Реставратор - Сайфулла Мамаев

– Слушаю вас! – Смоленский всегда так отвечал на звонки.

– Здравствуй, Игорь.

– Олег?! – По голосу чувствовалось, то Игорь не ждал его звонка.

– Что, удивлен? – спросил Чернов. Что-то в голосе Игоря ему не понравилось.

– Ну еще бы! – закричал Игорь. – Про тебя здесь такое говорят! Лешка сейчас у них на допросе. Меня, наверное, тоже вот-вот вызовут. Верке уже звонили, просили прийти.

– У кого у них?

– Ну, у этих… что, сам не понимаешь?

– Игорь, кончай, толком скажи, мне не до загадок, – сердито проговорил Олег.

– Да я точно не знаю. – В голосе Игоря звучала растерянность. – Может, в прокуратуру, а может, в ФСБ…

– Что? ФСБ? – оторопело переспросил Олег. – Ты в своем уме? При чем здесь они? Ты еще ГРУ вспомни! Или СВР!

– Я не знаю, но думаю, когда громят отделение милиции, то это вполне в их компетенции, – сказал Игорь. Чувствовалось, что он напуган. – Понимаешь теперь, при чем здесь они?

Олега охватило странное ощущение, будто он бредет в зыбком тумане. Налет на милицию? Какой налет, какая милиция? О чем идет речь? И какое отношение это имеет к нему?

– Игорь, подожди! Ты о чем говоришь? Это я, твой друг Чернов. Я о своих делах спрашиваю. При чем здесь все, что ты наговорил? – Олег вконец растерялся. Он ничего не мог понять. Игорь что, с ума сошел? Или, может, выпил? Или просто разыгрывает? Бред какой-то!

– Как о чем? – Игорь был сердит и обижен. – Да ты телевизор включи, там весь день про тебя говорят. Про тебя, про Карину. Говорят, при нападении на отделение милиции было использовано то же оружие, что и при убийстве…

– Подожди, какое нападение?! Ты что, пьян? – вспылил Олег. – Нет, извини, я не хотел… Прости, у меня полный сумбур в голове. Игорь, я тебя прошу, расскажи все подробно.

– Сначала скажи, что произошло с Кариной? – потребовал Смоленский. – Ты спал с ней?

– Да! Но она… – Олег посмотрел на застывшую в кресле Илсу. Их глаза встретились. И Чернов увидел в них столько терпеливого ожидания, когда же он наконец все ей объяснит, столько предчувствия беды, что смешался и не стал продолжать дальше.

– Я не делал того, что мне приписывают, – сказал он больше ей, чем Игорю.

– Олежек, мы в этом не сомневаемся, – откликнулся Игорь. – Вчера, когда Лешка рассказал, что тобой интересовались из милиции, мы оба решили поехать и разобраться, в чем тебя обвиняют. К тебе нас не пустили, но удалось выяснить, что они тебе… инкриминируют. Ну, в общем, мы им не поверили, но шансов вытащить тебя под подписку не было. Решили, что с утра займемся поисками адвоката… А ночью… почти утром менты приехали к Тарасу домой, искали тебя. Спрашивали, к кому еще ты мог поехать, но ни Лешка, ни Вера не сказали ничего. Даже обо мне промолчали, хотя вполне могли, я же не при делах… Ой, Олег, не подумай, я просто не так выразился. Короче, Тараса вызвали на утро… Думаю, что скоро за мной приедут, поэтому не спрашиваю, откуда ты звонишь.

– Игорь, клянусь, я не делал этого… Ну, в чем меня… – Олега снова охватило чувство нереальности происходящего, как будто продолжался какой-то нескончаемый кошмар. – А что ты говорил про отделение милиции?

– Олег, а как ты оказался на свободе? – вопросом на вопрос ответил Смоленский. – Я не спрашиваю подробностей, одной фразой… Бежал, отпустили, откупился…

– Чем? У меня денег-то… – Олегу вспомнились радостные лица милиционеров, когда они выворачивали его карманы. Хотя это были лишь жалкие остатки – большая часть денег исчезла еще до изолятора. Наверное, вытащили, когда он был без сознания. – Все, что заработал с твоей помощью, менты забрали. Нет, если бы удалось откупиться… Знаешь, после допросов я…

Олег бросил взгляд на Илсу. Хотя он понимал, что девушка наверняка видела на нем следы побоев, признаваться в том, что его били, не хотелось. Как это унизительно…

– Короче, я в камеру попал в таком состоянии, что толком не помню, что дальше было, – сказал он. – Даже как к… сюда, откуда звоню тебе, как попал, не помню.

– Олег, дружище, то, что ты говоришь, еще больше ухудшает твое положение, – с испугом проговорил Игорь. – Там милиционеров перебили. И так же, как Карину. Тем же способом. Порубили на куски. Последним Карину видел ты. Чтобы так разрубить, нужно иметь силу и оружие, все это у тебя есть. И в обоих случаях ты замешан…

– Значит, и ты мне не веришь? – вспылил Олег. – Я же говорю тебе – я не делал этого! Ни ее, ни ментов я не убивал! Но раз ты считаешь…

– Я, Тарас и Вера, может быть, единственные, кто тебе верит, – с обидой в голосе ответил Смоленский. – Весь день телевидение говорит о том, что… Вот черт! Олег, быстро говори, что я могу сделать для тебя, кажется, приехали за мной… Внизу две «волги» подъехали.

– За тобой? – Олег посмотрел на Илсу. Не хватало еще и ее подставить. – Слушай, на тебя у них все равно ничего нет, отпустят… Игореха, мне нужна твоя помощь.

Сходи, пожалуйста, ко мне домой, ключи ты знаешь где… Ну, У соседей, они тебя знают, дадут… В квартиру не заходи, менты могут тебе потом проблемы создать. Сходи в гараж, там за ящиком… ну, да ты знаешь… Возьми чекан. Это такой инструмент, смесь топорика и кирки, только наконечник другой. Отдай его Иванычу, я у него брал, неудобно будет, если менты заберут. Решат, что это оружие, он очень похож… Да при случае он может и оружием послужить. Выручи, не поленись.

– Да ты о чем говоришь! – обиделся Смоленский. – Сегодня же все и сделаю. Еще что нужно, говори, они вот-вот поднимутся.

Олег замялся. Ему было неудобно, но ситуация была не такая, чтобы миндальничать.

– Мне нужно уходить отсюда, – сказал он в трубку. – Игорь, у тебя есть деньги? Свободные…

– Не поверишь, но не дам. При себе нет, да и следят за мной наверняка. Любой съем со счета тоже вызовет подозрения… Сделаем вот что… Записывай телефон. – Смоленский продиктовал номер. – Это Жак. Скажешь, что от меня, он даст. Меня не ищи, наверняка прослушку установят. Связь будем держать через того же Жака. Все, держись и помни – мы верим…

В трубке раздались короткие гудки. Олег медленно положил трубку. Ему ужасно не хотелось поднимать голову и встречаться глазами с девушкой.

– Олег, что все это значит? – спросила Илса. – Тебя обвиняют в убийстве?

– Илса, я не убивал, – севшим голосом произнес Олег. – Я не знаю, каким образом оказался здесь, у тебя, но понимаю, что не должен был приходить сюда. Я сейчас уйду…

– Никуда ты не уйдешь! – выкрикнула Илса. – Это же самоубийство. В таком состоянии я тебя не отпущу. Но в то же время, я думаю, имею право знать, что все-таки происходит. И с чем нам придется столкнуться.

– Нет, я должен идти. – Олег приподнялся и, почувствовав приступ головокружения, замер.