. Всякий раз, когда я читал о тех событиях, мне хотелось им чем-нибудь помочь.

— Что же, здесь у тебя есть реальный шанс.

— Боюсь, что мечты так и остались мечтами. Я не представляю, чем могу быть полезен для куроки и пинков в целом. Все мои рассуждения гнедка ломаного не стоят, я обычный охотник-промысловик.

— Ну кое-какие твои знания вовсе не будут для нас лишними, — не согласился Высокая Гора, покачав головой. — Я имею в виду те, которые ушли вперед в сравнении с нашим миром.

— Они все поверхностны. Даже слишком.

— Но не те, что касаются военной стороны, — покачав головой, убежденно произнес вождь.

— Возможно, в некоторой степени. Да только для куроки эти знания бесполезны. Я уже говорил, что у вас нет шансов выстоять в открытом противостоянии.

— В любом случае мы будем пытаться. А если нужно, то и драться.

— Глупо было бы ожидать чего-то другого, — откидываясь на подушки и устраиваясь в полусидячем положении, согласился Сергей.

Выздоровление шло полным ходом, но он все же пока был довольно слаб, чтобы перегружать организм. Профессор утверждал, что ситуация будет меняться чуть ли не ежедневно, и Сергей верил ему. Он и сам замечал, что тело с каждым днем все больше крепнет, а усталость не так наваливается. Но сегодня он, похоже, перестарался. От долгих разговоров уже начинала побаливать голова.

— Верная Рука, ты говоришь, что человек не военный. Но если судить по твоим действиям, получается, что ваша тактика сильно отличается от тактики белых.

— Да, это так. В моем мире с распространением нарезного оружия и повышением скорострельности довольно быстро отказались от старой тактики, очень схожей с местной. Тому способствовали несколько кровавых войн.

— А не согласился бы ты взяться обучить наших воинов новой тактике? — Высокая Гора с надеждой взглянул на Сергея. — Нас слишком мало, чтобы мы могли позволить себе воевать так же, как это делают белые. Именно по этой причине нам остаются только партизанские методы, но так воевать не получится.

— Даже если предположить, что я смогу научить вас чему-то дельному, то это приведет к еще большей крови, а результат будет один.

— Но ты говорил, что тебе нравятся пинки.

— Этого я не говорил, Высокая Гора. Ты выдаешь желаемое за должное.

Странное дело, общаясь с профессором, Сергей никогда не позволял себе переходить на «ты». С вождем же это выглядело как-то естественно, хотя и панибратством это не назовешь. В глазах Варакина Высокая Гора все так же был весомой фигурой, достойной уважения, хотя и общались они всего-то ничего.

— Но ты говорил о том, что в вашем мире подобных нам практически уничтожили и что ты всегда хотел им помочь.

— Там это были книги, рассказы, слухи, романтика. Здесь же я большую часть времени провел, сражаясь именно с пинками, пусть это и были арачи, а не куроки. Рустинцы же мне нравятся, они очень близки по духу и культуре моему народу.

— Иными словами, ты хочешь сказать, что недостаточно хорошо нас знаешь, чтобы принять нашу сторону.

— Возможно.

— Хорошо. Тогда оставайся у нас. Определись с тем, чем бы ты хотел заниматься. Захочешь охотиться — так тому и быть. Решишь возделывать землю — подберем тебе отличные плодородные земли, их здесь великое множество. Пожелаешь заняться скотоводством или разведением лошадей — мы выделим тебе участок пригодный для этого занятия. Совет племени заинтересован в белых поселенцах, мы постоянно учимся у них чему-нибудь новому.

— Перекраивать старые устои не такое уж легкое дело?

— Да уж, а главное, долгое и кропотливое, — горько улыбнулся Высокая Гора, и тут же стало очевидно, какой груз несет на своих плечах этот человек.

— А еще ты надеешься, что в процессе моего проживания здесь я, сам того не желая, начну делиться своими знаниями из моего мира. Это просто неизбежно.

— Именно так. — На этот раз вождь улыбнулся с видом хитрована.

— А ничего, что я и мои товарищи проходим службу в черных шевронах? Вот возьмет кто из твоих соплеменников и соблазнится большой наградой. Или кто из другого племени прознает про нас. Жить, чтобы всегда оглядываться? Не хотелось бы.

— Я же говорил, что можно кое-что предпринять. Например, мы сделаем так, что все узнают о вашей гибели. Потом я смогу выправить тебе новые документы — и все. Живи и радуйся.

Не сказать, что предложение Высокой Горы было неприемлемым. В конце концов Сергей никому ничего не должен, разве только своей совести. Он не считал свою вину искупленной, но и погибать за непонятные интересы тоже не хотел. С другой стороны, он совершил это убийство по чистой случайности. Если Высокая Гора сможет все обставить должным образом… Сомнительно, конечно. Верная Рука — довольно известная личность в этих краях, и тут как ни рядись…

— Я подумаю над твоим предложением, — наконец выдал Сергей, решив и впрямь взвесить все «за» и «против».

— Подумай, — удовлетворенно произнес вождь. Как видно, он и не рассчитывал на сиюминутное решение. — Да. Признаться, сейчас я приехал по другому поводу, — словно вспомнив о чем-то, продолжил Высокая Гора.

А может, так оно и было на самом деле, но, задетый за живое, он переключился на более интересующую его тему. Скорее всего, именно так.

— И по какому же? — с нескрываемым любопытством поинтересовался Сергей. Что еще придумал Высокая Гора?

— Тебе известен некто Шимон Дворжак?

— Скажем так: я слышал это имя и, признаться, хотел бы встретиться с этим человеком, — непроизвольно приподнимаясь и делая стойку, словно охотничий пес, почуявший дичь, произнес Сергей.

— Какое совпадение. А он хочет встретиться с тобой. Его желание настолько велико, что он не поскупился сначала нанять пароход, для того чтобы добраться до Паюлы. Не застав тебя там, он нанял отряд наемников, чтобы отправиться в степь. И даже успел сцепиться с арачами, перебив один из их военных отрядов.