Изгнанники - Василий Горъ

– Нам что теперь, за ними по очереди гоняться, что ли? – последовательно сбив все три двойки, в составе которых были крейсера, возмущенно поинтересовалась она. – Твои военные хитрости против такой маленькой группы кораблей – это лишняя трата времени!

– Зато у ребят будет возможность попробовать Циклопов на излом, – усмехнулся я. – Не все же им летать балластом?

Не согласиться с моим утверждением Горобец не смогла. Но в качестве моральной компенсации потребовала доставить ее поближе «вот к той скотской парочке». А потом – «к кому-нибудь еще».

За четыре минуты, потребовавшиеся нам для того, чтобы полностью уничтожить весь патруль, Циклопы успели отправить к нам группу из двухсот шестнадцати вымпелов. От которой мы, периодически огрызаясь, убегали почти час. И за это время сбили всего четыре истребителя. А потом, уйдя в гипер далеко за пределами системы, всплыли между орбитами второй и третьей планет. В полутора минутах хода от ближайшей группы вражеских кораблей.

– Большой Демон! Я – Башня! С возвращением! – в голосе диспетчера чувствовалось столько искренней радости, что у меня на душе ощутимо потеплело.

– Башня! Я – Большой Демон! Спасибо.

– Лидер-Один ждет вас в квадрате двести шесть, – добавил он после небольшой паузы. Видимо, получив инструкции от генерала Роммеля. – Посадочный коридор совершенно свободен.

Открыв дверь в тактический класс казармы, я слегка опешил – кроме генералов Роммеля, Харитонова и Ридли на обычный разбор полетов зачем-то пригласили президента Лагоса Элайю Фарелла.

– Заходите, майор, – усмехнулся президент, видимо, почувствовав мою растерянность. – Ждем только вас.

Вспомнив, что в условиях военного времени Командующий ВС АНСО занимает более высокое место в табели о рангах, чем президент любой из независимых систем, я повернулся к генералу Роммелю, открыл рот, чтобы начать доклад о выполнении боевой задачи… и не успел сказать ни слова.

– О рейде – потом. Садитесь, майор. – Мрачный, как туча, Роммель жестом показал мне на свободное место возле кресла Железного Джо. И, не дожидаясь, пока я сяду, продолжил: – За время вашего отсутствия кое-что изменилось. И мы бы хотели услышать ваше мнение по ряду вопросов, крайне важных для существования Окраины.

– Я вас слушаю, сэр. – После секундной заминки я рассудил, что для того, чтобы интересоваться именно моим мнением, у первых лиц АНСО наверняка должны быть очень веские причины.

– Для начала посмотрите вот эту нарезку. Она скомпонована из материалов, выложенных в Сеть вашими недоброжелателями.

Элайя Фарелл прикоснулся к сенсору управления голоэкраном, и на нем возникло изможденное лицо молодой женщины.

– Белла Каррэ. Уроженка Ньюпорта. Утверждает, что была изнасилована Краузе, Фордом, Гашеком и Шварцем во время вашего пребывания на этой планете, – комментировал происходящее на голоэкране президент. – А плод, зачатый в процессе, разрушил ее организм.

– Бред! – дотянувшись до сенсора и поставив воспроизведение на паузу, возмутился я. – Никто из ребят на это не способен! Да у них и возможности такой не было – все время, когда мы находились за пределами Базы, рядом с ними мотались «контрики»!

– Бред, – кивнул Харитонов. – Только этот ролик сделан настолько правдоподобно, что в него поверило все население Конфедерации. Но это еще не все. Смотри дальше.

Смотреть нарезку оказалось жутко неприятно: разумом я понимал, что все, что демонстрируется с голоэкрана, не более чем гнусная инсинуация, но не принимать близко к сердцу увиденное у меня не получалось. Поэтому, досмотрев ролик до конца, я с трудом справился со своими эмоциями и, посмотрев на сидящего напротив Роммеля, поинтересовался:

– Ну, и кому это выгодно?

– Создателям Зомби, – тут же ответил генерал. – У нас есть факты, доказывающие, что за пиар-кампанией стоит второе лицо этого самого проекта, некий господин Гронер.

– Та-а-ак. Если я не ошибаюсь, похищение Марка Гомеса организовал тоже он? – поинтересовался я. И угрюмо повернулся к Харитонову. – И что, всесильный ОСО ВКС так и не смог найти следов одного человека?

– Не смог, – вздохнул генерал. – Мало того, о возможностях отдела специальных операций уже можно забыть: после моего несостоявшегося ареста у Службы появился новый начальник. Ставленник господина Мак-Грегора. С которым у меня нет и не будет никаких отношений. Так что теперь возможностей для работы в масштабах Конфедерации у нас практически нет.

– Ясно, – кивнул я. – И что, мы так и будем хлопать ушами? Или попытаемся найти его по-другому?

– Уже ищем, – стараясь не смотреть мне в глаза, ответил Харитонов. – Но у нас возникла проблема чуть серьезнее.

– И что это за проблема? – криво усмехнулся я.

– Еще одна война, – вздохнул президент. – Насмотревшись на то, что вы «натворили», население Конфедерации потребовало вашего тотального уничтожения. И начало давить на КПС. Как вы понимаете, его Председатель, господин Мак-Грегор, особой жесткостью позиции не отличается. Поэтому автор пиар-кампании уже получил первые результаты. Закон о вмешательстве в геном человека опять в силе. Выписаны ордера на арест всех без исключения Демонов. А на официальном сайте КПС вовсю обсуждается проект ультиматума АНСО.

– Ультиматума? – нахмурился я.

– Да, – кивнул Элайя Фарелл. – Если мы откажемся вас выдать, то Конфедерация объявит Окраине войну…

– Они что, намерены нас судить? Плевать – каждая секунда, прожитая нами после изменения, снята встроенными камерами. И доказать свою невиновность – не такая большая проблема.

– Майор, вы что, оглохли? Судить вас никто не собирается! Вас просто УНИЧТОЖАТ! Как бешеных собак! – разозлился Роммель. – Вы понимаете, что я говорю?

– На каком основании?

– В Уголовный Кодекс ввели новую меру наказания. Смертную казнь, – вздохнул Харитонов. – Под давлением общественности. И персонально для вас.

Я откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза и попытался себе представить, что нет ни меня, ни моей Иришки, ни Элен, ни Игоря, ни ребят из Второго и Третьего потоков, и вдруг почувствовал, как где-то в районе сердца запульсировала ледяная игла. А потом откуда-то из-под нее к голове рванула жаркая волна бешенства.

– И что вы хотите от меня услышать? – с трудом справившись со своими чувствами, прошипел я. И, увидев, что мои собеседники молчат, зарычал: – Да, я понимаю, что войны выигрываются экономиками. И что даже если Конфедерация обойдется объявлением экономической блокады, в какой-то момент нам просто не хватит боеприпасов и техники для того, чтобы продолжать войну с Циклопами. Война на два фронта – еще менее приятная перспектива, потому что стрелять в таких же людей, как и мы… страшно… Да, понимаю. Но под такой суд я не пойду. И не позволю это сделать НИ ОДНОМУ СВОЕМУ ПОДЧИНЕННОМУ!

Роммель сполз под стол. От хохота. Вслед за ним заржали Ридли и Харитонов. А Фарелл остался серьезен.