Имя шторма - Марина Суржевская

Но странный дым-туман мешал, двигался, застилал скалы покрывалом. Может, это марево и есть причина страха местных ильхов? Признаться, даже мне – рациональной до мозга костей жительнице Конфедерации – стало не по себе, пока я всматривалась в него. Казалось, внутри сизой вуали кто-то движется, но тут же дым расходился, обнажая лишь камни да кривые засохшие деревья.

Я потянула носом. Запах я заметила еще в заброшенном доме, но вот странность. Здесь, на открытом воздухе, он был сильнее. Сладковатый и горький одновременно. Некоторое время я хмурилась, пытаясь понять, что ощущаю. А потом сообразила. И узнав, попятилась. Воспоминания вдруг нахлынули штормовой волной, выбивая из меня и решительность, и оптимизм. Память услужливо отворила ворота бездны, гостеприимно предлагая рухнуть на дно. Снова. Как тогда…

Да, я знала этот запах. Тлен. Смерть. Кровь. Нечто отвратительно гадкое и в то же время так хорошо знакомое…

Сизое марево хлынуло вниз потоком. Террасы затянулись дымом целиком. Кажется, даже солнце исчезло.

Иррациональное чувство страха затопило сознание, и, развернувшись на пятках, я пулей понеслась обратно к стене. Я никогда в жизни так не бегала! Неслась, не чувствуя под собой земли! По сухому плющу я взлетела птицей, распласталась наверху и тяжело втянула воздух. Обернулась. Саленгвард выглядел совершено пустым и таким же тихим. Просто заброшенный город. Ничего пугающего.

Азарт схлынул, и я вдруг ощутила себя разбитой и уставшей. И чего я понеслась прочь? Все дело в воспоминаниях.

Хлюпнув носом, я посмотрела вниз и тут до меня дошло.

Демоны, да я же просто взлетела на эту стену! Как мне это удалось? Я, конечно, слышала, что от страха люди еще и не такое проделывали, но… но, кажется, все дело в черном порошке, который я выпила. Он причина моей силы, скорости и бесстрашия! И, кажется, его действие начинает отступать, потому что я вдруг осознала, что лежу на пятиметровой высоте и боюсь слезать.

Надеюсь, никто не наблюдал мой спуск, потому что он точно не отличался изяществом. Скорее, я напоминала мешок картошки, неуклюже сброшенный сверху. Покряхтев и отряхнув платье, я побрела обратно к берегу, размышляя о том, что видела, и что мне делать дальше. И чего я так испугалась? Надо было подняться наверх, посмотреть в других домах. Вдруг удалось бы найти что-то ценное, чтобы заплатить свой долг? Идея мне не слишком нравилась, она дурно попахивала мародерством. Но какие еще у меня варианты? Да и вряд ли я нашла бы в опустевшем городе что-то, не обратившееся в труху. Брик сказал, что город давно заброшен, там наверняка уже побывали целые толпы разбойников, жаждущих наживы. Остались лишь стены да камни. А их не предоставишь в качестве выкупа!

И что же мне теперь делать?

Пока я блуждала по склонам и лазила через стены, солнце докатилось до снежных верхушек гор и свалилось в просвет между ними. Тени удлинились и потемнели, день клонился к вечеру.

А я так и не придумала, чем буду платить за свое спасение! Да и что я могу? У меня ничего нет.

Мрачнея с каждым шагом, я двигалась к берегу.

И тут на скалах что-то звякнуло! А потом отозвалось эхом чуть ближе, и еще! Словно там засели наблюдатели, которые били в гонги, передавая друг другу какую-то весть. Я ускорила шаг, а потом и вовсе понеслась, подобрав плащ, чтобы не путался в ногах. Из домов-хёгккаров выбегали люди. А между скальными воротами бухты покачивался корабль.

Корабль!

А вдруг… вдруг это за мной? Вдруг Андерс Эриксон каким-то образом прознал, где его «сестра», и прислал помощь?

Шальная надежда подарила мне крылья, и я понеслась к воде. К моему удивлению, пришлый хёггкар не заходил в бухту, а стоял между скалами, словно чего-то ждал. Но чего? На его боках блестели в лучах солнца белые щиты.

Рядом со мной оказался Брик и тоже козырьком приложил руку ко лбу, всматриваясь в воды.

– Почему он не заходит в бухту? – забеспокоилась я. – Чего ждет?

– Так преграда там. Никто просто так не войдет! – Мальчишка широко улыбнулся, показав щербатый рот.

Он подмигнул и рассмеялся. Среди серых волн мелькнуло извилистое тело морского змея. Шторм! Он был там, в воде. Сцепив от волнения руки, я смотрела, как голова змея приподнялась над водой. И тут из-под днища корабля выскользнул еще один хёгг! Кажется, два змея друг друга поняли, потому что Шторм стремительно ушел в глубину, а узкая ладья с завитым носом вошла в бухту.