Загадка тауматургии - Виктор Борзов

Сэмюэль услышал знакомый гул. Так просыпались станки на заводе. На металлической руке выступила зеленая краска. Изо рта, носа и глаз полилась желтая слизь — мана.

Он попробовал подвигать пальцами. Искусственные ответили на команду и сжались. Разжались. Сжались. Разжались. Сэмюэль согнул правую руку в локте. Конечность загудела сильнее, но поддалась.

На лице выступила улыбка. Гримаса радости и боли. Правая рука! У него правая рука! Она двигалась, как настоящая! Но по телу расходилась вибрация, гул отдавался в ушах, металл вонзался в кожу и мышцы.

— Спасибо, — повернулся Сэмюэль к Цигелю. Голос двоился. Между слов слышался детский. Он повторял за Сэмюэлем.

— Время вышло, — щелкнул пальцами Цигель. — Дам совет на прощание. Пистолеты бесполезны в грезах. После выстрела вы не властны над владением в пуле. Поэтому они бесполезны против фей, вестников и даже отголосков. Лучше использовать холодное оружие. Тауматургия работает здесь. Но в ином виде. Помните об этом.

— Хорошо и спасибо еще раз.

Вокруг Сэмюэля закружились облака пыли. Серая крошка шторами закрыла вид на Цигеля, реку и набережную.

Он шагнул вперед и оказался на облачной равнине. Вдалеке возвышались белые холмы, сверху нависало ядовито-желтое небо.

— Пойдем, — сказал Сэмюэль безликому. — Нас ждет представление.

Глава 47. Прощай

Время в Закулисье работало иначе. Сэмюэль сомневался, что в грезах оно вообще существовало. Он уснул поздно вечером, возможно, ночью. Мутная пелена покрывала воспоминания. Сэмюэль не помнил, как провалился в сон.

Во время побега от вестников он пытался пробиться в кокон... мистера Илинова — имя забылось — но не смог. Также с мисс Зиловой.

Но после выхода из царствия Цигеля все получилось.

«Чушь какая-то, — подумал Сэмюэль. — Мы разговаривали от силы минут пять. Может, семь. За такие крохи не уснуть и не осознать себя».

Он пролез в кокон мистера Илинова и с большим трудом убедил его, что он — Джейми Нургов. В памяти сохранились два заветных слова: «букет глаз». Илинов откуда-то вызнал настоящее имя Сэмюэля. Не важно. Ему же проще.

Оказалось, что они с мисс Зиловой встретились с Амелией в библиотеке и раскрыли обман феи. Сэмюэль слушал молча, не перебивал. Внутри бушевал ураган чувств.

Бегство от посланников богов и разговор с Цигелем заняли целые сутки на Сцене. Невероятно.

Мистер Илинов отвел Сэмюэля в кокон мисс Зиловой. Он был таким, как помнил Сэмюэль. Круглый стол, белая скатерть с кружевами по краям, десятки картин с пейзажами на стенах. И она. Девушка в черном платье. Смутно знакомая.

Они заняли места, и началось обсуждение.

— Путешествие во времени? — переспросил Сэмюэль.

Разговор зашел о наихудших сценариях и способах противодействия. Призыв вестника отмели сразу. Амелия была Почтенной и знала множество имен посланников богов. Если все пойдет по этому пути, им конец. Поэтому о вестниках речи не шло.

— У нее нет отдачи, — ответила Гисли. Сэмюэль выхватил ее имя из разговора с мистером Илиновым. — В ее случае разумно использовать сильнейшее оружие.

— Если она может прыгнуть в прошлое, то почему мы обсуждаем это? — спросил Сэмюэль. — Почему не перейти к другой теме? Не верю, что тут можно что-то сделать.

— Почтенная не может «прыгнуть» в любой миг прошлого, — заверил мистер Илинов. — В тауматургии есть правила. Для «прыжка» нужен якорь и связь с ним. Содержать такой якорь весьма затратно. У нее есть знания, но нет ресурсов.

— Значит, мы говорим о небольшом промежутке, — облокотилась на стол Гисли. — Не больше суток точно.

— Или о количестве «прыжков», — добавил мистер Илинов.

— И как быть? — сказал Сэмюэль.

Он не разбирался в тауматургии. Знал некоторые правила и соотношения для каждого чуда. На этом его скромные познания заканчивались.

— Разорвать связь с якорем, но это невозможно, — скривилась Гисли в лице.

— Действительно. Она чувствует ману и сразу заметит неладное. Мы говорим о древнейшей фее. Страшно подумать, насколько она подозрительна ко всему.

— Этот якорь, — неуверенно начал Сэмюэль. — Он работает между мирами?

— Связь — да, но вот формула для отката, — повернулась Гисли на мистера Илинова, и он ответил:

— Формулы обычно создаются в теле. Даже безумная фея не рискнет притронуться к душе. Думаю, может сработать. Желаете затащить ее в грезы? — перевел он взгляд на Сэмюэля. — Там, где у нее явное преимущество?

— Да, — прохрипел Сэмюэль, и безликий повторил через секунду. — Затяните ее сюда любым способом и не дайте сбежать через «канат» в теле. «Канат» в моем теле. Остальное сделаю я.

▪ ▪ ▪

— Привет... Амелия, — произнес Сэмюэль. — А я... все еще существую.

— Привет, Сэмюэль, — спокойно ответила она.

Сэмюэль осмотрелся.