Жениться по приказу - Дарья Ратникова

Я собрался уже спускаться на завтрак, когда в дверь робко постучали.

— Войдите, — произнёс, наверное, чуть резче, чем следовало, ещё не остыв после разговора с Марком. И тут же заставил себя улыбнуться. На пороге стояла Натэлия.

— Князь…

— Фердинанд, — мягко поправил я.

— Не могли бы мы ещё немного поупражняться в танцах перед балом? Я боюсь, что всё забуду.

— Конечно. Давайте в саду после завтрака.

— Спасибо, — она мимолётно улыбнулась и исчезла. А я выдохнул. Со мной творилось что-то непонятное. Будет лучше для всех быть строгим и с ней и с самим собой, пока я не разберусь, что со мной происходит.

После завтрака она ждала меня в саду. Ей удивительно шёл тёмно-красный костюм и шляпка под цвет. На фоне печально опадающей листвы, Натэлия казалась самой королевой осени. Я невольно залюбовался ею, когда она стояла так скромно, опустив руки и задумчиво глядя куда-то вдаль. Поздние розы в тон её платью выглядывали из опавшей листвы. Неужели мне она когда-то казалась некрасивой? Ну да, она не блистала вызывающе, как Вивьен, а походила скорее на нераскрывшуюся розу, бутон. Драги! Да что за мысли у меня в голове! Досадуя сам на себя, я направился к жене.

— Доброе утро. Как спалось?

— Спасибо. Хорошо, — она улыбнулась и я опять поймал себя на том, что рассматриваю её. Заставил себя отвернуться и нахмуриться. Лучше я буду суров и строг, чем позволю дать какие-то надежды. Драги! О чём я опять думаю!

— Тогда давай приступим к занятиям. А то я хотел бы успеть до обеда съездить в город и вернуться. — Придумывал предлог прямо на ходу. Но мне отчаянно не хотелось её больше до бала видеть. Иначе я сам мог бы не выдержать.

— Конечно, — она посмотрела на меня с недоумением, но спорить не стала.

И мы приступили к занятиям. Вальс Натэлии давался легко, а вот с другими танцами было хуже. Но самое странное, что я всё равно наслаждался этими странными уроками посреди осеннего парка, ставшего бальным залом. Я никогда не любил танцевать. И даже ведя за руку Вивьен, которая порхала безупречно, как мотылёк, лёгкая и невесомая, я чувствовал себя зажатым и напряжённым. Но здесь и сейчас мне было так легко и хорошо, как никогда до этого.

— Как вы думаете, — спросила она, когда мы, наконец, сели на лавочку передохнуть. — на балу будет очень заметно, что я не так хорошо танцую?

— Заметно будет, но не очень, — ответил честно. — Но я постараюсь, насколько, это в моих силах, чтобы вам пришлось меньше танцевать. Правда, будьте готовы, что за вашей спиной вас будут обсуждать и осуждать. Это двор и интриги — его неотъемлемая часть.

— А вы тоже… — она запнулась.

— Что?

— Участвуете в интригах за чьей-то спиной?

— Нет, — я покачал головой и усмехнулся. — Я не любитель всякого рода интриг и тайн.

Наверное, она слышала, не могла не слышать то, что обо мне говорили. И почему-то сейчас меня это задело. Интересно, каким историям обо мне она верила? Считала, что я полный негодяй или бабник, щеголь и интриган? Думать о том, что она могла так считать, было почему-то тяжело.

Мы посидели какое-то время вместе, а потом снова вернулись ко всем этим танцевальным па. И, боюсь, я бы танцевал до самого обеда, забыв о том, что хотел куда-то ехать, если бы не сестра моей жены, Адели, кажется. Она подбежала к ней и что-то лепеча, потащила за собой.

— Идите, идите. Я думаю, на сегодня урок закончен, — Я невольно улыбнулся им обоим, потом решительно отвернулся и направился на конюшню. Надо было куда-то направиться, сделать вид, будто у меня дела. Я оседлал Арлеана и пустил его рысью. И только отъехав от имения, понял, что еду той тропинкой, которая ведёт к горам, той, по которой мы ехали с Натэлией. Да катись оно всё к драгам! Какая разница, куда ехать? Если бы можно было не встречаться с ней до бала и потом забыть как недоразумение, как сон! Я сам не знал, чего хочу, поэтому развернулся, пришпорил лошадь и направился в столицу. Встретимся на балу!