База 24 - Алекс Орлов

Ровно в шесть утра Джима и Тони разбудил дядя Эдгар. Громким командным голосом он погнал их под холодный душ и проследил, чтобы никто не включал горячую воду. Друзья отчаянно вопили, однако другого способа привести их в порядок не было. Потом был скорый завтрак, состоявший из бутербродов и горячего кофе. Уже в холле дядя Эдгар раздал им листы бумаги и авторучки.

– Сейчас под мою диктовку будете писать заявление с просьбой о приеме на курсы военной специализации, – сказал он.

После того как заявления были написаны, полковник Форсайт начал инструктаж.

– Запомните следующее: если вас спросят, собираетесь ли вы посвятить свою жизнь службе в армии, вы должны сказать, что, безусловно, собираетесь. Понятно?

– А мы разве собираемся? – спросил Джим.

– Думать вы можете все, что угодно, но говорить – лишь то, что следует. Это понятно?

– Понятно.

– Потом вас спросят – не хотите ли вы подписать пятилетний контракт заранее, до окончания курсов, и вы опять должны сказать, что просто мечтаете об этом.

– И все, нас примут? – не унимался Джим.

– Не спеши, – сказал дядя, поправляя безупречный узел на своем полковничьем галстуке. – Еще они спросят у вас о том, какую вы хотите получить военную специальность, а именно – в подразделении технического обеспечения, в подразделении материального обеспечения или пехоты. Что вы должны ответить?

– Мы, конечно, выбираем материальное обеспечение, потому что это нам по профилю, – сказал Джим.

– Нет, ни в коем случае.

– Но это же по профилю, – возразил Тони.

– Это по профилю, – согласился дядя Эдгар. – Там готовят как раз таких плохишей, которые потом пытаются свалить свое воровство на мышей и крыс. Но на эту специальность, как, впрочем, и на техническое обеспечение, довольно высокий конкурс. И это понятно – участвовать в войсковых операциях желающих мало, поэтому все тепленькие места на курсах забиты наглухо. Однако достаточно сказать, что вы желаете стать пехотинцами, и все двери для вас будут открыты.

– И мы станем пехотинцами?

– Да не станете вы пехотинцами, потому что, как только сдадите экзамены, я заберу вас к себе в тыловое ведомство!

– Как здорово!..

Закончив инструкцию, дядя Эдгар убрал заявления в красивую кожаную папку и повел своих подопечных к машине. На этот раз вместо «Рапида-210» они довольствовались служебной коричневой машинкой, на которой полковник Форсайт едва ли не за полчаса доставил ребят к самому центру города. Такая скорость объяснялась ранним утром и маршрутом, который выбрал полковник. Он провез Джима и Тони по каким-то серым и невзрачным улицам, застроенным муниципальными домами для неимущих. Стены с облупившейся штукатуркой были расписаны граффити, а все попадавшиеся по дороге мусорные баки оказались перевернутыми.

– Какое ужасное место, – сказал Тони. – Посмотрите, даже баки перевернуты. Кто это делает?

– Сами жители этого квартала, – пояснил дядя Эдгар.

– А зачем?

– Таким образом они выражают протест против условий, в которых они живут.

– Но ведь они только ухудшают свои условия.

– А им плевать. Квартиры муниципалитет выдает им практически бесплатно, вот они и пьянствуют с утра до вечера… Да еще протестуют с похмелья.

Наконец грязный квартал закончился, и полковник вывел машину на широкую и красивую улицу. Джим и Тони с облегчением вздохнули. Это снова был тот Сан-Лоис, который они хотели видеть.

Проехав еще немного, полковник свернул направо, к многоэтажному массивному зданию. По его архитектуре сразу становилось понятно, что здесь обитают военные.