Аномалии - Сэди Тёрнер

заметно кивает. ― Почему бы нам не поговорить об этом позже? ― Собек направляет свое внимание на плененную аудиторию и продолжает свою пропаганду: ― По всему миру, в Азии и Австралии, дети также находятся в Лагере Монарха. Им также набивается татуировка, и они становятся официальными гражданами нашего нового мира. Интернациональные братья и сестры присоединяются к нам в нашем глобальном стремлении к миру. Я приветствую вас, новые граждане, так же, как я приветствовал ваших родителей и как буду приветствовать ваших детей.

Он кланяется и все подскакивают на ноги. Кай, Бертон и я последние, кто встает, и то, я делаю это только после того, как Инелия больно щипает меня за шею. Блу и Дженезис поднимаются без подталкивания. Кажется, они верят в систему.

Так почему я не могу?

После обращения к лагерю, Собек встречается с пятью оставшимися Аномалиями по отдельности. Видимо, так принято. Вся наша судьба решается за десятиминутное собеседование. Теперь я понимаю выражение про произвести хорошее первое впечатление. Нас подготавливают к встрече: Макс готовит Кая и Дженезиса, Клаудия Дюрант Бертона и Блу, а Инелия меня.

Инелия и я прогуливаемся вокруг озера. Она кладет руку мне на плечо, и ее прикосновение бьет током.

― Пора покончить со своим эго, Кива, ― тихо говорит Инелия, хотя вокруг никого нет.

― Что вы хотите сказать?

― Если ты сотрешь свое «я», то не останется тебя, а только безграничные возможности.

― Подождите, почему вы говорите загадками? ― спрашиваю я. ― Эта самая важная встреча в моей жизни. Вы должны помогать мне.

― Я помогаю, Кива. Перестань спрашивать и начни слушать. Когда ты встретишься с Собеком, ты должна начать думать не только о себе. Не только о своих желаниях и нуждах. У тебя здесь есть такая возможность, которая дается лишь нескольким. Особенно, единицам дочерей Океана. Наконец настал тот час, когда ты должна слушать свое сердце.

― Но откуда вы знаете? ― выпаливаю я, но Инелия лишь улыбается и идет дальше. Я никогда никому не говорила о своих способностях, даже Рейн и Аннике. И точно не отцу. Это что-то вроде экстрасенсорных способностей: я заранее знаю, что должно произойти, и это происходит. Это не случается со мной постоянно, но в последнее время все чаще и чаще, особенно, после моего приезда в лагерь. Большую часть своей жизни я старалась заглушить эти способности и быть как все, что часто забывала про них. Но Инелия знает. Откуда-то, но знает.

Один из телохранителей Собека появляется вдалеке и подзывает к себе. Моя очередь увидеться с мировым лидером. Неожиданно Инелия говорит со мной с таким волнением в голосе, которое я никогда не слышала:

― Мы рассчитываем на тебя, Кива. Все мы. Ты даже не представляешь, насколько ты особенная, но все было ради этого момента. Это твой финальный тест — ты должна слушать свое сердце. Доверяй себе.

Она сопровождает меня до Клаудии Дюрант, которая ждет около столовой. Директор лагеря мне улыбается и открывает дверь. Думаю, что я ей не нравлюсь, но я ничего не могу с этим поделать. Полагаю, что одно из того, что я точно выучила в Лагере Монарха: совершенно не важно, если ты кому-то не нравишься. Бертон и Кай вообще не переживают по этому поводу. Они такие, какие есть. А остальные волнуются только о том, чтобы нравиться своим предписанным партнерам. И больше никому. Я так отчаянно пыталась нравиться всем. Не выделяться. Сейчас же это все кажется таким бессмысленным.

Я следую за Клаудией Дюрант в пещероподобную комнату, где за дальним столом сидят Кай и Собек Васел. Кай выглядит совершенно спокойным. И я клянусь, они оба смеются. Я чувствую, что задержала дыхание. Удивительно, но больше всего я беспокоюсь не о себе, а о Кае. Я не хочу, чтобы с ним что-то случилось. Ходят слухи, ужасные слухи: если Аномалию не получается вернуть в общество, то ее утилизируют, то есть убивают. Я не хочу, чтобы Кай умер. Чувствую комок в горле. Кай ― единственный человек, на которого я могу положиться здесь. Кай и Инелия. Я вздрагиваю, вспоминая наш с ней разговор. Ее предупреждение не выходит у меня из головы. Последний человек, который сказал мне слушать свое сердце был… нет, тут не может быть связи. Я закрываю глаза и пытаюсь избавиться от воспоминаний о моей маленькой сестре и том ужасном утре.

Я жду в углу большой комнаты и наблюдаю, как Кай и Собек пожимают руки. Анника была права — Кай симпатичный. Высокий и уверенный в себе. А когда он улыбается, в глазах проскальзывает озорство. Я чувствую себя счастливой от того, что он мой друг. Как будто читая мои мысли, Кай смотрит на меня и подмигивает перед тем, как уйти. Мои щеки вспыхивают. Почему я покраснела? У меня нет чувств к Каю. Он просто друг. Так почему я покраснела? У меня нет времени, чтобы разобраться с новыми чувствами. Подходит Клаудия Дюрант и ведет меня к столу мирового лидера.

― Присаживайся, Кива. ― Собек указывает на стул напротив него.

За соседним столом шесть телохранителей Собека играют в голографические карты. Они яростно стучат по воздуху, пока голограммы карт раскладываются на столе в комбинации, и затем Заступники ударяют по прозрачным картам, заявляя о своей победе. Я немного напугана всей этой ситуацией и просто стою, как дурочка. Он снова жестом указывает мне сесть.

― Кофе? ― Он кивает Клаудии Дюрант, которая все еще стоит по стойке смирно. Она приносит мне чашку, от которой идет горячий пар, и уходит. ― Три ложки сахара, правильно? ― спрашивает он, добавляя в мою чашку сахар.

― Откуда вы знаете?

― Я мировой лидер, я знаю все. ― Он смотрит серьезно и затем выдавливает улыбку. ― Твои инструктора рассказали мне. Я сам немного завишу от сахара. Расскажи о себе.

Я пью свой кофе, растягивая время, — этой тактике научил меня отец. Я не хочу говорить о себе. Смысл этого разговора в том, чтобы обменяться любезностями или определить мое будущее? Я чувствую себя очень напряженной, даже резкий скачок кофеина и сахара в крови не помогают.

― Особо и нечего рассказывать. Я из Океанцев, о чем вы, собственно, знаете. Обожаю плавать, что довольно очевидно. Живу с отцом. Мы… мы счастливы. — Я пристально смотрю в глаза мировому лидеру, немного зачарованная ими. Кажется, что они раскосые. Глаза Собека полностью гипнотизируют меня, и,