Системный Геймер 5 - Евгений Лисицин

На свободе оставались еще два питерских дона, за Капотней наверняка следят их шпионы, и наш план с Эреаной можно выкинуть в мусорное ведро. Появление Ольканиэль на моей стороне и поражение Пилатиэля заставит их действовать. Вполне возможен худший вариант — прожженные старые интриганы просто… сбегут! И я не мог им этого позволить! У меня тут повторяемое задание с жирнейшими плюшками! Решено! Наносим упреждающий удар, пока добыча не сбежала!

Глава 12

«Агрессивные переговоры»

Нас ожидало большое разочарование. Номера питерских хренов оказались пусты, причем они бросили вещи и свалили в явной спешке! Трофей в виде шелковых мужских трусов с золотой вышивкой ни капли не подсластил пилюлю. Еще час назад чертовы эльфы были здесь, а теперь наверняка уже подлетали к Питеру! И главное — приставленные наблюдатели ничего не заметили! Гадство!

— Список вопросов к Пилатиэлю все растет и растет, — мрачно произнес я, сплюнув на шикарный ковер. — Если бы не его появление…

Валантэ успокаивающе погладила меня по плечу. Ее агенты вместе с тройкой темных эльфов обыскивали номера на предмет хоть сколько-нибудь полезных трофеев. Искали они не деньги или кристаллы, а электронные устройства, записи и прочую хрень. Увы, несколько веков успешных интриг научили их идеально подчищать за собой.

Пришлось вернуться ни с чем. Единственный приятный бонус — охрана отеля заметила наше появление в чужих номерах. Специально не стал предупреждать их заранее, чтобы не спугнуть хренов и заодно проверить несение службы. Нас заметили, а вот постояльцев нет. И понятия не имели, куда подевались питерские доны и их старейшины.

Давно стемнело, время перевалило за полночь. По возвращении домой девушек отправил спать. Давно уяснил, что хороший сон залог хорошей формы. Сам в нарушение собственных принципов решил сходить в подвал на «беседу» с пленным эльфом. Яэ Мико тенью двинулась следом, наотрез отказавшись бросать хозяина одного. И где-то в тенях пряталась Торви, хотя знала, что я знал, что она там.

Пилатиэль уже очнулся и пытался освоиться в моей уютной темнице. Получалось плохо: злые орки надежно приковали эльфа к железному стулу, вдобавок установив над его головой небольшую наковальню. Дернется слишком резко — решит мою проблему. К сожалению, хрен оказался вредным, дергаться не собирался, сидел не шелохнувшись, внимательно рассматривая пятно на стене. Ниче, ща развлечем.

— Ну, привет. — Подождал, пока охранники принесут мне глубокое кожаное кресло (как оно вообще очутилось в подвале?) и неспешно устроился напротив пленника. — Смотрю, ты не очень вежливый.

Ответом мне было презрительное молчание.

— Не хочешь разговаривать? Придется тогда огорчить твою сестру…

— Не смей ее трогать! — высокомерно воскликнул эльф. — Грязное животное! Она, между прочим, донна!

— И что теперь? А я князь и глава рода, — сверкнул на него молниями из глаз. — Думаешь, насиловать собрался? Мне, по-твоему, девушек мало? Полно! И покрасивее твоей сестры будут.

Мда-а-а, Кир, ты прямо мастер контакт налаживать. Вон как у эльфа рожу-то перекосило. Переживает по поводу сестры, видимо. Не пытаясь сгладить впечатление, безразлично произнес:

— Просто ее огорчит твоя скоропостижная смерть. Тебе как больше нравится: камнем по голове или по-дворянски голову отсечь? Или, может, что-нибудь поинтереснее? Серная кислота там или костер? Я открыт для любых предложений

Спасибо Пилатиэлю, было заметно, что он не сомневался в моих словах. Ну а разве я в чем-то солгал? Захочу — убью, и никакая питерская баба мне не помешает.

— Почему я до сих пор жив?

Угроза близкой смерти ничуть не пугала эльфа, он сохранял все то же раздражающее высокомерие, словно это я у него в плену. Ну это понятно, бравада. Думаю когда пятки пламя подпаливать будет или голова на плахе окажется, совершенно другие чувства испытывать начнет.

— Твоя сестра очень просила дать тебе шанс. Даже согласилась посидеть в камере в цепях и негаторах.

Не понравилась мне улыбка эльфеныша, эдакая снисходительная, как рыцарь смотрит на вооруженного лопаткой и ведром на голове пацана.

— И что ты хочешь за мою свободу? Служения? Лучше сразу убей и не трать мое время.

Пилатиэль начинал раздражать меня все больше и больше. Очень хотелось выполнить просьбу сученыша, раз он так рвется на тот свет, и получить системную награду… и что мне, собственно, мешало? Зачем мучиться и пытаться переубедить фанатика в ошибочности его взглядов? К сожалению, у меня был ответ на этот вопрос. Система раньше не предлагала мне альтернативных веток прохождения заданий. Почему-то ей было важно перетянуть его на сторону добра… то есть тьмы.

— Не заслужил ты легкой смерти. — Вытянул ноги и положил их на удобную табуретку с мягкой подушкой. Вот же дурная привычка появилась. Темные эльфы постоянно пытались подставить под них свои спины, приходилось периодически на них прикрикивать. Это, на мой взгляд, уже перебор. — Будем говорить. Вот скажи, почему ты пытался меня убить?

— Ты Темный Властелин, отродье Бездны и мировое зло!

— Ну, допустим, ты так считаешь. Хотя, по-моему, слишком пафосно звучит! А что я тебе такого плохого лично сделал? — Мой вопрос поверг эльфеныша в шок. Он хлопал глазами, не в силах справиться с обрушившейся на него тупостью.

Несколько раз прерывал его обвинительные «ты» и требовал конкретных фактов. Спорщик из Пилатиэля был так себе, он явно не привык общаться с равными. Видимо, как обычный зарвавшийся идиот — при сильных молчит, слабых затыкает.

— Ты хочешь поработить наш народ! — наконец родил он внятный аргумент. — Лишить нас последней славы и истребить во имя вонючих орков и людей!

— Охренеть! А я и не знал! — с сарказмом ответил. — Ты хоть разведчиков сюда посылал? Спрашивал у моих подданных, как им здесь живется? Или послушал старого двухсотлетнего хрена и пошел с саблей наголо? Типа герой-освободитель эльфов во всем белом?

Судя по перекосившейся физиономии, ни хрена он не спрашивал. Ну да, молодой, горячий, сам такой же. Лишнее напоминание самому себе — проверять поступающую информацию.

— Мы здесь строим общество равных возможностей, насколько оно вообще возможно, без расизма и прочих милых эльфийских изобретений.

— По-твоему, орки равны нам⁈ — Пилатиэль чуть на ультразвук не перешел, все сомнения на его лице исчезли под потоком праведного гнева. Ему бы рясу с крестом выдать, и получится шикарный инквизитор. — Еретик!

Ну, что я говорил? Мы еще немного поболтали, пока эльфеныш в меня не плюнул. Я не стал терпеть оскорбление, врезал ему в глаз. Но аккуратно, чтобы он не дергался сильно. Раздавленная голова Пилатиэля мне сейчас была не нужна. Вытер плевок на своей щеке его волосами, мрачно размышляя над способами кровавой мучительной казни. Видит Система, я пытался. Наковальню применять не буду, а то убираться здесь будут до самого вечера.

— Я ведь говорила, бесполезно, — раздался насмешливый голос у двери.

Там в окружении красного тумана стояла Ольканиэль Рябина, избавившаяся и от цепей, и от негаторов. Самое паршивое: эльфийка держала за капюшон бессознательную Торви, приставив к ее шее удлинившиеся когти. — Предлагаю сделку, князь.

Какого хрена⁈ У меня на боковой экран интерфейса выводилось видео с камеры Ольканиэль. На ней эльфийка по-прежнему лежала в одном месте, уставившись прямо в объектив. Ничего не понимаю!

— Какую сделку? — Между нами встала вздыбившая хвосты Яэ, по шерсти кицунэ пробегали многочисленные электрические разряды. Из-за нее я мог видеть только плечо эльфийки.

— Ты отпустишь нас и позволишь свободно уйти, а я помогу тебе разобраться с твоими врагами в Петербурге. И отдам зеленую мелочь.

Она потрясла гоблинкой, как котенком. Я успел заметить, как Торви приоткрыла глаз, подмигнула мне и снова его закрыла, при этом оставаясь тряпичной куклой в руках Ольканиэль.

— Не катит. Я уже говорил: или он переходит на мою сторону, или умирает. Тебя я теперь тоже не отпущу, ты угрожала моей приближенной, — щелкнул пальцами.

Торви превратилась в черный дым, и страшные когти Ольканиэль прошли сквозь нее. Пустил несколько сюррикенов и следом включил купол отчуждения. Промазал! Размытый силуэт эльфийки пронесся мимо и за секунду выдрал привинченный к полу стул вместе со своим братом. Влетев в антимагическую зону, она охнула и бросилась в противоположную сторону. Кровавые когти разорвали цепи, как бумагу, и она застыла в углу, спрятав