Камень Света - Дэвид Зинделл

– Мы, ясное дело, никогда не узнаем достоверно, что убийцу наняли ишканы. Но это и не важно. Понятно, что им нужны только наши алмазы. Почему бы вместо этого им не попробовать доброй мешской стали?

Он потряс ножнами, и крики многих рыцарей Меша поддержали его. Старик сел, и я заметил, как Сальмелу улыбнулся ему.

На протяжении всего пира моя бабушка, сидевшая через шесть кресел от меня в центре стола, хранила молчание. Она была маленькая для валари, сухонькая и старая, но все еще оставалась возлюбленной королевой Элькасара. Я не знал более терпеливой и доброй женщины. Хотя ее тело было слабым и немощным, скрытый свет сиял в ее глазах и с каждым днем делался все заметнее. Ее любили за красоту души, и она отвечала подданным тем же. Так что когда Эйаша Элахад, королева-мать, поднялась со своего места, желая обратиться к рыцарям и леди Меша, в зале мгновенно воцарилась тишина.

– Прошло двенадцать лет с того дня, как мой король был убит в сражении с ишканами. И еще больше времени прошло с тех пор, как мои два старших сына встретили ту же судьбу. Теперь только король Шэмеш останется после меня, а мои внуки – после него. Должна ли я допустить, чтобы и они погибли из-за горсти алмазов?

Это было все, что она сказала. Но вернувшись в кресло, бабушка посмотрела на меня, и я понял, что моя преждевременная смерть разобьет ей сердце.

Потом встал мастер Йувейн, обведя взглядом серых прозрачных глаз сотни присутствовавших в зале воинов.

– За время существования наших королевств Меш и Ишка воевали тридцать три раза. Что это дало им? Ничего.

Его речь была краткой. Мастер опустился в кресло рядом с мастером Калемом, который согласно кивнул лохматой седой головой.

– Неудивительно, что мастер Йувейн думает так, – заметил Сальмелу, все еще стоявший возле носилок. – Братья всегда держат сторону женщин, если требуется игнорировать вопросы чести.

Одной из бед моего народа было то, что остальные валари, такие как ишканы, не прислушивались к словам братьев. Они подозревали тех в преследовании своих целей и заключении тайных союзов – и это было правдой. Но братья, не исключая Мэрэма, имели понятия о чести.

Я снова поднялся на ноги и сделал глоток пива, чтобы промочить пересохшее горло. Я знал, что никто не захочет прислушаться к моим словам. Но киракс словно молот стучал в крови, и я все еще ощущал в себе холод тела Ральду.

– Дед однажды сказал мне, что первые из валари были воинами духа. И что истинный воин всегда найдет повод остановить войну. Больше храбрости требуется для того, чтобы жить с открытым сердцем, а не для того, чтобы слепо ринуться в битву и умереть из-за пригоршни грязи. И женщины это понимают.

Сальмелу позволил мне опуститься в кресло и метнул ядовитые слова:

– Похоже, молодой валари проводит слишком много времени среди женщин и братьев. Хорошо еще, что его дед не дожил до этого дня и не распространяет больше бабских сказок.

Вновь, словно бы я выпил полную чашу киракса, волна ненависти нахлынула на меня. Но я не мог сказать, от кого исходит эта отравляющая волна. Конечно, Сальмелу ненавидел меня с тех пор, как проиграл в шахматы. Но как глубока эта ненависть? Мог ли принц Ишки быть тем, кто стрелял в меня в лесу?

– Будь осторожен, когда говоришь о чужих предках, – предупредил его мой отец.

– Спасибо тебе, король Шэмеш, за то, что продемонстрировал нам свою безграничную мудрость. – Сальмелу издевательски поклонился. – А ты должен быть осторожен, принимая решение. Жизни многих воинов и женщин зависят от твоей мудрости.

Отец перевел дыхание и уставился на дубовую балку, поддерживающую крышу, а я задумался: зачем на самом деле ишканы приехали в наш замок? Хотят спровоцировать войну, прямо сегодня? Надеются, что сумеют одолеть Меш? Может, и так. Ишканы в состоянии выставить двенадцать тысяч воинов и рыцарей против наших десяти, и мы не могли больше рассчитывать на то воодушевление, что поддержало наши войска в победный день битвы при Алмазной реке. Однако скорее Сальмелу и его люди блефуют: пытаются вынудить нас пойти на уступки под угрозой войны. Ведь не хотят же они войны на самом деле?

Отец попросил всех сесть и продолжил вести совет. Многие лорды и леди высказывали свои соображения, руководствуясь тем, что подсказывало их сердце. Лорд Томавар, человек с длинным лицом и медленными тяжелыми движениями, удивил всех, сказав, что ишканы имеют право на свою часть горы. Он сказал, что у Меша достаточно алмазов для того, чтобы снабжать оружейников в течение десяти лет, и не будет беды, если часть из них нам не достанется. Другие лорды и рыцари – и многие женщины – согласились с ним. Но были и те, кто желал войны, такие, как яростный лорд Солару из Мира.

В конце концов, по прошествии многих часов, когда свечи оплыли и сделались маленькими, отец поднял руку, чтобы положить конец спорам.

– Благодарю за то, что вы говорили открыто и разумно. А теперь настало время нам вынести свое решение.

Все ждали, что он скажет. Отец вздохнул и повернулся к Сальмелу.

– У тебя есть дети, лорд Сальмелу?

– Да, двое, – ответил тот, видимо, пытаясь сообразить, к чему клонит король.

– Хорошо, тогда ты сможешь понять, почему я не хочу начинать войну сейчас. – Он прервался и посмотрел на Азару, затем на меня. – Двое моих сыновей чуть не погибли сегодня. И один из убийц все еще на свободе, может, даже находится сейчас среди нас.

При этих словах множество взволнованных голосов наполнили залу, мужчины и женщины бросали встревоженные взгляды на соседей.

– Это не решение! – прервал Сальмелу отца.

– Таково решение: я не хочу сейчас решать. Нет нужды торопиться, даже если суждено быть войне. Снега в ущельях еще не сошли. И мы должны подсчитать наши запасы алмазов перед тем, как решить, согласимся мы уступить или нет. А убийца должен быть пойман.

Отец сказал, что в конце лета, когда дороги просохнут, можно будет готовиться к битве.

– Мы приехали сюда с посланием короля Хэдэру, а не для того, чтобы нас отослали прочь.

– Мы сообщили тебе наше решение.

– Это опасное решение, король Шэмеш. Подумай хорошенько, что оно может повлечь за собой.

Да, на протяжении тысяч лет валари воевали друг с другом, но никогда с целью завоевания или порабощения. Но если король пытался уклониться от официально объявленной войны, он рисковал навлечь на свою страну грабежи и разорение.

– Мы живем в мире, полном опасностей, – заменил отец. – У кого хватит мудрости всегда знать, какая из них больше, а какая – меньше?

– Тогда да будет так.

– Да будет так.

С этими словами закончилась первая часть совета. Казалось, все уже забыли о том, что предстоит и вторая. Долгое время рыцари и лорды смотрели в свои пустые бокалы, а Сальмелу и лорд Надру переглядывались, сгорая от стыда, так как отец не дал им немедленного ответа. Я ощущал, как сердца сотен мужчин и женщин в зале стучат, подобно барабанам войны. Наконец поднялся герцог Дарио.