Зарождение чувств - Юлия Эллисон

— А какая она, любовь? — Помню, когда-то спросила такое у бабули, так она ответила, как обычно, в своем духе: «Любовь — это роза» — и замолчала, о чем-то мечтательно задумавшись. А мне до сих пор интересно, ведь когда-то и я хотела влюбиться… ну, как хотела… Скорее надеялась, что встречу достойного, красивого, умного и влюблюсь. Только дурость это малолетняя все. И все же на любовь смотреть было приятно всегда. Особенно на такую, как у соседа.

— Так словами и не описать. — Сосед по-особенному тепло улыбнулся. — Но любви, Милка, каждый достоин, это точно. Вот мне твою бабку до сих пор жалко. Как всю жизнь жила одна, так и помрет…

Я возмущенно вскинулась.

— У нее есть дед Митр! Да и не старая она еще!

— Только разве ж то любовь, раз они за столько-то лет до сих пор не съехались? Нет, Милка. Ты ищи любовь настоящую, чтобы умереть за нее готова была. И в огонь и в воду прыгнуть, ежели надо.

Я мотнула головой. В огонь и в воду… Да где ж такую взять? Но все же была в словах соседа какая-то истина, которую бабуля мне не сказала… Любовь — это роза… хм... Наверное, этого мне не понять никогда.

— А вот и местный постоялый двор. Обещал я бабуле твоей пристроить тебя сюда на ночлег. Да и сам заночую, как куплю все что нужно. А утром распрощаемся мы с тобой. Дальше сама уж дорогу ищи до своей академии. Тут я тебе не помощник.

Я кивнула, в волнении рассматривая большое двухэтажное здание, еще сохранившее былой лоск, даже несмотря на пару покосившихся ставен. Пожалуй, этот дом явно был поболее всех остальных, что мы проезжали. Сердце забилось словно в ожидании чуда.

— Пойдем, покажу, как комнаты снимать надобно. — Сосед легко спрыгнул с повозки, хлопнул ладонью по боку Агатки и уверенной походкой первым пошел внутрь. Я засеменила за ним, прижимая к себе нехитрый скарб и постоянно оглядываясь по сторонам в поисках тех воришек, о которых все языками мелют. Однако люди вокруг словно меня не замечали, хаотично снуя во все стороны. Видеть, что новый человек не вызвал у них ни удивления, ни интереса, было странно. Наши деревенские давно уже высыпали бы поглядеть, кто приехал.

— Эгей! — крикнул куда-то вглубь помещения сосед и громко хлопнул рукой по странного вида столу. — Хозяин!

Я побледнела. Это что же, я тоже так орать должна буду да по столам бить? Из темного закутка выскочил справный розовощекий мальчишка с озорным взглядом, моложе меня, должно быть, лет на пять.

— Чего изволите? — Быстрый взгляд на меня. — Вам семейный?

Округлила глаза. Это что же, меня за супругу соседа приняли? Да мне же шестнадцать! А ему... ему... а сколько ему лет? Пригляделась, но так ничего не поняла. Борода не седая, морщин нет особо, только вот поди разберись, сколько это годков.

— Бог с тобой, малый, — улыбнулся сосед. — Разные нам комнатушки. И чтоб с кроватями, а то знаю я вас… В прошлом году, почитай, неделю на полу спал в ярмарку!

Удивленно моргнула. Так, то есть еще можно нарваться и на комнату без кровати. Интересно, а подушку с одеялом тоже надо просить? Поэтому мне бабуля все в сумку сложила?

— Ну раз разные… семь серебряников! — Мальчишка разулыбался еще пуще, а сосед вдруг нахмурился и снова долбанул ручищей по столу. Нет, я точно так не смогу!

— Ты мне зубы-то не заговаривай, малый! Почто честных людей обворовываешь?!

Парнишка не смутился ни капли.

— Три, но обеды будут за ваш счет, — назвал он новую сумму.

— Два, прохвост. Знаю я ваши расценки. И чтоб обед подали как положено.

Я с изумлением наблюдала, как сосед достал монеты и обменял их на ключи, должно быть от комнат.

— Пошли, Милка, посмотрим, где этот ушлый малец нас облапошил.

— А так орать надо всегда? — уточнила, все еще прижимая к себе сумку и рассматривая дощатую лестницу, что вела на второй этаж. Ух ты! А я и не думала, что в первый же день такая удача выйдет и я увижу, как с высоты на землю смотреть!

— Как орать? — удивился сосед. — А, ты про комнату. Да нет, главное, смотри, чтоб тебя не нагрели. Тут люд-то ушлый, мигом выгоду прознает.

Спрашивать далее побоялась, тем более что мы уже стояли у распахнутой двери первой комнаты.

— Смотри-ка, не обманул, стервец. Ну тогда держи. — Мне передали ключи. — Твоя комната. Внутри тут задвижка должна быть. Обед принесут сюда. Отдыхай, а я за товаром пошел нашенским. Вечерком, может, свидимся, а коли нет — удачи тебе! — Меня хлопнули по спине так, что весь дух наружу вышел.

Я жалко улыбнулась соседу, не в силах даже поблагодарить его нормально за помощь, и прошла в свою… м-м-м... комнату? Кровать, тощая подушка с одеялом да пара стульев зачем-то. Негусто, но переночевать хватить должно. И все же… Бросилась было к окну и тут же разочарованно застонала — никаких особенных видов тут не было: видна дощатая стена другого дома и какая-то узкая улица. Досадливо плюнула. Вот ведь! А я так хотела… Впрочем, не последний раз, похоже, теперь на постоялых дворах останавливаюсь, как-нибудь и увижу что с высоты-то.

Я вспомнила еще кое-что.

— Сосед! — выбежала обратно в коридор, надеясь, что тот еще не успел уйти по делам.

— Чего? Заходи, не стесняйся! — раздалось из соседней комнатушки.

Робко переступила порог, рассматривая крепкого мужчину, в отличие от меня уже успевшего обтереться какой-то тряпицей и переодеться во все чистое.

— А я… это… — даже сказать как, не знала. С мужчинами я точно еще дел не имела. Да и столь дальние дороги были для меня в новинку.

— Чего «это»? — Сосед нахмурился.

— Ну… мне бы в баню… — смутилась я.

— А… за это платить отдельно надобно. — Мужчина улыбнулся. — Бабуля тебе денег-то выдала, надеюсь? — Я кивнула, все еще не выпуская сумки из рук. — Тогда спускайся да проси бадью с водой тебе нагреть. Выкупаешься. Больше трех медяков не давай.

— Ага, спасибо, — растерялась я. Но сосед прав, дальше мне надо будет ехать самой. Следует учиться заботиться о себе. И деньги считать. В теории-то я знала как и что, только вот у нас в деревне никто денег не имел и ими не рассчитывался. Ну почти, разве что у кого схрон был все с тех же ярмарок, а тут… тут другой мир, и надо учиться новому.

Я вернулась в свою комнатку, пытаясь сообразить, что делать дальше. Это в деревне все понятно: приехал — надо к старосте идти да спросить, где заночевать можно, а тут… ночлег вроде как уже есть… а дальше-то что?

Я растерянно села на кровать и все же отцепилась от сумки. Так, Камила! Не унываем! Что там бабуля говорила? Разместиться на постоялом дворе или в гостинице, заплатить за постой, найти того, кто сможет меня до места доставить… Так! Значит, сейчас надо идти искать, кто в Мелу направляется. Только вот… платье пыльное и грязное, волосы спутались, да и сама я, должно быть, выгляжу хуже нашего огородного пугала. А значит… Решительно вздернула нос и отсчитала несколько звонких медных монеток. Вымоюсь и попробую у мальчишки спросить про город. Если он, такой мелкий, уже тут хозяйством заправляет, то, глядишь, и еще чего полезного знать должен.