Ученик - Алекс Каменев

Я не стал вступать в дискуссию. Формы колдовской башни лично меня не слишком волновали. А если бы вдруг все же пришлось с чем-нибудь сравнивать, то я бы сказал, что она напоминает гигантскую сосульку, поставленную верх ногами.

Мутную и щедро припорошенную легкими хлопьями свежего снега, сосульку очень большого размера.

Удивительно, ходьба по лесу получилась не такой сложной, как ожидалось. Деревья словно сами расступались перед идущими людьми, а земля уплотнялась, образовывая некое подобие протоптанной широкой тропинки.

Хотя при попытке заглянуть дальше, перед глазами всегда вставала несокрушимая стена из белых стволов.

Чудеса, да и только…

Слегка приотстав, мне захотелось рассмотреть необычные деревья поближе и я сделал шаг к ближайшему с правой стороны.

И тотчас с проклятиями рухнул на задницу, не удержав равновесия после того, как нога вдруг по колено провалилась в сугроб.

— Что за дела? — возопил я, быстро стряхивая налипший на штаны и обувь снег.

— Что случилось? — Полина приостановилась.

Трое мужиков едва удостоили происшествие взглядом, продолжив шагать дальше. Наверное, подумали, что пацан сам виноват и нечего лезть куда не просят.

Сволочи такие… Хотя может и правы. Сдались мне эти деревья?

— Захотел потрогать кору дерева и подошел ближе, чем надо. Или дальше, тут уж как посмотреть, — объяснил я свое поведение девушке. — Не похожи они на замерзшие. Скорее мутанты какие-то.

Полина остановилась рядом, внимательно разглядывая свисающие нижние ветки с ненормальными белыми листьями.

— Выглядят живыми. И точно не покрашенными. Раздосадованный я поднялся на ноги.

— Вот и я про что. Думал убедиться окончательно. Не вышло. Шаг влево, шаг вправо — расстрел. Как будто нас ведут по зачарованному лесному коридору. Даже жутко становится.

Полина ничего не сказала на замечание. Молча развернулась и пошла дальше.

Я еще раз глянул под ноги, перевел взгляд на снежную поверхность вокруг стволов деревьев. Блин, ну никакой разницы не заметно, хоть убей, и там, и там белая, слегка волнистая поверхность. А стоило отойти, как сразу же последовало превращение из твердого в мягкое. Да к тому же зима, окружающая нас сейчас, моментально дала о себе знать. Холод проявился мгновенно.

Чертова магия. Так и спятить недолго. Потом решив не заморачиваться и плюнуть на окружающие странности, я быстро догнал девчонку и поинтересовался:

— Слушай, я понимаю, как в нашу плохую компанию попали Игорь и Сергей. Служба, армия — то, да се. Даже дядя Гена в общем-то подходит под определенные параметры. Но ты-то как к нам попала?

Полина резко остановилась и уставилась на меня, для большей внушительности ткнув мне в грудь маленьким, но довольно твердым кулачком.

— А ты сам, как сюда попал? Кого прикончил в видениях? — спросила она, испытывающее глядя мне прямо в глаза.

От ее слишком серьезного вида, делающего семнадцатилетнюю девчонку намного старше своего возраста, мне стало не очень уютно.

— Да знакомую выручал, вот там и попался один, — почему-то промямлил я, растеряв весь настрой, вспоминать убийство было неприятно. — Выбора в общем-то не оставалось. Знаешь как бывает: или ты, или тебя. Вот и все.

Девушка зло усмехнулась.

— Врешь! — уверенно заявила она. — Там специально оставляли простор для дальнейших действий. Дело можно было решить миром. В крайнем случае просто уйти.

Я подозрительно на нее уставился.

— А ты откуда знаешь?

Полина снова двинулась по невидимой волшебной дорожке, проходящей сквозь измененный под действием магии лес.

— Догадалась, — спустя пару секунд фыркнула она. — И ты бы догадался, если бы остановился и подумал о прошедшей проверке более внимательно, разобрав все по мелочам и разложив по полочкам. Хотя ты мужик, а у вас с концентрацией внимания всегда имелись проблемы.

— Ты это о чем? — слегка оскорбленным тоном осведомился я.

Последняя фраза, сказанная пренебрежительным женским голосом, меня покоробила. Всего лишь несколькими словами она умудрилась передать целый океан презрения, направленный на представителей мужского пола.

Феминистка чертова…

— Вспомни, что там с тобой случилось, — отозвалась Полина. — Если хорошенько подумать, то могла ситуация закончится как-то иначе? Не отвечай и так вижу, что могла. Но ты не пошел по этому пути, ты все сделал иначе. И поэтому сейчас ты, как и я, находишься здесь. Мы привыкли всегда доводить дело до конца. И никак иначе.

Любопытное в своей неопределенности утверждение встретило у меня закономерное сомнение. Откуда этой пигалице знать подробности отбора?

Или она права и все подстроили с возможностью двойного исхода? Дурацкие психологические тестирования. Поговорить бы с теми, кто их моделировал.

— Сначала ко мне пытался приставать один парень. Я его оттолкнула, — начала рассказывать об иллюзорном мире, созданном ментатом, Полина, — и сильно ударила. Он начал проявлять больше агрессии. Я ответила тем же. Вошли еще двое, повалили на пол и начали стаскивать одежду, явно собираясь изнасиловать. Разорвали блузку, успели снять юбку. Потом наши роли поменялись. У одного торчал за поясом нож, я выхватила его и полоснула самого тяжелого. Тот упал и начал орать. Другие отскочили в разные стороны. И вот тут возник момент, дававший мне возможность выбора дальнейших поступков.

Слушая ее, я вспомнил, что сказала Анька. К ней тоже приставал парень. Но она похоже действовала не столь решительно, как эта девчонка.

И произошло пробуждение. Наблюдатели поняли, что большего от нее не стоит ждать и психику лучше не травмировать. А с Полиной все вышло по-другому.

— Какого выбора? — полюбопытствовал я.

— Приоткрытая дверь. Мелочь, казалось бы, а все-таки выход, — ответила девушка. — Я могла вскочить и убежать. Времени оставалось достаточно. И никто бы меня не успел схватить. Но я этого не сделала. Вместо этого развернулась и взялась поудобнее за нож.

Чувствуя, как у меня пробегают мурашки по коже, я осторожно уточнил:

— И что ты сделала потом?

Вроде ответ и так очевиден, но мне хотелось услышать его от нее. Чтобы убедиться, что не схожу с ума и все действительно именно так.

— Я их убила. Всех троих. Десяток раз пырнула каждого. Затем всем перерезала горло от уха до уха, — хладнокровным голосом рассказала девушка. — В одних трусиках, в изорванный блузке, залитая кровью с головы до ног, я стояла и смотрела на три мертвых тела и знаешь, что я при этом испытывала? Вину, раскаяние, страх? Нет. Лишь удовлетворение от сделанного.

Совершенно ошалевший от поведанной истории, я шагал и не знал, что ответить. Ничего себе знакомую нашел. Девица явно с большими тараканами в голове.