Элрик из Мелнибонэ - Майкл Муркок

Пение рун продолжалось довольно долго. Дождь все сильнее барабанил по прибрежной гальке, покрывшейся теперь глянцем. Он свирепо лупил спокойное, темное море, хлестал беловолосую голову поющего и вызывал дрожь у Дивима Твара, который плотнее запахнул свой плащ.

— Страаша... Страаша... Страаша...

Слова смешивались со звуком дождя. Они были почти не похожи на слова, скорее — звуки, которые может производить дождь, или язык, на котором говорит море.

— Страаша...

И опять у Дивима Твара возникло желание оставить свое место, но теперь он хотел подойти к Элрику, сказать ему, чтобы он остановился и взвесил другие возможности добраться до земель Оин и Ю.

— Страаша!

В это крике слышалась скрытая агония.

— Страаша!

Дивим Твар готов был уже позвать Элрика — но вдруг почувствовал, что не может сделать это.

— Страаша!

Фигура со скрещенными ногами раскачивалась. Крик летел зовом ветра сквозь пещеры времени.

— Страаша!

Дивиму Твару стало очевидно, что руна по каким-то причинам не действует и Элрик безрезультатно тратит свои силы.

Но повелитель Драконьих пещер ничего не мог поделать. Язык его не двигался. Ноги, казалось, вросли в землю.

Он посмотрел на туман. Тот вроде бы приблизился к берегу и заискрился странным зеленоватым светом.

Вода вдруг взволновалась. Море ринулось на берег. Зашуршала галька. Туман отступил. В воздухе замелькали неясные огоньки, и Дивиму Твару показалось, что он увидел туманный силуэт огромной фигуры, появляющейся из моря. И тут он понял, что пение Элрика прекратилось.

— Король Страаша,— начал Элрик, и теперь его голос стал почти нормальным,— ты пришел. Я благодарю тебя.

Силуэт заговорил — его голос напомнил Дивиму Твару звук неторопливых, тяжелых волн, перекатывающихся под дружеским солнцем.

— Мы, элементали, озабочены, Элрик. До нас дошел слух, что ты пригласил в свой мир Владыку Хаоса, а стихии никогда не любили Владык Хаоса. Но я знаю, ты сделал это, потому что такова твоя судьба, и мы не питаем к тебе вражды.

— Эго было вынужденное решение, король Страаша. Ничего другого мне не оставалось. Если ты поэтому не склонен помогать мне, я тебя пойму и больше не стану тебя беспокоить.

— Я помогу тебе, хотя помогать тебе теперь стало труднее. Но не из-за того, что должно произойти в ближайшем будущем, а из-за того, что грядет через много лет. А теперь побыстрее скажи мне, как мы, водные элементали, можем послужить тебе?

— Тебе известно, где находится Корабль, что плавает по суше и по морю? Мне необходимо его найти, потому что я должен исполнить обет и найти свою возлюбленную Симорил.

— Я хорошо знаю этот корабль — он принадлежит мне. На него предъявляет права и Гроум, но этот корабль мой. По справедливости он мой.

— Гроум Земной?

— Гроум Земель под корнями. Гроум, владыка почвы и всего, что живет в ней. Мой брат Гроум. Давным-давно, когда мы, элементали, еще не вели счет времени, мы с Гроумом построили этот корабль, чтобы можно было путешествовать между царствами Воды и Земли — как мы пожелаем. Но мы поссорились (будь мы прокляты за эту глупость) и начали драться. А это означало землетрясения, приливные волны, твержения вулканов, тайфуны и сражения, в которых участвовали все стихии. В результате возникли новые континенты, а старые погрузились под воду. Мы дрались уже не в первый раз, но тот был последний. И наконец, чтобы не уничтожить друг друга окончательно, мы примирились. Я отдал Грому часть моих владений, а он отдал мне Корабль, что плавает по суше и по морю. Но отдавал он его не очень охотно, а потому этот корабль плавает по морям лучше, чем по суше. Гроум, если у него появляется такая возможность, препятствует ходу корабля. Ивее же, если этот корабль тебе нужен, ты можешь взять его.

— Я благодарю тебя, король Страаша. Где мне его найти?

— Он придет к тебе. А теперь я устал — чем больше удаляюсь я от моего царства, тем труднее мне поддерживать мою смертную оболочку. Прощай, Элрик. И будь осторожен. Ты сильнее, чем ты думаешь, и многие будут пытаться использовать твою силу в своих интересах.

— Где мне ждать Корабля, что плавает по суше и по морю? Здесь?

— Нет. — Голос морского короля растворялся вместе с его силуэтом. Туда, где только что были его очертания и зеленые огоньки, пополз серый туман. Море снова успокоилось,— Жди. Жди в своей башне... Он придет...

Несколько малых волн накатились на берег, и все приобрело такой вид, словно короля водных элементалей никогда и не было здесь. Дивим Твар потер глаза. Медленно приблизившись к тому месту, где все еще сидел Элрик, он осторожно наклонился и протянул альбиносу руку. Элрик поднял на него удивленный взгляд.

— Дивим Твар? Сколько времени прошло?

— Несколько часов, Элрик. Скоро настанет ночь. Уже почти стемнело. Нам нужно поторопиться назад в Имррир.

Элрик с помощью Дивима Твара поднялся на неверных ногах.

— Да,— рассеянно пробормотал он,— морской король сказал...

— Я слышал слова морского короля, Элрик. Я слышал его совет и его предупреждение. Ты должен запомнить и то и другое. Мне не очень-то нравится идея с этим волшебным кораблем. Как и большинство вещей, имеющих колдовское происхождение, этот корабль наделен не только добродетелями, но и пороками. Это как двусторонний клинок, которым ты собираешься поразить врага и который поражает тебя...

— Там, где есть колдовство, этого следует ожидать. Ведь это ты, мой друг, настоял, чтобы я прибегнул к нему.

— Да,— сказал Дивим Твар себе под нос; он шел первым по тропинке, ведущей вверх по скале, туда, где стояли их лошади.—Да, я не забыл этого, мой король.

Элрик слабо улыбнулся и прикоснулся к руке Дивима Твара.

— Не переживай. Призывание завершилось, и теперь у нас есть судно, которое быстро доставит нас к принцу Йиркуну в земли Оин и Ю.

— Будем надеяться.— Дивим Твар в душе сомневался, даст ли им какие-нибудь преимущества Корабль, что плавает по суше и по морю. Они добрались до лошадей, и он принялся стряхивать воду с боков своего чалого коня. — Я сожалею, что мы еще раз впустую растратили силы драконов. С отрядом этих созданий мы бы вмиг расправились с принцем Йиркуном. Вот было бы здорово еще раз вместе, бок о бок подняться в воздух, как мы делали это прежде.

— Мы займемся этим, когда покончим с Йиркуном и привезем домой Симорил,— сказал Элрик, устало забрасывая свое тело в седло на белом жеребце.— Ты протрубишь в драконий рог, наши братья драконы услышат зов, а потом мы с тобой споем «Песню драконьих владык». Мы оседлаем Огнеклыка и Мягколапа, и наши стрекала засверкают огнем. Это будет похоже на прежние времена Мелнибонэ, но мы не станем говорить, что свобода и власть — это одно и то же, а позволим Молодым королевствам жить так, как они хотят, и будем уверены, что и они не станут вмешиваться в нашу жизнь.