Эндимион. Восход Эндимиона - Дэн Симмонс

– Капитан Стоун знала, куда именно совершил квантовый прыжок «Рафаил»?

– Нет, ваше преосвященство. Это невозможно определить заранее.

– И как вы отреагировали на эти данные, адмирал?

– Я подождала двенадцать часов, чтобы дать возможность воскреснуть экипажам «Михаила» и «Азраила». После этого все три корабля прыгнули по координатам, оставленным «Гавриилом». Я оставила второй маяк для тех «архангелов», которые должны были прибыть через несколько часов от Тау Кита.

– Вы не сочли нужным дождаться их?

– Нет, ваше преосвященство. Я полагала, что необходимо как можно скорее продолжить погоню.

– Тем не менее, адмирал, вы дождались воскрешения экипажей двух других кораблей. Почему вы не продолжили погоню на «Урииле»?

– Это решение было продиктовано обстоятельствами, ваше преосвященство, – без колебаний ответила Алдикакти. – Вероятность того, что капитан де Сойя увел «Рафаил» в какую-либо из вражеских систем, была чрезвычайно высока… Вдобавок эта система могла обладать гораздо лучшей обороной, чем те, с которыми мы сталкивались до сих пор. Я также предполагала, что «Гавриил», которым командовала капитан Стоун, был уничтожен либо «Рафаилом», либо кораблями Бродяг. Поэтому три звездолета – это был тот минимум, с каким можно было отправляться в неизведанное.

– Система и впрямь оказалась вражеской, адмирал?

– Нет, ваше преосвященство. По крайней мере в течение двух недель, которые мы там провели, нам не удалось обнаружить каких-либо следов Бродяг.

– Куда же вы прыгнули, адмирал?

– В наружную оболочку красного гиганта, – ответила Алдикакти. – Наши силовые экраны работали на пределе мощности.

– Все три корабля выдержали прыжок?

– Никак нет, ваше преосвященство. Только «Уриил» и «Азраил». «Михаил» погиб вместе со всем экипажем.

– Вы нашли «Гавриил» и «Рафаил»?

– Только «Гавриил», ваше преосвященство. Он находился приблизительно в двух астрономических единицах от звезды. Все системы бездействовали. Силовой экран был частично разрушен, и внутри корабля все расплавилось.

– Вам удалось найти и воскресить капитана Стоун и других членов экипажа, адмирал?

– К сожалению, нет, ваше преосвященство. Там не осталось достаточно органического материала, чтобы провести процедуру воскрешения.

– «Гавриил» пострадал из-за близости к звезде или вследствие атаки «Рафаила» или Бродяг?

– Наши эксперты до сих пор не смогли прийти к определенному выводу, ваше преосвященство. Предварительные данные свидетельствуют о том, что повреждения вызваны и тем, и другим. Причем характер повреждений указывает на орудия, имевшиеся на борту «Рафаила».

– Вы хотите сказать, что «Гавриил» вел бой в автоматическом режиме вблизи звезды?

– В самой звезде, ваше преосвященство. Судя по всему, «Рафаил» ожидал в засаде и атаковал «Гавриила» через несколько секунд после того, как он вышел из пространства Хоукинга.

– Какова вероятность того, что «Рафаил» также получил серьезные повреждения? Возможно, он рухнул на звезду?

– Возможно, ваше преосвященство, но мы исходим из противоположного. По нашим представлениям, капитан де Сойя покинул систему и удалился в неизвестном направлении.

Кардинал Лурдзамийский кивнул, отчего его щеки колыхнулись.

– Адмирал Марусин, вы можете оценить угрозу, которую представляет собой «Рафаил», если он и впрямь уцелел?

Марусин сделал шаг вперед.

– Ваше преосвященство, мы должны исходить из того, что капитан де Сойя и остальные бунтовщики являются врагами Священной Империи и что похищение крейсера класса «архангел», нашего новейшего и самого грозного оружия, было спланировано заранее. Мы также должны допустить худшее – что эта операция проводилась в сотрудничестве с Бродягами. – Адмирал перевел дыхание. – Ваше преосвященство… Ваше Святейшество… с двигателем Гидеона перемещение в пределах нашего рукава галактики становится делом одной секунды. «Рафаил» может прыгнуть в любую систему – даже к Пасему, – и наши приборы не успеют его зарегистрировать так, как мы отслеживаем корабли Бродяг. Он также может терроризировать торговые пути, атаковать беззащитные планеты и колонии… В общем, бессовестно разбойничать.

Папа поднял палец:

– Адмирал Марусин, вы хотите сказать, что самая ценная наша технология может попасть в руки Бродяг и что они способны со временем ею воспользоваться?

И без того красное лицо Марусина побагровело.

– Ваше Святейшество, это маловероятно. Практически невозможно… Процесс производства «архангела» столь сложен, стоимость даже одного корабля столь высока, блокировки столь надежны…

– Маловероятно, но все-таки возможно, – перебил Папа.

– Да, Ваше Святейшество.

Папа рубанул ладонью воздух.

– Мы полагаем, что услышали достаточно. Адмирал Марусин, адмирал Ву, адмирал Алдикакти, можете идти.

Офицеры преклонили колени, склонили головы, встали и медленно попятились. Дверь за ними закрылась с тихим шипением.

Теперь в часовне остались десять человек, не считая помощников Папы и советника Альбедо.

Папа кивнул госсекретарю:

– Ваши предложения, Симон Августино?

– Адмирала Марусина отправить в отставку и перевести на гражданскую службу, – негромко проговорил кардинал. – Адмирала Ву назначить временно исполняющим обязанности командующего Флотом, пока не будет найдена достойная замена Марусину. Адмирала Алдикакти отлучить от Церкви и расстрелять.

Папа печально кивнул:

– Теперь мы выслушаем кардинала Мустафу, кардинала дю Нойе, директора Исодзаки и советника Альбедо и на этом закончим.

– …Так завершилось официальное расследование Священной Канцелярии на Марсе, – подытожил кардинал Мустафа. Он бросил взгляд на Симона Августино и прибавил: – Капитан Уолмак настоял на том, чтобы я и мои подчиненные вернулись на борт «Джебраила», находившегося на орбите планеты.

– Пожалуйста, продолжайте, ваше преосвященство, – кивнул кардинал Лурдзамийский. – Вы можете объяснить, по какой причине капитан Уолмак настаивал на вашем немедленном возвращении?

– Да, – ответил Мустафа, потирая нижнюю губу. – Капитан Уолмак обнаружил транспорт, на который доставлялись грузы с неизвестной базы близ марсианского города Арафат-каффиех. Корабль был обнаружен в поясе астероидов.

– Можете сказать, как он назывался, ваше преосвященство? – спросил кардинал Лурдзамийский.

– Да. «Сайгон-мару».

Несмотря на железное самообладание, которым отличался Кендзо Исодзаки, его губы дрогнули. Он прекрасно помнил этот корабль, на котором когда-то служил юнгой его старший сын. «Сайгон-мару» представлял собой древний транспорт, ионный звездолет грузоподъемностью, кажется, около трех миллионов тонн…