Хранитель кладов - Андрей Васильев

Я дослушал ее и тоже полез за сигаретами. Не то чтобы это все меня сильно напугало или смутило, просто Великий Полоз в ночном лесу или ведьма – владелица модного салона – пусть с натяжкой, но в стереотипы укладывались, а вот джинн-шаурмячник в них уже никак не пролазил. Было в этом что-то неправильное. Как если бы в детстве сказка закончилась не свадьбой Ивана-дурака с Василисой Прекрасной, а бракосочетанием последней с Кащеем Бессмертным. Нет, по логике событий все правильно. На кой черт красивой и неглупой женщине деревенский увалень с крайне низким уровнем IQ, который даже с примитивным заданием «не трожь лягушачью шкурку» и то не справился? Про жилищные условия можно не упоминать, там вообще беда – три семьи в одной избе, и удобства во дворе. А тут состоятельный жених с личным замком, подвалом золота и прислугой. Да, немолод, и характер не сахар, зато жизненные удобства запросто может создать на крайне продолжительный срок. Выбор ясен.

Но это для взрослых все понятно, а детям в сказки все же верить хочется. Вот и тут аналогичная ситуация. Хоть я уже и вышел из нежного возраста, но… Джинны – они могучие, живут в лампах и помогают молодым восточным лузерам получить руку царевны Будур, такая у них кармическая задача. А тут на тебе – шаурма!

Кстати, очень и очень неплохо как пахнущая, так и выглядящая, это можно сказать с полной уверенностью, поскольку картонные тарелочки с данным продуктом подошедший к столу Абрагим как раз поставил перед нами. Вообще я подобное употреблять в пищу избегаю – и шаурму вообще, и уличную еду в целом. Нет, шашлычок там, чебурек – это можно, но в соответствующих заведениях, а не в палатках. И не потому, что я чистоплюй или эстет, просто как-то раз скушал беляш, купленный в мини-магазинчике у дружелюбных азиатов, а после чуть наизнанку не вывернулся ночью, думал, что вообще сдохну прямо в туалете. Либо желчью захлебнусь, либо от обезвоживания. Сил доползти до смартфона и скорую вызвать не было, вот как меня цапанул стрит-фуд. Два дня потом еще в себя приходил, а беляши до сих пор не то что есть – видеть не могу.

Абрагим плюхнулся на стул, который под ним жалобно заскрипел, что пластику вообще не свойственно, и уставился на бутылку текилы, которую Стелла водрузила на стол. Мало того, он поставил перед собой приличных размеров медную пиалу с помятыми боками. Про нас, впрочем, он тоже не забыл, притащив два прозрачных одноразовых стаканчика.

Ведьма глянула на меня, я все понял без слов, взял бутылку, скрежетнул сворачиваемой крышкой, но вот после замешкался.

– Чего ждем? – поинтересовалась Воронецкая. – Тебя что-то смущает?

– Так ты же за рулем, – пояснил я. – Или машину тут бросишь и обратно на такси?

– Не твоя печаль, – отмахнулась Стелла. – Разливай. Мне треть стакана, сколько тебе – сам решай.

– А Абрагиму?

– С верхом, – хмыкнула ведьма. – Меньше не получится.

И верно – аджин внимательно смотрел на то, как алкоголь льется в пиалу, и облизывал губы широким, как лопата, языком. Сдается мне, рискни я заполнить данную тару не до краев, он сразу начал бы ворчать и нехорошо сопеть.

Он чего, еще и пьющий? Однако!

– За встречу! – прозвенела колокольчиком Стелла и лихо выплеснула текилу в рот. Я последовал ее примеру.

Абрагим нас не поддержал. В том смысле, что он употребил веселящий напиток, как это делают истомившиеся по воде люди где-то там, на его далекой родине. Он не торопясь выцедил пиалу до дна, полуприкрыв глаза и время от времени раздувая ноздри.

– Фр-р-р-р! – сообщил он нам, хлопнув емкостью по столу, и я заметил маленький язычок пламени, мелькнувший между остроконечных зубов. А еще два огонька весело и задорно заплясали в его глазах.

– Повторюсь: Абрагим – аджин, – чуть насмешливо произнесла Стелла. – Он в определенном смысле порождение пламени. У него не кровь в венах, а жидкий огонь, потому и отношения со спиртным не такие, как у нас. Оно его не веселит, а бодрит. Для него водка или текила – как для человека энергетик. По степени воздействия, разумеется, а не по степени вреда для организма.

– Хр-р-р, – подтвердил ее слова шаурмячник и потыкал толстым пальцем в направлении бутылки.

Я все понял, по новой наполнил его пиалу, и аджин повторил процедуру, после чего дружелюбно буркнул что-то Стелле.

– Ты кушай, кушай, – велела та мне. – Не обижай хозяина, он этого не любит. Поверь, ты не пожалеешь. Знаешь, сколько народу сюда приходит именно поесть? И из наших, и не из наших. Правда, не все это место найти во второй раз могут, вокруг ходят, а сюда добраться не в состоянии. Абрагим не каждого посетителя привечает, это его право.

Аджин осклабился и подтолкнул тарелку с шаурмой поближе ко мне.

Законы гостеприимства для жителей Востока священны, это я наверняка знал, равно как аспекты поведения гостей в их доме. Еще в юности я как-то с отцом ездил в Ташкент к его старому приятелю и там отлично усвоил данные прописные истины.

Я улыбнулся, пробормотал «рахмат» и впился зубами в шаурму.

Это было вкусно. На самом деле вкусно. Ничего подобного до того я не пробовал, еда просто таяла во рту. Воистину, никогда не знаешь, что и где найдешь. Вроде бы совсем незамысловатая пища, но даст фору любому ресторанному выкрутасу.

– Абрагим, мне бы с Карлом Августовичем повидаться, – тем временем вкрадчиво произнесла Стелла, уже собственноручно подливая спиртное каждому из нас. – Я знаю, ты с ним общаешься, замолви за меня словечко. И, прости уж за нахальство, как можно быстрее. Времени у нас маловато.

Аджин почесал волосатую грудь под халатом и насмешливо прищурил левый глаз.

– Ну, хорошо, – Стелла снова достала из сумочки пачку сигарет. – В Москву скоро собирается наведаться Исфарган. Тебе же знакомо это имя? Он в кои-то веки покинул Чакша-Аюб и присоединился к делегации, которая направляется на какой-то симпозиум. Информация достоверная, из первых рук.

Аджин провел пальцами по подбородку и мечтательно взглянул на голубое летнее небо.

– Но вряд ли тебе стоит что-то серьезное задумывать, – продолжила Воронецкая. – На весь срок пребывания он под защитой Отдела, а с ними ссориться не стоит, ты же в курсе. Или их надо убивать всех до единого. Если хоть один в живых останется, то пиши пропало.

– Иэх-х-х-х! – согласился с ней аджин, и я наконец-то понял хоть что-то из произнесенного им.

– Впрочем, если у тебя нет в планах убийства, почему нет? – продолжила ведьма, щелкая зажигалкой. – Попробуй поговорить с Михеевым, он из них самый внятный. Остальные или идеалисты, или истерики, особенно эта их рыжая. Ни ума, ни инстинкта самосохранения, ничего нет. Недавно она с нашей Верховной сцепилась, представляешь? Не понравилось ей, что мы кошку черную на костре во время ритуала сожгли. Не человека, Абрагим, а всего лишь кошку! Говорит, за это в уголовном кодексе статья есть, и мы ее нарушили. И ведь всем все понятно – плевать ей на эту кошку, просто она ведьм не любит, вот и все. Насолили мы ей чем-то, и эта мелкая пакость теперь с нами счеты сводит.