Ведовская страсть - Елена Соловьева

Александр — друг, появившийся в его жизни неожиданно, походил характером на Алису. Быть может, поэтому Дмитрий и заметил его среди других ребят.

Но и новый товарищ не смог полностью возродить Селиванова, вернуть ему радость жизни. И душа Дмитрия все больше черствела, покрываясь новыми и новыми коростами.

Дабы не терзать себя, он старался как можно реже бывать на том месте, где похоронена Алиса. Обнимая простенький металлический крестик с потертой фотографией, Дмитрий по-прежнему видел перед собой улыбающуюся сестру и не верил, что она исчезла из его жизни.

Все, что осталось у него от Алисы — это деревянная куколка, любимая игрушка девочки. Этот предмет превратился в талисман, приняв на себя часть того обожания, которое безутешный брат испытывал к его покойной хозяйке.

Удивительно, но за прошедшие годы кукла совершенно не испортилась, только краска местами облупилась.

Дмитрий бережно достал игрушку из чемодана, обтер полой рубахи и надежно устроил в своем кресле. Так просидел он до самого позднего вечера, позабыв о мире вокруг.

Укладываясь в постель, Селиванов впервые за много лет не проверил свежесть белья и качество уборки в комнате. Не раздеваясь, он завалился на кровать и мгновенно уснул, прижимая к себе куколку Алисы.

Дмитрий шел по бесконечно широкому полю. Ослепительно светило солнце, а легкий ветерок шевелил нежно-голубые и лиловые цветы, ковром урывающие его дорогу. Он не ступал, а будто парил над поверхностью, забывая переставлять ноги. Дмитрий улыбался: ему было так хорошо, как не бывало давно.

Из-за ближайшего пригорка выглянула девочка. У нее были такие же, как и у Дмитрия, русые волосы и голубые глаза.

— Ку-ку, — хихикнула она. — Ты опять меня не нашел!

Вместо ответа Дмитрий подбежал к малышке, схватил ее в охапку и закружил в объятиях.

— Как я рад тебе, Алиса, — сказал он. — Где же ты была столько времени?

— Здесь, где же еще мне быть?! — удивилась девочка.

— Но где мы? Что это за место? — Дмитрий, не смотря на радость встречи, прекрасно помнил, что Алисы больше нет. Он подумал, что если встретил ее, то это может означать лишь одно…

— Ты пришел меня навестить, — сообщила девочка. — Не задавай глупых вопросов, лучше догоняй! — крикнула она и помчалась вперед.

Дмитрий, прежде чем погнаться за сестрой, взглянул на себя и обомлел: он уже не был мужчиной-калекой. Ему снова семь, ноги его сильны и быстры.

Он со всей мочи побежал за сестрой, ведь догонялки — их любимая игра.

Дмитрий не чувствовал усталости, резвился и наслаждался жизнью, надеясь лишь, что дивный сон не закончится как можно дольше.

Миновав пригорок, брат и сестра выбежали на широкую поляну, окруженную вековыми соснами. На ней стоял храм. Да, тот самый. Но сейчас он не был обгоревшим и полуразрушенным. Строение поражало взгляд своей красотой и величием. Как и предполагал Миролюб, его украшали драгоценные ворота, своды венчал шарообразный медный купол. Стены храма были изящно оформлены резьбой и раскрашены яркими красками.

Дмитрий увидел, как несметное количество людей проходит в распахнутые настежь врата. Он слышал тысячи радостных голосов, переговаривающихся между собой, и всем телом ощущал радость, исходящую от толпы.

Неожиданно среди массы людей он заметил светловолосую девушку, приковавшую к себе его взгляд.

— Нина?.. — неожиданно для себя вспомнил Дмитрий ее имя. — Нина! — вновь окликнул он девушку.

Та обернулась, сверкнула улыбкой и послала Селиванову воздушный поцелуй. А потом вернулась к остальным и вошла в ворота.

— Нина простила тебя, — сообщила Дмитрию стоящая рядом сестра. — Прости ее и ты…

Дмитрий так и не смог ответить от переполнявших его чувств и только согласно кивнул.

И тут от толпы отделились еще две фигуры. Дмитрий не видел их лиц, но точно знал, кто перед ним. Мужчина и женщина остановились и приглашающе помахали руками.

Радостно смеясь, Алиса устремилась в распахнутые объятия родителей. Дмитрий побежал вслед за ней, но словно натолкнулся на невидимую стену. Как подлинный мим, ощупал эфемерное препятствие. На лице его отразилось удивление, помноженное на досаду.

Алиса обернулась и произнесла:

— Тебе с нами пока нельзя. Твое время не пришло!

Дмитрий еще долго стоял на пригорке и смотрел вслед тем, кто входил в дверь храма. Он хотел помчаться следом. Но сестра права: еще не время.

Дмитрий уже почти проснулся, когда до него откуда-то издалека вновь донесся голос Алисы:

— Ты не обижай Ее!.. Она, правда, хорошая…

К тому моменту, когда Селиванов окончательно выплыл из сновидения, время слегка перевалило за полночь. Он догадывался, где можно найти Змиулану. Он захотел побеседовать этой провидицей. И немедленно!

Милана, как и в последнюю их встречу, имела человеческий облик. Это обстоятельство несказанно обрадовало Дмитрия. Он не был готов к задушевным беседам со змеедевой.

Закат давно померк, и теперь прекрасный лик чаровницы освещала полная луна, делавшая ее тело полупрозрачным, напоминающим видение. На ней была длинная белая рубаха; ее распущенные волосы струились по плечам. Она смотрела вдаль и улыбалась своим мыслям.

При появлении Дмитрия Милана оторвалась от созерцания известных лишь ей далей и поклонилась, приветствуя ночного гостя.

— Жаль, что я не могу сделать того же, — печально сообщил Дмитрий и слегка кивнул девушке, как старой знакомой.

— Само твое возвращение делает мне честь, — произнесла Милана, — Не многие возвращались…

— И я их понимаю, — отозвался Дмитрий.

Он с интересом рассматривал девушку, выглядевшую так, будто она готовилась ко сну, но так и не легла в кровать.

— Это из-за меня ты бодрствуешь в такой поздний час?

— Я и так пробыла в небытии слишком долго, — туманно отозвалась Милана. — Для отдыха моему телу нужно мало времени. Но ты прав, я знала о твоем прибытии. Судьбу не обмануть.

Дмитрий подъехал ближе, откинулся в кресле.

— Тогда ты знаешь, и для чего я вернулся?

— Знаю, — кивнула Милана. — Ведаю о твоих вопросах. Но ответы на многие из них родят в твоем сознании еще больше новых сомнений. И есть вещи, о которых не знаю и я.

— И все же? — настаивал Дмитрий. — Ты ответишь?

Милана не дрогнула.

— Спрашивай.

Дмитрий замялся, подбирая слова.

— Этот ваш храм, он — связующее звено с миром мертвых или что-то в этом роде?

Милана взглянула на него с сомнением.

— Он — только символ. Не имеет значения место, важна лишь цель. Храм в твоем видении — это образ, который тебе проще всего было уловить и принять.