За каменным сердцем - Екатерина Дружинина

— Ричман! — радостно прошептала я и помчалась навстречу. — Филипп!

Я хотела кинуться к нему, но Ричман отступил.

— Мисс Сим, — предостерегающе начал он. Я остановилась, руки опустились. Ричман молчал, и с каждой немой секундой стена между нами становилась выше. Разве так мы молчали на несчастном бриге?

— Неужели ты так просто перечеркнёшь всё, что было? — безнадёжно спросила я.

— Поосторожнее, мисс Сим, кругом полно любопытных ушей. Не портите себе репутацию.

Я вспыхнула. По большей степени от злости.

— Значит, так ты это называешь? Портить репутацию? Да ты просто трус! Небось, смоешься в небо, стоит мне объявить о наших отношениях!

Ричман вздрогнул. Мы стояли друг напротив друга не в силах отступить и тягостно тянули мгновения мучительной тишины, которую первым нарушил Ричман:

— Было бы неплохо, — глухо заметил он. — Идите в шалаш, Алиса, скоро начнётся дождь.

— Оттуда не видно звёзд! — огрызнулась я. — Вы-то, небось, успели на них насмотреться!

Я вздёрнула подбородок и отвернулась, давая понять, что никуда не уйду. Ричман никак не отреагировал и направился к своему месту ночлега. Мне стало так больно и обидно, что я перегнула палку:

— Убийца! — крикнула я вслед Ричману, захлёбываясь от слёз разочарования. Пусть ему станет так же погано, как и мне.

Ричман, словно коршун, настиг меня и впечатал спиной в песок:

— Да что Вы об этом знаете?! — зло прокричал он мне в лицо. — Я для Вас всего лишь демон!

— Всего лишь?! — рыдая, возмутилась я.

— О чём Вы мечтаете, мисс Сим?

Я молчала.

— Отвечайте же!

— Что здесь происходит?! — граф Ардисон скинул с меня Ричмана, словно тот ничего не весил. — Алиса?! Филипп?!

Увидев моё заплаканное лицо, Шон неправильно оценил ситуацию и зарядил Ричману в челюсть. Тот не сопротивлялся, а я не пыталась остановить Шона. Когда Ричману надоело терпеть удары, он с лёгкостью отстранил от себя графа.

— Теперь мы квиты, мисс Сим? — сплюнув кровь, поинтересовался Филипп.

— Доброй ночи, мистер Ричман, — отчеканила я и направилась к шалашу. Звёзды с высоты жестоко смеялись надо мной.

Утром я отправилась к Шону. Так и не сомкнув глаз, я решила поговорить с ним о том, что случилось. Ночной дождь размыл следы, и по их отсутствию у шалаша я поняла, что граф у себя.

— Шон, — позвала я. — Вы здесь?

— Алиса? — из шалаша показалось обеспокоенное лицо Шона. — Что-то случилось?

— Нет. Я просто хотела поговорить с Вами.

Шон выдохнул и пригласил меня внутрь.

— О чём же? — хмурясь, спросил он.

— Вчера… В общем, это было не то, о чём Вы подумали.

Шон молчал, обдумывая услышанное.

— Получается, я беспричинно избил человека?

— Нет, на самом деле, по заслугам…

— Алиса! Вы как ребёнок, в самом деле! Я знаю, что видел! Не нужно стесняться своей красоты!

Ох, если бы ты знал…

— Спасибо. — Ну вот, разговор получился совсем не таким, как я планировала. Шон серьёзно изучал моё лицо.

— Послушайте, Алиса, как бы неприятно это ни было, Ричман знает многое из того, чего не знаем мы. Мы зависим от него. Остров огромный, нашими силами нельзя просто взять и перерыть его. Ричман поможет найти более конкретное место. Постарайтесь хотя бы просто игнорировать его.

— Хорошо, — подыгрывая, согласилась я. — И когда же мы узнаем, что это за место?

— Я покажу Вам его сегодня.

Мы вздрогнули. У входа в шалаш стоял Ричман. На его лице остались лишь мелкие ссадины.

— Собирайте людей, это недалеко.

Химик привел нас в глубину острова, где надежно притаилась лысая поляна с редким кустарником и грубым потрескавшимся суглинком, на котором пригрелись клубки разномастных змей.

— Шутишь? — кинула я Ричману.

— У Вас есть жезл, — парировал он.

Ничего не оставалось, как пойти на поводу. И хотя змей мы разогнали довольно быстро, вступить на больной клочок земли никто не решался, пока Шон не отдал приказ на раскопки. Тогда, врезаясь в окаменелую поверхность, глухо застонали лопаты, топоры и ломы…

Мы копали и днём, и ночью, сменяя друг друга. Нашли несколько артефактов, но это было не то, за чем мы охотились. Я, как и Ричман, тоже принимала участие в раскопках наравне со всеми. С момента нашей ссоры мы ни разу с ним не оставались наедине, даже не разговаривали, обмениваясь лишь рабочими репликами. Каждый раз, когда удавалось что-то найти, в глазах участников экспедиции загорался нездоровый блеск, но у Ричмана он был особенным, и разочарование в его серых глазах было более выраженным, когда предмет идентифицировался. Да, он определённо ищет, вот только камень ли? Наблюдая за Ричманом во время раскопок, мои подозрения относительно его намерений разгорались с новой силой.

Спустя какое-то время я заметила, что Ричман практически не уходит с места раскопок, замечает своим цепким взглядом любую находку, даже самый крошечный кусочек металла. В этой суете наше прошлое уходило столь стремительно, что я начала сомневаться в том, что оно было. Не померещилось ли мне всё это в плену бреда? Ночью же, когда физические силы исчерпывали себя, и я засыпала в шалаше, специально сооружённом близ места раскопок, мне неумолимо снились его сильные руки и горячие губы. Утром, когда я просыпалась, сгорая от увиденных воспоминаний, я ловила себя на мысли, что хочу ещё хотя бы раз посмотреть в его проницательные глаза, увидеть, как ветер треплет непослушные светлые локоны, а губы изгибаются в небрежной усмешке.

Что будет, если мнительность просто играет со мной злую шутку? Да, вряд ли Филипп Ричман, талантливый педагог и состоятельный человек, изменит своё решение относительно наших отношений, но могу ли я надеяться на то, что мы по-прежнему будем видеться в школе? Или Ричман полностью исчезнет из моей жизни? Каждый раз, случайно встречаясь с ним взглядом, я замирала в ожидании перемен, но ничего не происходило.

С Эммой я разговаривала через вечер. Шон также. Любовь окрыляла графа, я видела, с каким энтузиазмом он занимается поисками, в этом они с Ричманом были схожи. Я успела рассказать Эмме обо всём, что с нами случилось, я чувствовала, что могу полностью ей доверять. И однажды поделилась с ней и всеми своими опасениями относительно намерений Ричмана, я не могла больше нести этот груз в одиночестве. Единственная тайна, о которой я умолчала, осталась лишь та, кем на самом деле, по моему разумению, был Ричман. К счастью, теперь подруга отнеслась к моим словам серьёзно.

— Знаешь, Алиса, камень не должен попасть к нему в руки. Даже если ты ошибаешься, так будет спокойнее.