Крылья - Эприлинн Пайк

Наконец он отпрянул, жадно глотая воздух, и Лорелспохватилась: «Что я натворила?»

– Прости меня, – шепнул он. – Я не хотел…

– Шшш… – Она приложила пальцы к его губам. – Всехорошо.

Лорел не отпустила Дэвида, и тогда он робко склонился к нейс новым поцелуем.

В последнюю секунду она покачала головой.

– Не знаю, настоящее это чувство, или я просто паникую,или… – Лорел умолкла. – Я не могу, Дэвид. Столько всего происходит.

Он медленно отстранился и долго молчал, а потом едва слышнопроговорил:

– Тогда я подожду.

Лорел подняла с пола свой рюкзак и зачем-то сказала:

– Я домой.

Дэвид проводил ее взглядом.

У входа в комнату она разок обернулась и закрыла за собойдверь.

На уроке биологии Лорел заняла свое обычное место, однакоучебники не выложила. Она сидела прямо, как доска, и внимательно прислушиваласьк шагам Дэвида, но все равно испуганно вздрогнула, когда он бросил на партурюкзак. Усилием воли подняв глаза, Лорел увидела на его лице ненастороженность, а широкую улыбку и яркий румянец.

– Я вчера кое-что почитал, – сказал он, непоздоровавшись, – и у меня есть пара теорий.

«Теорий?» Лорел не очень-то хотела их знать.

Вернее, совсем не хотела, раз у него такое лицо.

Дэвид открыл какую-то книжку и протянул ей.

– Венерина мухоловка? Ты умеешь польстить девушке.

Лорел хотела оттолкнуть книгу, но он положил на нее оберуки.

– Нет, я же не говорю, что ты – венерина мухоловка.Прочти о ее рационе.

– Это плотоядное растение, Дэвид.

– В общем, да, но прочти почему. – Он указал пальцем напараграф, подчеркнутый зеленым фломастером. – Мухоловки растут на неплодородныхпочвах – с невысоким содержанием азота, как правило. Мух они едят, потому что втелах насекомых много азота, но нет жира и холестерина. Дело не в мясе, а втом, какие питательные вещества им необходимы. – Дэвид перевернул страницу.Вот, здесь говорится, чем кормить домашнюю венерину мухоловку. Многиескармливают ей кусочки котлет и стейков, потому что думают, как ты: «А, да этоже плотоядное растение!» На самом деле мясо ее убивает – в нем много жира ихолестерина.

Лорел в ужасе уставилась на фотографию.

– Я не секу, – выдавила она.

– Питательные вещества. Ты ведь не пьешь молоко, верно?

– Нет.

– Почему?

– Меня от него тошнит.

– Верно! Потому что в нем содержится жир и холестерин.А что ты пьешь?

– Воду, содовую… – Лорел задумалась. – Сироп от маминыхперсиков. И все вроде бы.

– Вода и сахар. В вазу с цветами часто кладут сахар,чтобы они дольше стояли. Цветы его просто обожают.

Теория Дэвида была слишком логичной. У Лорел разболеласьголова.

– Так почему я мух не ем? – язвительно спросила она,потирая виски.

– Наверное, они слишком маленькие. Лучше подумай о том,что ты ешь. Только фрукты и овощи. Растения, выросшие из земли и впитавшиеоттуда все необходимые вещества. Ты получала бы их сама, будь у тебя корни.

Лорел молчала, пока мистер Джеймс призывал класс к тишине.

– Так ты по-прежнему думаешь, что я – растение? –прошептала она.

– Чрезвычайно высокоразвитое растение, да, – ответилДэвид.

– Ужас.

– Не знаю. – Он широко улыбнулся. – По-моему, клево!

– Конечно, ты же ботаник. А я всего лишь девчонка,которая не хочет, чтобы на нее пялились в спортзале.

– Ну и что, – не унимался Дэвид. – Все равно классно.

Она фыркнула и привлекла этим внимание мистера Джеймса. Тотсердито подбоченился и сказал:

– Лорел, Дэвид! Может, поделитесь шуткой содноклассниками?

– Нет, сэр, – ответил Дэвид. – Но спасибо, чтопредложили.

Все захохотали, а мистер Джеймс скорчил недовольную гримасу.Лорел откинулась на спинку стула и ухмыльнулась.

«Один ноль в пользу Дэвида», – подумала она.

В субботу Лорел опять пришла к нему «делать уроки». Дэвидпоказал найденную в Интернете статью о том, как листья растений поглощаютуглекислый газ и вырабатывают кислород.

– А ты? – спросил он.

Лорел сидела на кровати у западного окна, где ее лепесткимогли вбирать солнечный свет. Поэтому – и по многим другим причинам – Лорел таклюбила «заниматься» у Дэвида после школы. Он даже предпринял храбрую попытку непялиться на цветок, хотя время от времени все же косился на Лорел.

«Интересно, на лепестки или на мой голый живот?» – думалаона.

И все равно не возражала.

– Ну, листьев у меня нет… кроме этих крошечных, подлепестками. Пока нет.

– По-моему, кожа тоже считается.

– Почему? Она что, начинает зеленеть? – спросила Лорели тут же умолкла.

Ей вспомнился Тамани с зелеными волосами. Она не хотела онем думать – слишком тревожные это были мысли. И вообще, нечестно думать оТамани рядом с Дэвидом. Лорел вспоминала о нем ночью, перед сном.

– Не все листья зеленые, – продолжал Дэвид, ничего незамечая. – Как правило, они составляют большую часть наружной поверхности,поэтому я и решил, что твои листья – это кожа. Возможно, именно ею тыпоглощаешь углекислый газ. – Он покраснел. – Ты ведь любишь носить открытыемайки даже в холодную погоду.

Лорел помешала «Спрайт» соломинкой.

– Тогда зачем я дышу? Я ведь дышу.

– А это обязательно?

– Что значит «обязательно»?! Конечно!

– Мне кажется, нет. Или, по крайней мере, ты можешьвдыхать гораздо реже, чем мы. Насколько ты умеешь задерживать дыхание?

Лорел пожала плечами.

– Надолго вроде.

– Ну же, вспоминай. Ты ведь плавала в бассейне и должназнать. Хотя бы примерно, – добавил он, когда Лорел покачала головой.

– Я просто всплываю, когда под водой надоедает. Надолгоне ныряю. В ванной только мочу волосы, и все.

Дэвид широко улыбнулся и взглянул на часы.

– Хочешь, проведем эксперимент?

Лорел несколько секунд смотрела на него, затем отодвинулабанку с содовой и пихнула Дэвида в грудь.

– Надоело мне быть подопытным кроликом! Давай спервапроверим, насколько ты задержишь дыхание.

– Хорошо, а потом ты.