Проверка на прочность - Роланд Смит

– Схему планет, вращающихся вокруг солнца.

– Именно! Система та же, что и в сочинении Коперника «О вращении небесных сфер», опубликованном в тысяча пятьсот сорок третьем году.

– Надо же, как интересно, – вежливо сказала Эми, оглядываясь в поисках компьютера. Ей не терпелось закончить экскурсию и приняться за дело.

Баззи победно улыбнулся.

– Кажется, вы не понимаете! Рукопись была написана местным ученым за двести лет до рождения Коперника!

– Ух ты! – воскликнул Джейк. – Потрясающе! – Он снова склонился над книгой. – А что это за заметки на полях? Не могу разобрать, буквы слишком мелкие.

Эми нетерпеливо посмотрела на часы, однако ни Баззи, ни Джейк не обратили на нее внимания.

– Хм, – задумался Баззи. – Думаю, к рукописи эти каракули не имеют никакого отношения. В древности бумага ценилась на вес золота, поэтому ученые старались использовать любой листок, даже если это был труд другого ученого.

– И что там написано?

– Дневниковые записи, научные теории, список дел на день, карты, стихи…

– Это очень интересно, – с нажимом произнесла Эми. – К сожалению, мы спешим – сроки поджимают.

– Разумеется. – Баззи с пониманием кивнул. – Извините, я увлекся. Редко с кем удается поговорить о древних манускриптах, местные жители сюда почти не заглядывают.

Джейк слегка толкнул Эми локтем в бок.

– У меня к вам еще пара вопросов, – сказал он.

Эми готова была его убить.

– Вам не попадались рукописи на латыни? – спросила девочка, вспоминая сообщение Веспера-Один. Возможно, получится сузить круг поисков.

– Нет. Впрочем, как вы наверняка знаете, арабский называют африканской латынью. А Тимбукту – культурный центр Африки. Во времена расцвета в городе было двадцать пять тысяч ученых и студентов, которые обменивались информацией примерно так же, как сейчас ею обмениваются через интернет. Тогдашние ученые создали миллионы рукописей…

– И что было дальше? – спросила Эми.

– Завоевание и упадок. Рукописи прятали в стенах домов, в сухих колодцах, закапывали в песках Сахары, чтобы захватчики их не уничтожили. В сухом климате пергамент хранится сотни лет. Лишь совсем недавно люди поняли, что им ничего не угрожает, и начали доставать древние книги из тайников. На прошлой неделе нам принесли пятьсот рукописей. А за неделю до этого – в два раза больше. Наша коллекция – одна из величайших в мире, хотя из-за удаленности Тимбукту о ней мало кто знает.

– Кто приносит рукописи? – спросил Джейк.

– Потомки местных древних родов, военные, кочевники. За возвращение нашего наследия мы им платим, сколько можем, но средств не хватает.

Эми оглядела толстые стены, в которых хранились тысячи древних манускриптов. В институте будто сливались целые реки мудрости веков.

– Мы обязательно сделаем пожертвование, – пообещала Эми.

– Будем вам очень благодарны. Впрочем, вы можете помочь нам и другим способом.

– О чем речь! – воскликнула Эми.

– Знаменитые европейские соборы или торговые пути в страны Востока известны всем. Однако мало кто слышал о древнем пути, по которому распространялись знания. Он назывался Чернильный путь, и сейчас вы находитесь в его сердце. – Баззи указал на книгу за стеклом. – Кто знает? Возможно, древние рукописи хранят еще много тайн. Расскажите людям о наших сокровищах. Единственный способ их сохранить – поведать о них другим.

– Обязательно расскажем! – пообещала Эми и решила, что выпишет Институту чек, который обеспечит его финансирование лет эдак на пятьдесят. Все-таки иногда хорошо быть Кэхиллом.

– Спасибо, – поблагодарил Баззи. – Теперь пойдемте, наш лучший компьютер находится в зале каталогов.

Хранитель провел ребят через лабиринт стеклянных шкафов к противоположной стене, открыл маленькую дверь, и в лицо им пахнуло спертым воздухом.

– Консерванты против плесени, – пояснил Баззи. – Воздух немного затхлый, но скоро привыкнете.

Он включил свет и вернулся к своему столу.

Это была не комната, а настоящий склад. Рукописи хранились в огромных стеллажах метров семь в высоту. Эми побледнела.

– Похоже на древний пункт приема утильсырья. Нам никогда не отыскать здесь «Апологию»…

– Все не так безнадежно, как тебе кажется, – уверил ее Джейк. – Вспомни про пределы допустимого.

– Ты вообще о чем?

– Сообщение Веспера, – пояснил Джейк. – «Отправляйтесь в Тимбукту. Предупреждаю: ищите в пределах допустимого».

Эми все еще не понимала. Джейк взял с полки рукопись и указал на каракули сбоку страницы.

– По-моему, «Апология» написана на полях книги другого автора, причем на латыни.

– Именно! – воскликнула Эми и порывисто его обняла.

Джейк тоже прижал девушку к себе, и вдруг оба поняли, что происходит. Они поспешно отпрянули, однако глаза их снова встретились. Лицо Эми пылало, и даже Джейк немного раскраснелся. Их тянуло словно магнитом, они склонялись друг к другу все ближе и ближе. Наконец их губы соприкоснулись.

Эми шарахнулась в сторону, как ошпаренная, Джейк Розенблюм был смущен ничуть не меньше.

– Я… – Уже несколько недель Эми не приходилось подбирать слова с таким трудом. Она сделала глубокий вдох, но воздух застрял в горле, и голос сорвался на писк. – Пойду позову Дэна Мышонком. – Она снова вспыхнула. – Скажу Мышонку позвать Дэна.

Девочка повернулась и решительно зашагала к дверям.

– Э-э, да, сходи, конечно. – У Джейка тоже внезапно возникли трудности с речью. – Удачная мысль. А я… Я поищу записи на полях.

Никто его не услышал. Эми Кэхилл выбежала вон.