Прячем лица в дыме - Лина Николаева

Одну, как всегда? Или больше? А может, отказаться вовсе?

Раз снова взглянул в зеркало, а затем достал таблетку. Надо покормить чудовище, чтобы взамен оно съело боль и воспоминания.

Корабль причалил у длинной каменной пристани. Несмотря на ранний час, Норт встретил шумом: лошади подвозили груженые тележки и повозки, грузчики разгружали их и загружали товары в трюмы, матросы ругались и спорили — и друг с другом, и с капитаном, и с прохожими.

Над пристанью стелился туман, но даже через него виднелись огни и дым фабрик. Ветер доносил с них резкий химический запах, и воздух в городе казался более плотным, чем в Кионе.

Найдер, Раз и Джо выстроились в одну линию и пялились на город, ещё не успев спуститься с корабля.

— Неужели кому-то здесь нравится? — девушка скривила лицо от отвращения.

— Это портовый район, они всегда уродливые, — ответил Найдер. — Там, — он указал рукой на огни. — Промышленная часть. Весь запад города — сплошные крики, дым и копоть. Если бы из Холодного моря мы немного проплыли по Лнорте, то увидели другой Норт. Говорят, у него самая красивая набережная на всём западе Арлии.

— А почему мы тогда не проплыли?

— Лнорта замерзает зимой. Корабли по ней ходят только летом. И то, в основном, пассажирские, чтобы приезжие видели «красивый» Норт. Грузовые остаются здесь.

— А почему река замерзает, а море — нет?

Найдер пожал плечами:

— Не знаю.

— Из-за уровня соли, — Раз подал голос. — У пресной воды температура замерзания всегда выше, чем у солёной. Также в Холодное море воды несёт теплое Ленское течение.

«Один, два, три, четыре, пять…» — он досчитал до десяти. Эти дурацкие факты рассказал Лаэрт. Пришёл тогда с учебником по географии и, пока учил урок, чуть ли не всё пересказал младшему брату, чтобы лучше запомнилось, а тот и рад был слушать.

И Лаэрт мог находиться где-то в Норте. Искать его, что иголку в стоге сена, но это ничего. Раз был упрямым. Хотя нет, не так. Он был терпеливым — терпеть его хорошо научили за три года. И уж он-то найдёт брата, сколько бы не понадобилось ещё вытерпеть.

— Кто-кто?

Раз с таким наслаждением задумался о том, как увидит Лаэрта, как рассказывает ему, что перестал слушать разговор.

— Юрико. Дядя Найтиры, неужели не помнишь? Он два года как живёт в Норте, мы остановимся у него.

— Не-а, не помню. И когда ты всё успел, а, Най? — в голосе Джо послышалось восхищение. — Наверное, Великий Отец благоволит тебе, — девушка улыбнулась так, что было неясно: то ли она всерьёз, то ли издевается над братом.

— Нам благоволит телеграф.

— Одно другому не мешает!

Джо потянулась в карман за пирожком, завёрнутым в промасленную бумагу. Она принялась жевать, на лице появилась выражение настоящего блаженства.

Раз вздохнул. Найдер по-прежнему был на шаг впереди и думал обо всем загодя, Джо не переставала есть, дразниться и вспоминать свои присказки. Раз поймал себя на мысли, что он нуждается хоть в чем-то, что не изменилось бы. Хотя лучше бы это было прежнее спокойное состояние, конечно.

Комната больше напоминала мозаику. Стены и пол украшали тяжелые красные ковры с зелёным цветочным узором. Три стены занимали низкие деревянные кровати, застеленные столь же яркими покрывалами. Рядом с четвертой стояли комод и высокий шкаф со стеклянными дверцами, за которыми пряталась золоченая посуда. В коробке в углу лежали старые детские игрушки.

— Неплохо, — сказал Феб, присаживаясь на кровать и кладя котомку с вещами на пол. Голос парня так и выдавал его сомнение.

— А ты сильно лучше жил, пока не остановился в «Вольном ветре»?

Оша выпрямился, озлобленно глянув на парня. Видимо опять почувствовал немую издевку над тем, как жил его народ.

Этот Юрико — то ли родственник, то ли друг отца Найдера — оставил кочевую жизнь и вместе с семьёй завел хозяйство на окраине Норта. На севере целый квартал принадлежал таким же отщепенцам, которые строили дома, не имея права на землю, и кое-как выживали.

Всё вокруг: кричащие яркие цвета, облупленная позолота, старая мебель, целая стайка шумных детей — вызывало желание поскорее сбежать. И всё же Юрико, отнёсшись ко всем, как к своим, встретил их, накормил и предложил помощь, а это стоило многого.

— Ну, слуги у нас были, а дом обставляли по моде, — протянул Феб и резко замолчал, натолкнувшись на яростный взгляд Найдера.

Не поднимая головы, Раз продолжил разбирать вещи, но задумался о судьбе Феба. О нём он, собственно, знал немногое. Во-первых, что парень разбирался в химии и медицине. Во-вторых, что его родители были наркоманами. В-третьих, что это были не бедные наркоманы. Две факта из трёх он услышал сегодня.

— Так и катись к своим слугам, Феб. Тебя здесь никто не держит.

— Найдер, я не хотел ничего… — парень смутился, но оша уже вышел из комнаты.

Когда хлипкая дверь с ударом закрылась, Феб с чувством воскликнул:

— Да что же он такой гордый и упрямый! Я просто вспомнил!

Раз ухмыльнулся, продолжая перебирать вещи:

— Выругайся, если хочешь. Назвать Найдера куском дерьма — это нормально.

— Почему ты так говоришь, он ведь тебе друг больше, чем мне? — удивился Феб. — Нельзя так о друзьях.

— Друзьям как раз можно. А вот если чужие скажут плохое, надо заставить их взять свои слова назад.

Смутившись, Феб отвернулся к своей кровати.

Закончив с вещами, Раз вышел из комнаты. Он с минуту простоял под дверью, из-за которой слышались голоса: слабый — Рены и весёлый — Джо, но так и не заглянул к ним. Ну а заглянет, и что? Спросить, как Рена себя чувствовала? Глупо. Признаться, как боялся за неё? И сделать ещё хуже! Или попросить, чтобы она отстала от него, чтобы чувства было легче запереть? Так не отстанет же. Да и не хотелось это говорить.

На улице не прекращался снег, и всё вокруг белело. Через двор тянулось несколько протоптанных дорожек, но их почти замело. Зимы в Норте были снежными и холодными, и город поспешил доказать это гостям.

Найдер стоял в небрежно накинутой на плечи куртке рядом с Юрико. Высокий кучерявый оша кутался в тяжёлую меховую шубу и увлечённо говорил. У его ног крутились две рыжие курицы.

— … ещё корова была, да летом померла, пока рожала. Зато теленок крепкий, продам его скоро.

Не ответив, Найдер повернулся к Разу. Юрико понимающим взглядом посмотрел на них и торопливо произнёс:

— Пойду я, надо Доринку найти.

Обе курицы с кудахтаньем пошли за ним следом, как слуги — за вельможей. Не успел Юрико отойти, как Найдер уже спросил:

— Что, тоже здесь не нравится?

— Заткнись, а? Я хоть раз говорил что-то? Если бы не ты, мы бы до сих пор слонялись по Норту в поисках гостиницы, я это понимаю. Сам знаешь, как здесь относятся к кионцам. И что бы тогда было с Реной?