Его величество бастард - Нинель Мягкова

Когда она вернулась в комнату, кровать уже была застелена, а на покрывале разлеглись три наряда потрясающей красоты. Такого тонкого кружева Венделин не видела уже давно. Последний раз — когда матушка демонстрировала ей свое передающееся из поколения в поколение приданое. Только там все было пожелтевшее от времени и в пятнах неизвестного происхождения, а тут явно новое, только что сплетенное. Девушка благоговейно провела кончиками пальцев по окантовке, представляя, на сколько полезных вещей это можно было бы обменять в подземелье. Ладонь сама по себе сжалась в кулак.

Если бы не война, сейчас они в Тираярне тоже могли бы щеголять в кружевах и шелках, и кататься на лошадях и в мобилях. Годы в подземельях унесли не только жизни и привычный ранее комфорт, но и множество технологий, отмерших за ненадобностью.

Как делать шелк, если собрать куколок шелкопрядов в нужном количестве даже для одного отреза невозможно? Если каждый день стоит выбор: красота или еда, удобство или безопасность — понятное дело, разумный человек предпочтет второе и будет прав. Только вот потом, когда все устаканилось, восстановить многие навыки оказалось просто невозможно. Да и незачем.

Другой — новый — быт диктовал иные потребности. И роскошным платьям, корсетам и шляпкам под землей не место.

— Миссис Ладинье эти платья уже не понадобятся, — превратно истолковав ее замешательство, пояснила Малви. — В ее положении тугие корсажи нельзя, а через год мода так поменяется, что их все равно только выбросить можно будет. Так что меряйте, не думайте. Сейчас подгоним так, будто на вас шито было!

Словно в ответ на ее слова в комнату постучали.

Три девушки — ненамного старше самой Венди — под предводительством солидной дамы быстро оккупировали всю комнату. Помимо платьев, которые водрузили на неизвестно откуда взявшиеся болванки-манекены, помещение заполонили коробки со шляпками и обувью, потому что нога у Венделин, увы, с хозяйкой дома не совпадала, а надевать чужой головной убор, по мнению модистки, негигиенично.

Саму Венделин водрузили, как неодушевленный предмет, на табуретку и битых полтора часа вертели во все стороны, обмеряя и подгоняя по фигуре не только корсажи, но и перчатки, чулки и обувь. Горничная внимала всем ценным указаниям, а важные моменты даже записывала. Особо ее волновали стили причёсок, которые рекомендовались при том или ином фасоне.

К концу экзекуции Венди уже распирало от невысказанного. Впервые она отчаянно пожалела, что притворилась немой. Очень уж хотелось наорать на бойко наседавших швей, а желательно и вовсе выставить их вон, но она держалась, понимая, что если хочет попасть на церемонию, нужно соответствовать внешне.

Вообще-то, если честно, Венделин попадать ни на какую церемонию не хотела. Она предпочла бы остаться дома, устроить в хозяйской спальне полноценный обыск и найти наконец пресловутый амулет. Шансы на то, что Ада не потащит его с собой, были весьма велики. Но увы, оставлять ее без присмотра и давать шанс порыться в шкафах никто не собирался. Малви, явно получив соответствующие указания, следовала за ней шаг в шаг, чуть ли не в уборную, и не отлучалась ни на минуту. А если появлялись дела, то ее место тут же занимал дворецкий и принимался сверлить Венди суровым взглядом, отчего мысли путались, а руки начинали подрагивать, хотя она даже еще ничего не сделала, только задумала! Так что лучше она сегодня пойдет вместе со всеми, усыпит их бдительность. Ну не могут же ее караулить с одинаковым вниманием сутками! Рано или поздно и слуги устанут, и Ладинье расслабится.

Тут-то она и провернет свое черное дело!

То есть, конечно же, благое. Разумеется, благое, она ведь действует во славу своей страны! Подумаешь, обворует приютивших ее людей. Которые еще и коварно ее одели, накормили и заботятся как о собственной дочери или племяннице…

Венделин тяжело вздохнула и беззвучно ойкнула, когда ее укололи очередной булавкой.

Ну почему никто не предупредил, что шпионство — настолько сложное и неоднозначное занятие? И откуда вдруг взялись муки совести, она ведь всегда ненавидела Риоркан, почему сейчас мысль воспользоваться оказанным ей доверием вызывает такое отторжение?

К моменту выхода девушка измучилась настолько, что даже позавтракать толком не смогла, хотя с утра ничего не ела.

Ада посмотрела на нее сочувственно.

— Как я тебя понимаю! — вздохнула она. — Сама вспоминаю первые недели здесь с содроганием. Но ничего не поделаешь, если не хочешь дать кумушкам тему для пересудов — приходится соответствовать.

Венди отметила для себя самое главное. Оказывается, Ада тоже не из столицы.

Интересно, она с периферии, из глухой деревни, или тоже из какого-то другого уцелевшего государства? Может, в Риоркане все же догадываются о существовании остальных выживших? Тогда почему ее саму до сих пор не поймали на лжи?

Венделин прикусила губу и осторожно покосилась на Дейрона. Нет, если бы он хотя бы подозревал ее в том, что она шпионка из Тираярна, то она давно бы сидела в застенках. Не того он сорта мужчина, что позволит своей жене и будущей матери его детей подвергаться подобной опасности. На Венди же не написано, что она никому зла причинять не собирается, а просто хочет побыстрее попасть домой!

Так что вряд ли в Риоркане осведомлены о положении дел за пределами защиты. Пусть оно так и остаётся как можно дольше!

Дейрон поймал ее взгляд и скупо улыбнулся. Нет, он ей до конца так и не поверил — недаром за ней постоянно присматривают. Хорошо, что Венди не попыталась никуда полезть вчера. Как пить дать под дверью дежурили или охранка стояла. Выдала бы себя и все.

Девушка растянула губы в не менее фальшивой улыбке.

Главное — усыпить малейшие подозрения. А значит, она будет любезна, мила и покорна. Пока не появится возможность завладеть артефактом, разумеется. Тогда только ее и видели!

Венделин смутно представляла себе церемонию награждения. Почему-то виделся огромный зал, полный людей, поющие трубы и громкий голос, объявляющий фамилии.

С трубами и голосом она угадала. А вот с залом вышла промашка.

Народу собралось столько, что зал бы никогда столько не вместил. Самого разного, не только аристократии и собственно виновников торжества. Обычные горожане тоже рассчитывали поглазеть на зрелище.

Торжество проводилось на парадном крыльце дворца. Как пояснил вполголоса Дейрон, король старается быть ближе к простому населению. По мнению самой Венди, это скорее способ раздразнить это самое население еще больше, продемонстрировав ему роскошь и дороговизну нарядов знати. Но ее не спрашивали.

Впрочем, присмотревшись, она поняла, что зря наговаривала на аристократию. Это для нее кружева и шёлк были недоступной роскошью. Местные, даже самые последние лавочники, нарядились так, что рябило в глазах. Скорее всего, вытащили из закромов последнее, но сам факт: у Венди подобного даже в закромах отродясь не водилось. Сейчас она не слишком выделялась. Модистки поразительно точно угадали ее цветовые пристрастия, и девушка чувствовала себя в болотно-зеленом шелке довольно комфортно, пусть и поправляла юбку каждые две минуты, волнуясь, как бы не помять. И так за время поездки в кэбе та успела немного заломиться под коленями.