Три легенды - Михаил Кликин

Би принесла кружки, разлила чай. Вынесла блюдо с лепешками, сметану – всегда у нее есть чем накормить гостей!

Кречет видел, что незнакомка страшно голодна. И потому он все подвинул к ней и сказал:

– Ешь.

Девушка посмотрела на него.

Старый, высохший, плешивый, маленькие отекшие глазки – представил он себя и усмехнулся своим мыслям.

– Спасибо, – поблагодарила девушка и набросилась на еду.

Би присела рядом с Кречетом, опустила натруженные руки на колени.

«Две женщины в этом доме, под этой крышей. Когда так было в последний раз?» – подумал Кречет.

У Би никогда не было детей. Не было и мужа. Отца ее задрали волки, когда ей исполнился год. Так и жили они вдвоем с матерью. А когда мать умерла от чахотки, Би ушла в город. Пятнадцатилетней девчонкой она напросилась оруженосцем к земляку Лансу. Девчонка-оруженосец! Где это видано? Но Ланс, тогда еще копейщик-десятник имперского войска, взял ее под свою опеку, поставил на довольствие, научил азам ратного дела. И впоследствии ему не пришлось жалеть об этом… Через много лет они вместе возвратились на родину. Стареющий воин Ланс и его верный оруженосец Би…

Вернулся Дварф, привел с собой однорукого колдуна. Вигор, видимо, торопился, не оделся как следует и потому насквозь вымок, хотя улицей идти-то надо было лишь минуту.

Все расселись вокруг стола и молча ждали. Смотрели, как гостья торопливо ест.

– Кто вы? – спросила Би у девушки. – Откуда?

– Спасибо, – юная незнакомка оторвалась от еды. – Я все расскажу… – она обвела взглядом собравшихся. – И это все? Больше здесь никто не живет?

– Есть еще один, – ответил Кречет. – Но он уже старик… Глубокий старик. Он плохо слышит и вообще… Пусть отдыхает.

– Хорошо… – серьезно кивнула девушка. Она на секунду задумалась, решая с чего начать. – Меня зовут Мира. Я из Тополиной деревни. Это в четырех днях ходьбы отсюда, вниз по реке, потом…

– Мы знаем, – перебил Урс. – Большое село.

– Знаете?… – девушка подняла голову, долго смотрела на Урса, и вдруг лицо ее странно задергалось: задрожали губы, уголки рта опустились, искривились брови. На глаза навернулись слезы. Она всхлипнула, закрылась руками и сбивчиво заговорила сквозь рвущиеся рыдания: – Деревни больше нет… Мамы нет… Брата… Отца… Дом наш… Ничего нет… Всех убили. Всех… Только я. Одна. Убежала… Спряталась…

Би встала, подошла к девушке, обняла худенькие трясущиеся плечи, стала тихонько поглаживать. Деды нахмурились, посерьезнели. Только Дварф растеряно улыбался. Мира продолжала, спрятав лицо в ладонях:

– Они пришли утром. Я не знаю кто это. Никто не знал. Они появились из тумана. Я не знаю откуда этот туман взялся. Сначала было ясно. Все работали. На огородах. И тут опустился туман. И они. Выплыли, будто призраки. Их было много. Страшные. Впереди шли белые карлики. У них были кривые когти. Длинные руки. И зубы. Будто иглы. Длинные, тонкие, острые. Карлики шли первыми и убивали всех. Раздирали своими когтями. Впивались зубами. Они рычали… Карлики. Меньше меня в два раза. Рычали. Невидимые в тумане. Они были всюду. Люди кричали. Было страшно. Я тоже кричала. Один схватил меня. Длинная рука из тумана. Но я вырвалась и убежала. Я не знала куда бежать. Кругом этот туман. И крики. И рычание. Под ногами лежали люди. Мертвые и еще живые. Кровь… Крики… – девушка захлебывалась словами. Она отняла руки от своего лица, и старики увидели ужас в ее глазах. – Я падала. Вставала. Запиналась. Я кричала. Туман стал рассеиваться. И я увидела, как карлики заходили в дома. Они убивали всех. Выволакивали мертвых. А потом пришли другие. Худые и высокие. Черные. Скелеты, обтянутые обгоревшей кожей. Их было меньше. В руках они держали серпы. Большие кривые серпы. Они ступали прямо по трупам, по их спинам. Хватали за волосы, выгибали и… и… отсекали головы. И откидывали в сторону. Они молчали… Я забилась под крыльцо. Смотрела сквозь щели в досках. Я не хотела смотреть, но смотрела… А они шли. Карлики и скелеты. Я видела, как из одного дома выскочил мужчина. Он размахивал большим ножом. Такими разделывают телячьи туши. Он кричал. Махал ножом. И карлики повернули к нему. Он убил двоих. Отпрыгнул и разрубил надвое длинного. По пояс. Черный скелет. Но тот не умер. Он прошел еще несколько шагов. Одни ноги. И упал прямо возле меня. У крыльца, где я пряталась. От него воняло гнилью. И не было никакой крови. Он дергал ногами и не умирал. Я видела, что верхняя половина, лежа на земле, размахивала руками и вертела головой. Она тоже была живой… А мужчина все махал ножом и кричал. Отовсюду к нему шли карлики. Смыкались кольцом. Белые. Длиннорукие. А потом… Потом они бросились на него, и он упал. Захрипел… Они сожрали его. Полностью. Ничего не осталось. Только нож… Я забилась глубже под крыльцо, свернулась клубком, но тут пришли эти. Звери, у которых были человеческие лица. Они нюхали землю. Они искали живых. Они приближались. А карлики ждали. Я поняла, что меня найдут. Эти твари. И тогда я побежала. Туман уже рассеялся, и было все видно. Черные скелеты повернули ко мне свои безобразные головы, но не двигались. Они казнили мертвых. Карлики пошли вслед за мной. Они передвигались медленно, я бежала быстрей. Мне повезло – я не была окружена. И я убежала. В лес. В последний момент я обернулась и увидела. Меж домами двигались черные тени с серпами в руках. По моему следу шли карлики. И человеколицые псы. А прямо на меня неотрывно смотрело чудовище. Оно было далеко. На дальнем конце деревни, там, откуда пришел туман. Откуда вышли убийцы. Чудовище было далеко, но я видела его во всех подробностях, так, словно оно находилось в метре от меня. Я не знаю, что это было. Он был закутан в туман. Я видела его глаза, фигуру, но не могу сейчас ни вспомнить их, ни описать. Это страшно. Я закричала и побежала в лес. Но чудовище сверлило взглядом мне спину, оно видело меня сквозь деревья, следило за мной. И в его взгляде я не ощущала злобы. Только холод. Мертвое безразличие… Четыре дня я шла по лесу. Ела только ягоды. Почти не спала. Я бежала, так как знала, что эти существа идут следом. Потом лес кончился. Я вышла к реке. Шла еще два дня и оказалась здесь. Сегодня ночью. Ваша деревня первая, что я встретила на своем пути. Я не знаю, кто эти существа, но я хочу, чтобы вы ушли. Мне кажется, что они придут и сюда… К вам… Убивать… Их много и они не знают пощады. Я уверена, что они направляются именно сюда. Я до сих пор чувствую этот взгляд. Он следит… Уходите. Бегите, пока не поздно. Спасайтесь… – девушка вздрогнула и несколько раз повторила: – Спасайтесь… спасайтесь…

Она замолчала, еще крепче обхватив ладонями лицо, тихо всхлипывая. Выдавила:

– Теперь вы все знаете… Мне надо идти дальше… Я не могу ждать. Это страшно. Ждать их прихода… Мне кажется, что теперь я никогда не смогу остановиться… Буду бежать, бежать…

Старики смотрели на нее, потрясенные рассказом.

– Когда это случилось? – спросил Урс.

– Шесть дней назад. Утром… – Девушка встала. – Я должна идти…

– Да-да, – засуетилась Би. – Подожди, я соберу немного еды в дорогу, – она ушла на кухню.