Люди Льда. Книги 1-47 - Маргит Сандему

Мне же стало нехорошо. «Так что, — заключил Шама, — если тебе удастся добраться до источника, я сделаю тебя своим помощником. А уже тогда позаботишься о том, чтобы в моем черном саду не переводились мертвецы. Ты и твои потомки будете нести людям мучительную и внезапную смерть — эти твари послужат украшением моему саду».

Тан-гиль был готов на все. Только бы Шама показал ему дорогу к Источнику. Шама презрительно рассмеялся. «Я покажу грот, который ведет к Источнику. Но этот путь тебе придется пройти самому». Тут в глазах искусителя загорелся хитрый огонек. «Я покажу тебе дорогу. Но обещай мне не брать с собой того, что висит на стене». Он указал на меня. «С ним ты никогда не доберешься дотуда».

Тан-гиль только фыркнул: «Зачем я буду брать его с собой? От него нет никакой пользы». — «Я желаю тебе добраться до Источника Зла. Я чувствую, у тебя может получиться. Может… Но неизвестно, удастся тебе это или нет. Тебя ждет немало испытаний. Если в тебе есть хоть немного человечности, умрешь мгновенно. Пожалуй… Я тебе немного помогу». Тан-гиль был весь внимание. Глаза его так и горели. Он мечтал о власти. «Ага», — шепнул он пересохшими губами. Шама достал небольшую флейту: «Когда почувствуешь, что одному тебе не справиться, что у тебя больше нет сил и смерть уже близка, собери последние силы и заиграй на флейте. Флейта обладает способностью воскрешать к жизни засыпающих и умирающих».

— Ага! Вот тогда появилась флейта!

— Да, — подтвердил корень — Флейту дал Шама.

— А Тан-гиль играл на ней? Я имею в виду там, в гроте? — спросила Шира.

— Да. Дорога к Источнику была для Тан-гиля более тяжелой, чем для тебя. Но подробностей я не знаю, ведь я там не был. В это время я целиком сосредоточился на том, чтобы дать знать своему прежнему хозяину о моем местонахождении. И пока Тан-гиль искал Источник у Горы Четырех Ветров, мой хозяин проник в ужасное жилище Тан-гиля. В хижине было полным-полно разных дьявольских предметов. К этому месту никто не осмеливался приближаться. Моему хозяину пришлось собрать все свое мужество. Найдя меня, он облегченно вздохнул. Он, однако, страшился мести Тан-гиля. Но я позаботился о нем.

При этих словах со своего места поднялся Ину, старейший из таран-гаев.

— Позволит ли уважаемое собрание сказать вашему смиренному слуге Ину несколько слов?

Уважаемое собрание позволило — сгорая от нетерпения.

Сначала Ину низко поклонился Руне.

— Великий Мастер! Я много слышал о Вас, когда жил в Таран-гае. Вы уже тогда стали легендой, и мы постарались отправить Вас с теми, кто ехал дальше на запад.

— Спасибо на добром слове, Ину. Но тогда я был для вас только корнем, обладающим волшебной силой.

— Да, господин. Но и этого было достаточно. Слышали мы и о Вашем тогдашнем хозяине. Хороший был человек. Однако я хотел сказать о другом.

— Продолжай, Ину! Мы внимательно тебя слушаем.

— Кое-что в Вашем рассказе оказалось очень интересным. Вы только что упомянули, что Шама — да пусть он не услышит, как я упомянул его имя — сказал Тан-гилю, что он сам и его потомки будут причиной неожиданной и мучительной смерти многих людей. И это совершенная правда, Ваше Высочество. Мы, потомки Тан-гиля, имели несчастье быть подручными Шамы и собирать «цветы» для его черного сада.

— Теперь вы и сами убедились, как опасно недооценивать влияние Шамы.

— И все же это не совсем так, — возразил Хейке — Ты согласен, Ину? Разве вы были причиной внезапной смерти?

— Мы нет. Но наши сердца не были переполнены злобой. А вот сын, правнук и праправнук Тан-гиля Винтерсорг, Кар и Кат-гиль, делали все для того, чтобы выполнить обещание. Я знаю также, что они специально ездили по округе и уничтожали целые рода. Ах, какие они были злобные! Но, насколько мне известно, после их смерти наступило избавление.

— Рожденный у двери, ну-ка, поведай нам, как на самом деле обстояли дела. Ты ведь родился двести лет спустя, — громко потребовала Тула.

Обладатель длинного имени, которым оказался человечек небольшого роста, поспешно встал и торжественно произнес:

— Уважаемое собрание! Насколько мне известно, больше никто из моего рода не собирал цветов для сада Шамы.

— Рады слышать. Спасибо за ответ. Ину, ты хочешь нам поведать что-нибудь еще?

— Нет. Я сказал все, что хотел.

— Что ж, спасибо, — снова взял слово Руне. — Тогда позвольте я продолжу. Когда Тан-гиль достиг Источника Зла, я почувствовал, как сотряслась земля. Раздался ужасный шум и крики. Но в тот момент я не понял что это было. Не забывайте, что я все же не был полноценным человеком. Я обладал способностью чувствовать, но чувства мои оставались внутри меня. Надеюсь, вы поняли, что я имею в виду. Я мог лишь чувствовать, но не обладал способностью видеть, говорить и осязать.

— Мы все поняли, — ответил за всех Тенгель Добрый. — Но ты же мог мыслить?

Руне немного подумал:

— Скорее всего да. Хотя некоторые ученые назвали бы это инстинктом. Считается, что животные не могут думать.

— Но ты и не был животным, — возразила Мари.

— Нет. Но если б меня так назвали, я бы не стал стыдиться.

Раздались аплодисменты. Люди Льда, как известно, очень любили братьев меньших.

— Так, значит, ты ничего не знаешь о путешествии Тан-гиля? — уточнила Мари. — И о том, что произошло у Источника Зла?

Руне лукаво взглянул на нее:

— А вот сейчас я перейду именно к этому моменту. Собравшиеся стали слушать более внимательно. Руне обратился к Шире:

— В ночь твоего рождения твою бабку Ировар посетили четыре духа, предсказавшие, что именно ты, Шира, предназначена для борьбы с Тварью Человеческой.

— Да, бабушка рассказывала мне об этом.

— Видишь ли, духи приходили и ко мне, — деревянное лицо Руне осветилось широкой улыбкой.

— Что ты говоришь?

— Ага. Вспомни, что произошло во время отсутствия Тан-гиля. Таран-гаи рассказывали о том, что слышали далекие отзвуки гонга. В ту ночь они повторялись не менее одиннадцати раз. Так говорили. Но это не совсем верно. Их можно было слышать в течение нескольких дней и ночей…

— Знаю, — согласилась Шира. — У меня, например, дорога к источнику заняла несколько дней.

— Тан-гилю понадобилось не меньше. Во время последнего сражения и были слышны эти отзвуки. Гора Четырех Ветров содрогнулась до самого своего основания, взбунтовалось море… И раздался крик существа, находящегося в крайней степени отчаяния. Крик эхом пронесся над водой, стоном ушел под