Солнце полуночи - Стефани Майер

Карлайл рассмеялся над собственной шуткой.

-Я начинаю думать, что эта девушка действительно ходячая неудача. Всегда в ненужном месте в ненужное время.

- Форкс определенно не самое подходящее место для нее, из-за того, что ты тут.

Я уклонился от ответа.

- Иди. Уладь все. Я сразу же присоединюсь к тебе.

Я быстро пошел прочь, чувствуя вину. Возможно, я был слишком хорошим лгуном, раз смог одурачить Карлайла.

Когда я добрался до приемной, Тайлер все еще бормотал извинения себе под нос. Девушка пыталась избавиться от его раскаяний, притворяясь спящей. Ее глаза были закрыты, но ее дыхание было неровным и время от времени ее пальцы нетерпеливо подергивались.

Я всматривался в ее лицо довольно долго. Это будет последний раз, когда я увижу ее. От этой мысли я почувствовал острую боль в груди. Было ли это из-за того, что я ненавижу оставлять загадки неразгаданными? Это не было похоже на подходящее объяснение.

В конце концов, я сделал глубокий вздох и приблизился настолько, чтобы меня стало видно.

Когда Тайлер увидел меня, он хотел что-то сказать, но я приложил палец к губам.

-Она спит? - пробормотал я.

Белла моментально открыла глаза и сфокусировала их на моем лице. Они расширились на какой-то момент, но затем сузились от злости или подозрений. Я вспомнил, что мне необходимо играть свою роль, так что я улыбнулся ей так, будто утром не случилось ничего необычного. Кроме удара головы и немного вышедшего из-под контроля воображения.

- Привет Эдвард,- сказал Тайлер. – Мне действительно жаль…

Я поднял руку, чтобы прервать его извинения.

– Нет крови, нет вины, - сказал я с ухмылкой.

Не подумав, я улыбнулся своей шутке слишком широко.

Было удивительно легко игнорировать Тайлера со свежей кровью в ранах, лежавшего менее чем в четырех шагах от меня. Я никогда не понимал, как у Карлайла получается это – не обращать внимания на запах кровь пациентов, чтобы лечить их. Неужели постоянный соблазн не был причиной отвлечений или опасности? Но сейчас… Я видел, как соблазн сводится на нет, когда достаточно усердно сосредотачиваешься на чем-то другом.

Даже будучи свежей и открытой, кровь Тайлера была ничем, по сравнению с кровью Беллы.

Я держался на расстоянии от нее, сев на матрац в ногах у Тайлера.

-Ну, каков вердикт? - спросил я ее.

Она выпила губу.

– Со мной все в порядке, но они меня не отпускают. Почему так вышло, что тебя не заставили проходить обследование, как нас?

Ее нетерпеливость заставила меня улыбнуться.

Я слышал Карлайла в холле.

- Все зависит от связей, - сказал я непринужденно. – Но не волнуйся, я пришел, чтобы навестить тебя.

Я осторожно наблюдал за ее реакцией, когда мой отец зашел в палату. Ее глаза широко раскрылись, а челюсть отвисла от неожиданности. Я тихо охнул. Да, она определенно заметила сходство.

-Ну, мисс Свон, как вы себя чувствуете? - спросил Карлайл. У него был удивительно успокаивающий голос, который заставлял большинство пациентов присмиреть, в нужный момент. Я не мог понять, какой эффект его голос произвел не Беллу.

- Я в порядке, - тихо сказала она.

Карлайл прикрепил ее снимки на подсвечивающийся стенд у кровати.

– Твои снимки показывают хорошие результаты. Голова не болит? Эдвард сказал, что ты ударилась довольно сильно.

Она вздохнула и сказала.

–Я в порядке, - снова. Но на этот раз в ее голосе улавливалось нетерпение. Затем она бросила взгляд на меня.

Карлайл подошел к ней поближе и провел пальцами по ее голове, пока не нашел шишку под волосами.

Лавина эмоций хлынувших во мне застала меня врасплох.

Я сотни раз видел, как Карлайл работает с людьми. Много лет назад я даже был его внештатным помощником, хотя только в тех случаях, где не было крови. Так что это не было новым для меня - смотреть, как он взаимодействует с девушкой так, как будто он тоже был человеком, как и она. Я столь часто завидовал его самоконтролю, но это не было похоже на эти эмоции. Я завидовал не только его самоконтролю. Меня задевала разница между мной и Карлайлом, задевало то, что он мог дотронуться до нее так осторожно, без страха, зная, что никогда не причинит ей вреда.

Она вздохнула, и я дернулся на своем сидении. Мне пришлось сконцентрироваться, чтобы сохранить свою расслабленную позу.

-Тебе больно? - спросил Карлайл.

У неё застучали зубы.

– Не очень, - сказала она.

Еще одна крошечная черта ее характера встала на свое место. Она храбрая. Она не любит проявлять слабость.

Возможно она - самый слабый человек, которого мне доводилось встретить, и она не хочет выдавать свою слабость. Смешок сорвался с моих губ.

Она бросила очередной взгляд на меня.

- Хорошо, - сказал Карлайл. – Твой отец ждет тебя в комнате ожиданий, ты можешь идти с ним домой. Но возвращайся, если почувствуешь головокружение или если появятся проблемы со зрением.

Ее отец был здесь? Я пронесся по мыслям людей в многолюдной комнате ожидающих, но я не смог выделить его слабый мысленный голос из толпы до того, как она снова заговорила. Ее лицо выразило беспокойство.

-Могу я вернуться в школу?

-Мне кажется, что тебе стоит сегодня отдохнуть, - предложил Карлайл.

Ее глаза снова вернулись ко мне.

– А он вернется в школу?

Изображай спокойствие, уладь все… забудь, как ты чувствуешь себя, когда она смотрит тебе в глаза.

- Кто-то же должен рассказать всем в школе, что ты все же выжила, - сказал я.

-Вообще-то, - поправил меня Карлайл. – Большая часть школы, кажется, находиться сейчас в комнате ожиданий.

Я предчувствовал, какова будет её реакция на этот раз – ненависть к всеобщему вниманию. Она не разочаровала меня.

- О, нет! - простонала она и прижала руки к лицу.

Было похоже, что я наконец-то угадал с реакцией. Я начинал понимать ее.

- Хочешь остаться? - спросил Карлайл.

- Нет, нет! - сказала она быстро, свесив ноги с матраца и соскользнув с него, пока ее ноги не коснулись пола. Она споткнулась, полетев вперед и теряя равновесие, и упала прямо в руки Карлайлу. Он поймал ее и помог встать на ноги.

Снова меня переполнила зависть.

-Я в порядке, - сказала она до того как он успел хоть что-то сказать, бледно розовый румянец заиграл на ее щеках.

Конечно, это нисколько не встревожило Карлайла, и удостоверившись, что она твердо стоит на ногах, опустил руки.