(не) девственница для дракона - Мария Люта

— Не знаю! Я все еще его ненавижу! Но когда он наклонился, чтобы поправить движение моих рук в плетении заклятия молнии, то оказался так близко, а я… Я была словно зачарованной… И поцеловала его в скулу.

— Ну а он что?

— Начал материться… — Бекка слабо, как-то безнадежно махнула рукой.

— В смысле? Он так разозлился через поцелуй!? — это с трудом укладывалось в голове.

— Да нет, в тот момент как раз так бабахнуло, что пробился защитный купол полигона — молния таки сорвалась с моих пальцев, но я немного с силой не рассчитала. Он начал чинить щиты и занятие окончилось… Я же быстренько попрощалась и улизнула. Так что даже не знаю, как он отреагировал. И как я завтра ему в глаза смотреть буду!? И я все еще не могу колдовать в его присутствии, мне так стыдно!

— С колдовством как раз все ясно, ты просто теряешь голову рядом с лордом Леем. Когда эмоциональный фон стабилизируется, все в норму придет. И лучше бы, чтобы это случилось как можно быстрее, а то весь курс Усиленной боевой — коту под хвост.

— Ты и вправду считаешь, что он мне нравится? — тихо прошептала подруга.

— Конечно! Но ты же ведь не привыкла давать волю чувствам, руководствуясь лишь разумом, не привыкла быть слабой, зависимой — вот тебя и штормит. Отрицание — первый этап, потом наступит гнев, дальше — депрессия и наконец — принятие. Тогда все образуется, — хоть где-то уроки по психологии пригодились. Только вот это были стадии принятия горя или смерти… Но и к любви тоже подошло неплохо. — Лорд Лей ведь замечательный, так что все у вас будет хорошо.

— Ты так думаешь? — с надеждой взглянула на меня девушка, словно я была последней инстанцией в канцелярии судьбы.

— Уверенна.

— Слушай, а что это у него за ругательство такое смешное "лысый леший", кажется. Никогда такого не слышала раньше.

— Да? — я удивилась, так как точно встречала это выражение раньше, только не помню где. — Габриэль тоже так ругается… Может, это обычная фраза для Вирмы, они ведь оба оттуда.

— Вряд ли, мои дядя, тетя и множество кузенов из Вирмы, но никто так не говорит. Ладно, какая разница? Слушай, как-то странно у нас триместр начался…

— И не говори…

— Анна, а давай вино допьем, ну то, красное, что еще из твоего Дня рождения осталось, что скажешь?

— Заманчиво, но мне завтра на первую пару…

— Так это ничего! Я на днях в журнале "Юная чаровница" прочла интересное заклинание — оно пагубное действие спиртного на потом откладывает. Сегодня пьем, веселимся, а похмелье на завтрашний вечер отложим! Давай же, Анна, соглашайся!

Я покачала головой, смотря на свою подругу и еще раз удивляясь, как она может быть такой оторвой и одновременно самым рациональным человеком из всех мне известных.

Что ж, пришлось соглашаться, мне тоже легкая эмоциональная разгрузка не повредит.

Подруга радостно взвизгнула и помчалась за стаканами и вином. Мой же взгляд зацепился за стопку аккуратно сложенных и обмотанных атласной лентой писем. Я тяжело вздохнула: приближалась годовщина смерти Луизы. Это была наша с ней переписка и я собиралась ее всю перечитать заново. После того, как я узнала о кончине подруги, не решилась ворошить слишком свежую рану и отложила наши письма на более поздний строк. Но и сейчас мне было все еще боязно: на этих белоснежных листах, исписанных каллиграфическим почерком, Луз все еще была живой — дышала, радовалась мелочам, безумно любила своего мужа-дракона… Я боялась возвращаться в мир, в котором Луз еще была, осознавая, что больше ее нет. И все же я должна, чтобы она продолжала жить в моем сердце, чтобы ее образ не стерся с годами… Ведь больше, чем заново испытать боль утраты, я боялась забыть подругу и перестать испытывать эту самую боль, и таким образом предать нашу дружбу.

— Дзень! А вот и я! Ну что, поехали? — Ребекка принесла стаканы, вино и шоколад! Шоколад! Ух ты! Обожаю это вкуснейшее, но заоблачно дорогое лакомство!

— Ребекка, я говорила, как сильно я тебя люблю? — После мыслей о Луизе, мне вдруг стало очень страшно, что однажды и она может уйти из моей жизни. Так что нужно ценить нашу дружбу сейчас. — Пускай все у нас будет хорошо! — я подняла бокал и сделала маленький глоточек, все же напиваться не входило в мои планы.