Чертовка на выданье - Кристина Логоша

Такого прекрасного настроения у меня не было уже давно: птички пели, в канале из воды весело выпрыгивала рыба, гондольер вез нас во дворец на королевскую трапезу с претендентками. Бриера удалось хорошенько проучить, и даже выходки Крестной Феи меня не коснулись. Не жизнь, а сказка!

Сардиния сидела напротив и терла покрасневший нос. Странная болезнь началась у нее после того, как был оглашен список. Я даже проверила, не наложили на русалку колдовство, но ничего не обнаружила. К тому же, стоило нам вернуться домой и разойтись по своим комнатам, хворь тут же отступила.

– Я себя как-то странно чувствую, – сказала Сардиния, почесав кончик носа, и, звонко чихнув, схватилась борт, чтобы не свалиться в воду. Ноги тут же превратились в рыбий хвост. – Вот, чудеса. Вчера только глаза слезились, а сегодня уже это. Чхи!

И хвост превратился обратно в пару левых ног.

– Давай, я буду следить, чтобы ты из лодки не выпала, – сказала «Элла» и пересела на скамью к русалке.

Братец не хотел с нами ехать во дворец, но для встречи с врагом на его территории мне пригодятся любые преимущества.

– Ой, отойди, пожалуйста, – сказала Сардиния и расчихалась, каждый раз меняя конечности, – От твоего присутствия у меня еще сильней щекочет в носу.

И действительно, стоило Даниэлю отсесть от девушки, приступы стали реже.

– Может, это аллергия на меня? – пошутил Даниэль.

– Вряд ли. Тогда бы Сардиния страдала с первого дня вашего знакомства. Скорее всего, вчера что-то изменилось, и это заставило ее так остро реагировать.

– Колдовство ведьмака? – спросила русалка, вытирая слезы.

– Возможно, но точно может ответить только он сам. А пока, Элла, держись подальше от Сардинии. Не хочу весь день таскать на себе рыбий хвост.

И больше до дворца никто не проронил ни слова. Я вспоминала, кто же был в числе избранных. Из-за потрясений вчерашнего вечера забыла, кто мои соперницы.

Во дворце нас провели в обеденный зал со столом в виде буквы «Т» и стеклянными дверями во внутренний сад. Монархов еще не было, а претендентки уже топтали намазанный мастикой паркет. Некоторых я даже узнала: Лусинда де Вешт – крылатое недоразумение, у которого мне удалось увести клиента. Зная, как составлялся список, я не удивлена увидеть её здесь. Еще в ряды невест затесались две феи, но с ними я раньше не пересекалась. Стуча костяшками, по залу нервно прохаживался женский скелет. Платье свободно висело на нем, как на плечиках, а на голове красовался черный парик с красной розой. Видимо, её взяли в отбор, чтобы угодить гильдии скелетов, ведь это они были инициаторами отбора, и было бы глупо на месте Крестной Феи не учитывать это. Возле стола с многоярусными пирожницами стояла гномка, а трое человечек что-то оживлённо обсуждали, осторожно посматривая на нас.

– Его Величество король Ричард и Его Высочество наследный принц Монти со свитой, – огласил лакей, открывая двери и пропуская королевскую семью.

Ведьмак и главная фея входили в их число. Я не стала останавливать взгляд на этой парочке, но, даже отвернувшись, чувствовала на себе взор ведьмака.

Король и принц заняли места во главе стола, и подданные засуетились, выставляя перед ними особые блюда. Участницы отбора тоже заняли места за длинным столом. Даниэль и Сардиния сели в разных концах стола, напротив меня красовалась напыщенная Лусинда и скелетина, растерянно рассматривавшая столовые приборы. Слуги поставили перед каждой из нас первое блюдо, от которого исходил головокружительный аромат.

– Я почему-то считала, что у нас десять претенденток, а не одиннадцать, —заговорила Крестная Фея, намекая на присутствие Эллы.

– Это моя кузина, Элла де Вьер. Она совсем недавно овдовела, и я не могла оставить её одну. Себастьян Бриер знает её историю, – обратилась я к ведьмаку, делавшему вид, что увлечен обедом. Он подавился и закашлялся, видимо, вспомнил, при каких обстоятельствах произошла наша первая встреча.

– Леди де Вьер переживает утрату, – произнес Себастьян.

– Какая грустная история, примите мои соболезнования, – сказал король. – Я сам с трудом пережил кончину королевы и понимаю вас как никто другой.

«Элла» манерно достала из сумочки шелковый платок и вытерла невидимые слезы.

– Спасибо, Ваше Величество, ваши слова греют мне душу.

– Считаю, что леди де Вьер никому не помешает своим присутствие. Вы со мной согласны, Крестная Фея, – обратился он к мухокрылой.

– Полностью, Ваше Величество.

На какой-то момент в комнате повисло молчание, которое перебивало только еле слышный стук ложек.

– Как происходят поиски вчерашнего шутника? – спросил король у ведьмака.

– Ищем, Ваше Величество, он от нас не убежит.

Монти тупился в тарелку, пока не подошел официант и не поставил новое блюдо.

– Мистер Бриер, – заговорила Лусинда с игривой улыбкой, – а расскажите, что вчера произошло с вашей одеждой. Не сочтите за наглость, но эту новость обсуждает все королевство.

Себастьян откинулся на спинку стула и посмотрел на меня с ехидной улыбкой. Но я знала, что дальше улыбки дело не пойдет.

– Я был в тронном зале, когда почувствовал колебание магической силы. Мой долг проверить, что стало тому причиной. Я пошел по магическому следу и увидел, как уродливая старуха в грязном ободранном балахоне пытается околдовать парочку детишек, которые, заигравшись, отстали от своих родителей…

– Вы такой храбрый, – с восхищением сказала гномка и впервые оторвала голову от тарелки.

– …мы сцепились в волшебном поединке – у злой ведьмы не было ни шанса. Вам был не слышен гром и не видны молнии и огненные шары? А на мне обгорела вся одежда, но главное, что детей удалось спасти. Умирающей ведьме удалось околдовать свой шарф, и он набросился на меня. Но даже с завязанными глазами мне удалось разобраться с ней.

Миледи с замиранием сердца выслушали рассказ ведьмака, и тишину взорвали аплодисменты.

– Вы такой молодец, мистер Бриер! И детей спасли и с ведьмой разобрались. Браво! – выкрикнула «Элла».

Ее ликование подхватили и другие девушки, а ведьмак прямо растёкся от всеобщей любви и обожания.