Ведьма в свободном полете - Дарья Гусина

— За вами послал отец, — пояснил Илья. — Мы вас искали. И нашли.

— Я … гуляла.

— Понятно, — парень кивнул. Он не спешил отдавать мне клатч, а только положил ладонь на массивную ручку двери.

Сквозь стеклянные двери особняка виднелись три тени. Меня ждали.

… Я вошла. Мы с отцом сразу встретились взглядами. У Громова дергалась скула. Галада нервно облизывала губы.

К сожалению, третьим человеком в холле оказался худощавый визард в форменной мантии Министерства. Я повертела головой. Бабули нигде не было. Лишь сверху выглядывали между перилами встревоженные Ржанка, Сливка и Пшенка. Я ничем не выдала, что вижу домовушек.

— Ада, — с раздраженными нотками в голосе произнес отец, — о твоем сегодняшнем проступке мы поговорим позже. Сейчас с тобой хочет побеседовать помощник министра мастер Пустулус. Ответь на его вопросы и избежишь наказания.

Худощавый мужчина шагнул вперед и учтиво поклонился:

— Госпожа Громова…

— Я Бартеньева.

Пустулус растерянно оглянулся на отца, тот кивнул и слегка развел руками: не обращайте внимания, трудный ребенок.

— Так вот, м-м-м… госпожа визарда. Как вам, возможно, известно, что сегодня вечером приказом Министерства магического образования Академия Баланса…

— Мне известно.

— Что? Да, конечно. Ведь вы там были… Так вот, Академия временно распущена до дальнейших указаний… — мужчина многозначительно поднял палец кверху.

— Ах, временно? Вот как, — кивнула я, сжимая пальцы в кулаки.

Спокойно, Ада. Контролируй себя. Не обращай внимания на холод, растекающийся по позвоночнику. И не вздумай нырять.

— Совершенно верно, — помощник министра ничего особенного в моем голосе не заметил, даже обрадовался, что его глупые объяснения воспринимаются с интересом. — При всем уважении к магистру Серениусу… — Пустулус прокашлялся. — Нам стало известно, что во вверенном ему учебном заведении ректор Академии потакал беспрепятственному разгулу регрессивных течений и веяний. Мы в Министерстве не раз обращались к Хранителям с просьбой пересмотреть…

— Что вам нужно от меня? — громко спросила я.

— Свидетельства. Любые свидетельства, подтверждающие, что в стенах учебного заведения магистр Серениус и магистр Кревий насаждали мракобесие и использовали студентов-старокровок, самый ценный ресурс государства, в целях…

— Вон, — негромко произнесла я.

Пустулус озадаченно замолчал.

— Вон! — повторила я громче.

— Ада! — протестующе воскликнул отец. — Что ты себе…?

Громов осекся и посмотрел вверх. Галада же с самого начала нашего разговора с Пустулусом не сводила с меня глаз. От нее наверняка не укрылись ни мои посиневшие пальцы, ни корочка льда под каблуками, ни пар изо рта. Каков пропускной предел энергетических каналов мага-первокурсника? Точную цифру я не помнила, могла лишь сказать – небольшой.

Я пыталась контролировать Глубину, но не могла. Не я погружалась – холод с нижних уровней сам поднимался по моим внутренним каналам. Я чувствовала, как они расширяются и наполняются ледяной энергией. И не могла это остановить.

— Это что еще такое? — проговорил Пустулус. — Это… зачем?

Покрылся ледяными узорами лаковый паркет, мелко затряслась и зазвенела хрустальными подвесками люстра.

— Прекратите колдовать, юная визарда! Вы не можете пользоваться полномасштабными заклинаниями, будучи магически несовершеннолетней! — визгливо выкрикнул помощник министра, пятясь к входу.

— Приношу свои извинения, — процедила я сквозь зубы, — все время забываю, что я тут у вас пока ребенок. Но я не ребенок. Как вы только подумать могли, что я буду доносить на магистра Серениуса?! Академия Баланса – лучшее место в мире! Во всех мирах! И это место дружбы и знаний!

— Вы слышали, Громов?! — заверещал Пустулус. — И вы еще пытались защищать старого маразматика Серениуса! Только поглядите, что он вбил в головы своим студентам!

Пол ощутимо дрогнул, вылетели стекла из окна. В холл вливался влажный вечерний воздух, снаружи шел дождь. Влага немедленно конденсировалась и замерзала, не осыпаясь, а паря над нашими головами. Это было красиво… и ужасно страшно. И самым жутким было то, что мне нравилось творить морозное волшебство. Энергия требовала выхода, мои каналы вибрировали от количества силы. И еще: у меня закончились приличные слова и осталась лишь неприличная магия.

Громов попытался подойти, его смело вихрем из ледяных игл. Несколько штук оцарапали ему лицо.

— Ада! — встревоженно крикнул отец. — Не смей! Не делай этого! Выныривай! Ты не готова! Тебе разорвет каналы!

Позади него уже ходила ходуном лестница, из нее выпало несколько тяжелых балясин. Пустулус вскрикнул и, повоевав с ручкой двери, вылетел из дома. Домовушки с визгом бросились врассыпную.

— Не подходи! — крикнула я Илье. Мне показалось, что парень сделал ко мне шаг.

Илья покачал головой. Он держался ближе к входу. В глазах его было… предупреждение?

Энергия выплескивалась крупными холодными сгустками. Только я начинала думать, что сейчас все закончится – происходил новый выплеск. Отец все еще пытался подойти, но его каждый раз отбрасывало.

— Ада! Ты навредишь самой себе!

— Со мной все в порядке! — солгала я. Руки налились тяжестью, болела спина. — А вы… вы закрыли Академию! Вы выгоняете светлых! Вы нарушили баланс! И вы меня просто… ДОСТАЛИ! Я больше не буду терпеть!

— Ты можешь убить себя, дурочка! — в отчаянье произнес Громов.

Посреди хаоса раздался глухой смех. Это смеялась Галада. Она стояла посреди разгрома, выпрямившись, словно происходящее вокруг ее не касалось.

— Это ты дурак, мой дорогой, — Верховная ведьма тряхнула головой. Из ее волос посыпались осколки стекла. — Ничего с ней не случится. Вот, смотри! Махирах!

Галада сплела пальцы и соединила запястья, воткнув в кожу руки ведьминский коготь. И выпустив тем самым в мою сторону незнакомое заклинание. И хотя время замедлилось, я не понимала, что происходит, лишь увидела метнувшихся ко мне серых тварей с ледяными иглами вместо шерсти.