Встречный бой - Дмитрий Казаков

Через пару минут внутренности джипа огласились дружным хрустом и чавканьем.

Солнце поднималось из-за горизонта. Дорога продолжала оставаться все такой же широкой, так что кары могли двигаться по три в ряд, но рытвин и выбоин попадалось так много, что скорость упала.

Роберт чуть ли не кожей ощущал копящееся внутри джипа напряжение. Никто не шутил, полицейские смотрели в окна, а пальцы застыли на спусковых крючках.

Крауч вцепился в руль, точно утопающий — в спасательный круг.

После обнаружения странных трупов прошло несколько часов, но слухи о том, что было найдено нечто непонятное, наверняка расползлись по батальону. Когда в поле зрения Роберта попадали другие джипы, он видел внутри белые, серьезные лица.

В середке колонны, прикрытые со всех сторон, ползли черные кары, напоминающие вымазанные гуталином айсберги.

Пейзаж вокруг менялся мало, несколько раз над дорогой пролетали твари, похожие на обрывки серых простыней, что-то мелькало в зарослях на склонах холмов, на востоке потихоньку вырастали горы, а сверху нависало все то же сиреневое, угнетающее небо.

— Еще один, — сказал Штольц, когда дорога взобралась на холм, а впереди, в ложбине, стал виден поселок и пересекающая его река, блестящая, точно полоса ртути.

— И тут живут, — добавил Роберт.

На дорожках между одинаковыми, как желуди на дубу, строениями, заметно было движение, на площади, у здания с флагом КОСМ стоял тяжелый гусеничный транспортер.

— Уродливое все какое-то, — проворчал Лю Фай. — Вон та штука на самом берегу похожа на металлического паука. А вон та башня напоминает член носорога…

— Все-то ты видел, — одернул разболтавшегося подчиненного Фолли. — Крауч, снижай скорость до двадцати…

Их джип шел левым в первом ряду авангарда и сбросил скорость чуть раньше остальных.

Спуск остался позади и на обочинах появились дома — убогие халупы из кое-как скрепленных металлических и пластиковых листов. На веревках болтались тряпки, ветер гонял обрывки ткани и прочий мусор, сквозь маску проникал острый и неприятный запах.

Колонна, фырча моторами, втягивалась в город, точно огромная металлическая гусеница.

— Я прямо чувствую, как за нами наблюдают! — пробормотал Джефф.

Роберт ощутил, как по спине побежали струйки пота. Когда дверь одного из домов со скрипом открылась и из нее шагнул человек, с трудом удержал дернувшийся на спусковом крючке палец.

— О… он такой же! — голос Штольца чуть заметно дрогнул. — И без маски! Как он дышит!?

Человек был наряжен в мешковатый темный комбинезон, из воротника торчала ребристая, чудовищно толстая шея, а вздутие на переносице вызывало мысли о жуткой болезни.

— Похоже, что все они тут такие… — отозвался сержант. — Мутация, позволяющая дышать этим ядом?

Вслед за мужчиной показалась женщина, невысокая и узкоплечая, точно ребенок.

— Помоги нам Единый! — сказал Лю Фай. — Вы заметили, что ни в предыдущем поселке, ни в этом нет храмов?

— Заметили, мы… — ответил Роберт, но прервался, краем глаза отметив какое-то движение.

Крауч ударил по тормозам, джип со скрипом остановился, полицейских мотнуло.

— Проклятье, что ты делаешь? — рявкнул Штольц, но смолк, когда от соседней машины раздался треск автоматной очереди.

— Он перебежал перед самой машиной… — сказал Крауч и как-то по-детски шмыгнул носом.

Треск стих, и на дороге, перед бампером правого в первом ряду джипа осталось лежать похожее на человека существо.

Оно обладало теми же признаками, что и прочие обитатели Халикта, но помимо них, могло похвастаться грязно-серой кожей, отсутствием волос на голове и коростой на чудовищно искореженном лице.

Хлопнула дверца, из среднего джипа выбрался лейтенант Вантерпул, сопровождаемый парой полицейских.

— Сынок! — истошный крик заставил Роберта вздрогнуть. — Сынок! Что с тобой?

— Ой, что мы натворили, Лик Единого, — проговорил Фолли.

Женщина пробежала мимо их джипа и припала к трупу, обнимая его и сотрясаясь в рыданиях. Пустая только что улица заполнилась народом. Люди выходили из дверей, появлялись из переулков, и вид у них был далеко не дружелюбный.

Вантерпул растерянно огляделся.

— Вы его убили, проклятые уроды! — женщина вскочила и, бросившись на лейтенанта, попыталась сорвать с него дыхательную маску. — Умрите, умрите, земные твари!

— Огонь! Стреляйте! Убейте ее! — крики Вантерпула звучали испуганно, а сам он дергался, пытаясь оторвать от себя взбесившуюся женщину.

Хлопнул выстрел, затем еще один, она всхлипнула и мягко завалилась на бок. Лейтенант отскочил, хрипло дыша и держась за лицо, на котором остались кровоточащие царапины.

Толпа с раздраженным гудением надвинулась.

— Огонь! — крикнул Вантерпул истерично. — Или они перебьют нас!

— Сомий хвост! — вздохнул Роберт, ощущая, как его накрывает волна ненависти к этим отвратительным, грязным созданиям, к их уродству, ко всей этой убогой планете…

Спусковой крючок поддался легкому нажатию, автомат в руках ожил и затрясся, выплевывая пули. Краем глаза Роберт видел, как стреляют его товарищи, из соседних джипов тоже палили вовсю.

Улица огласилась многоголосым треском и воплями, огненные плети очередей хлестали по толпе, на стены и мостовую брызгала кровь, тела падали одно за другим.

Роберт давил и давил на спусковой крючок, пока не понял, что магазин пуст. Заученным движением выдернул его и вставил новый, но оказалось, что стрелять больше не в кого.

Живых видно не было, раненые стонали и пытались ползти.

— Ох, что-то мне нехорошо, — лейтенант Вантерпул сделал попытку оторвать маску от лица, но его буквально схватил за руку один из стоящих рядом полицейских.

— Господин, вы что? — сказал он. — Опомнитесь! Пара глотков этого воздуха — и вы станете мертвее этих типов!

Вантерпул судорожно кивнул, видно было, как конвульсивно ходит его грудь под бронежилетом.

— Что мы наделали? — Роберт чувствовал, как трясутся держащие автомат руки.

— Вылезайте из машины, — Фолли выглядел мрачным, точно осужденный накануне казни. — Нужно оттащить те трупы, что загораживают дорогу.

Роберт повесил автомат на плечо, несколько мгновений не мог вспомнить, как открывается дверца, а оказавшись снаружи, осознал, что неприятная дрожь сотрясает и ноги.

Прикасаться к уродливым трупам было неприятно, но всего хуже оказалось тащить в сторону раненого, который беспрерывно стонал и изрыгал поток бессвязных проклятий:

— Мы, форсеры, еще вам покажем… Ой, как больно… Пророк соберет все силы… Сгинете, вы, шлак эволюции… Ой…