Дар: Я найду тебя - Юля Розанова

записку, послышались голоса, но мы не успели покинуть комнату. Как только в морг вошли, нас кто-то поспешно запер. — Как это? — посмотрела я на Кенана. — Нас что заперли? — Да, причём в спешке! — нахмурил брови Кенáн. — О Аллах! Есть кто-нибудь? — начала я стучать в дверь. — Вы меня слышите? — Хая́т! — остановил Кенáн. — Хая́т, не трать силы, здесь звукоизоляция, нас не услышат. — И что же нам делать? — растерянно посмотрела я. — Судя по тому, что дверь нам изнутри не открыть, придётся ждать, — вздохнул Кенáн. — Ждать? — возмутилась я. — Чего, пока мы здесь замёрзнем? — Успокойся! — подошёл ко мне Кенáн. — Думаю, тот, кто нас закрыл, и написал эти записки. А значит, он знает, что делает. — А если это ловушка? — спросила я. — Не думаю, — ответил Кенáн. Где-то минут через 15 я начала замерзать. Кенáн заметил это и снял свою куртку, чтобы накинуть на меня. Он был довольно высокого роста, так что носил длинную и большую куртку. Поэтому длинна куртки, оказалась ниже моих колен. — Ты легко одета для данного места, — улыбнулся он. — Ну, прости, не могла предположить, что окажусь запертой здесь! — возмутилась я. Кенáн засмеялся и крепко обнял меня. Его глаза, не отрываясь, смотрели в мои. — Как странно…. — сказала я. — Я так старалась держаться от тебя подальше, но в итоге оказалась в твоих объятиях. — Может, тогда вовсе и не стоит избегать меня, — улыбнулся Кенáн. Я тяжело вздохнула и опустила глаза. Кенáн прикоснулся к моему подбородку и, приподняв лицо, поцеловал, ещё крепче прижимая к себе. Не знаю, сколько времени я пробыла в его объятиях, находясь в том помещении запертыми, но мне казалось, что вечность. Мне было так спокойно, и так тепло. Я проиграла в борьбе со своими чувствами, и осознала, что больше не хочу избегать Кенана. — Что ж, раз уж мы здесь, — сказала я, отдавая назад куртку Кенану, — то будем действовать! — Что ты делаешь? — спросил в недоумении Кенáн, глядя, что я пытаюсь открыть холодильную камеру. — Пытаюсь найти Алью, — объяснила я. — Помоги-ка мне! Мы вместе начали проверять одну холодильную камеру за другой. И открыв очередную, увидели тело Альи. — Алья́! — прикоснулась я к волосам девочки. — Словно спящая принцесса…. — Ледяная принцесса! — сказал Кенáн. Затем он аккуратно, взяв прибор, надрезал кожу, и, открыв грудную клетку, увидел страшную картину. — Бог мой! — воскликнул Кенáн. — Они ведь всё тело выпотрошили. Я была не просто шокирована, я даже не могла описать, какой ужас охватил меня. Столько боли моё сердце ещё не испытывало, но в то же время во мне пробудилась злость.

Отомсти!

Картина, которая предстала передо мной, была невероятно жуткой. На это невозможно было смотреть, но и оторвать глаз я не могла. Внутри меня стремительно росла злость. Именно в тот момент появилась душа Альи. Она молча посмотрела на своё тело, а после нахмурила лицо и взглянула на меня.

— Отомсти! — сказала она злобным голосом. — Отомсти за меня!

После этих слов во мне вспыхнула ярость, было ощущение, будто в меня кто-то вселился. Внезапно открылась дверь, и как только я это услышала, быстро выбежала из помещения. Кенáн ничего не понял, и побежал за мной, однако на выходе из комнаты, в которой мы были заперты, заметил парня.

— Это ты нас закрыл? — спросил Кенáн.

— Да, господин! — сказал парень. — Ради бога, простите! Я не хотел, чтобы вас кто-то увидел. Тогда бы вы не смогли узнать всей правды.

— Ладно, вот мой номер, позвонишь мне вечером, — сказал Кенáн и побежал дальше.

Честно, я совсем не помню, что натворила тогда. Разум покинул меня, и поэтому я даже не понимала ничего. Кенáн позже рассказал мне всё.

Я поднялась на верхний этаж и начала искать врача, который оперировал Алью. Когда же увидела его, а точнее, услышала, как его окликнули, с разбегу набросилась на него и стала неистово бить по лицу. Кенáн пытался остановить меня, но в тот момент моё тело было сильнее, чем когда-либо. Толпа медсестёр и врачей пытались помочь Кенану, чтобы спасти врача. Именно когда тот мерзавец отключился, я наконец-то остановилась.

Пришла я в себя только на следующий день. Слушая Кенана, не верила своим ушам. Как такое могло произойти? Неужели ярость Альи передалась мне?!

— Меня теперь в психушку отправят? — спросила я тихо.

— Нет, ну что ты? — успокаивал Кенáн. — То, что ты сделала, было даже мало.

— Поверить не могу, как я могла такое вообще сделать? — всё ещё не оправилась я от шока.

— Ты, правда, ничего не помнишь? — спросил Кенáн.

— Нет…. — покачала я головой в стороны.

— Ну, может это и к лучшему, — обнял меня он. — Зато теперь Джерéн и Юсýф смогут получить тело своей дочери и спокойно похоронить её.

— Для них это будет ужасной трагедией, — сказала я.

— Нам нужно как-то аккуратно рассказать им всё, — ответил Кенáн.

Я взглянула на свои руки, они были немного окровавлены, кое-где были мозоли. Кенáн молча взял мои руки и поцеловал, он прекрасно понимал, как мне стыдно от сделанного поступка.

Состояние врача на удивление было стабильным, я сломала ему нос и разбила нижнюю губу, ну и, конечно же, оставила пару синяков под глазами. Не смотря на всё это, Кенáн смог добиться, чтобы меня не притягивали к ответственности и не заключили в психиатрическую больницу.

Парень, который нас запер, помог найти нужную информацию о той самой операции, а также и другие доказательства того, что врач незаконно забирал органы.

Мы с Кенаном рассказали господину Юсуфу и госпоже Джерéн всё, что произошло с их дочерью. Конечно же, они оба были шокированы. Когда дети уходят раньше родителей, это всегда очень больно. Когда же Джерéн и Юсýф узнали, что я сделала с тем доктором, то уверили меня в том, что это ещё лёгкое наказание для него.

После собрания всех доказательств, начали судебный процесс. В это время состоялись похороны Альи. Я надолго запомнила эту девочку. Она показала мне, какой может быть жестокой жизнь. Вместо того чтобы спасать, врач отобрал жизнь, да ещё и таким кощунственным образом. Я навсегда запомнила эту историю, и именно после этого перестала считать свой дар проклятьем.

Через какое-то время я наведалась