Клятвопреступник. Ученик убийцы - Дж. Б. Редмонд

Зачарованный этим сиянием, Арон заглянул внутрь.

В повозке он увидел двух мальчиков со связанными руками и ногами, и еще одного постарше, который неподвижно лежал под одеялом на набитой соломой подушке. Его волосы переливались золотом в лунном свете, а кожа была белее снега. Мальчик тяжело дышал, на одеяле и волосах запеклись капли крови, но именно от него исходило это удивительное рубиновое сияние.

Ох, да у бедняги все кости переломаны!

Арон понял: Камень забрал мальчика потому, что он был так близок к смерти. Наверное, кто-то жестоко избил его — или, возможно, он упал с большой высоты.

Внезапно душа умирающего встрепенулась. Ярко-голубые глаза мальчика уставились прямо на Арона (хотя искалеченное тело по-прежнему неподвижно лежало на постели), и Арон с трудом удержался от крика.

— Где я? — выдохнула душа незнакомца, с трудом шевеля потрескавшимися губами. — Ты настоятель?

Арону вдруг отчаянно захотелось, чтобы внутренняя сущность мальчика снова вернулась в его тело, чтобы незнакомец продолжал бороться за свою жизнь!

— Нет, я не настоятель. А ты ложись и постарайся исцелить себя!

Если мальчик не станет сопротивляться смерти, Братья Камня дадут ему яд, чтобы положить конец бесполезным страданиям.

— Исцели себя! — снова крикнул Арон.

Ему так сильно хотелось помочь бедняге, что он приказал собственной сущности полететь вперед и соединиться с душой изувеченного мальчика. Арон слышал, что такие вещи возможны на другой стороне Пелены, но понятия не имел, как это делается.

Совершенно неожиданно у него все получилось.

Две души встретились, и незнакомец отчетливо услышал мысленный призыв Арона. Душа мальчика покорно вернулась в тело — свою искалеченную оболочку, а в его глазах блеснула искорка жизни.

Арон с облегчением закрыл глаза и несколько раз глубоко вздохнул. Его сердце снова забилось в обычном ритме, а изувеченный мальчик и окруженная кострами повозка исчезли из виду.

Через несколько секунд Арон открыл глаза и увидел место, где сейчас находилось его собственное тело — да так отчетливо, как это возможно только на другой стороне Пелены. Рядом потрескивали костры, а от дальней стены амбара доносилось шипение животного жира, который использовался для разведения огня. Арон принялся изучать деревянные опоры укрытия. Сейчас он видел все гораздо лучше, чем при дневном свете, и мог даже рассмотреть извилистые ходы, проложенные насекомыми в старой древесине.

Еще несколько лет, и столбы рухнут… — рассеянно подумал Арон.

Он совсем забыл, что на другой стороне Пелены кто угодно может услышать твои мысли.

— Боги всемогущие! — прогрохотал совсем рядом чей-то оглушительный голос. — Ты точно не Безмолвный!

Арон повернулся в ту сторону, откуда шел звук, и похолодел: над ним нависало чудовище раза в три выше человеческого роста! Монстр состоял не из плоти и крови, а из молний, дождя и ветра.

И это жуткое создание тянуло свои ручищи к Арону. Мальчик закричал и отшатнулся, но чудище продолжало приближаться.

Сейчас он схватит меня и убьет грозовым вихрем!

Арон собрал всю энергию и с громким криком ударил страшное существо в обвитые молниями руки, а потом пнул его в колени. В тот же миг тело мальчика содрогнулось от сильнейшей боли, в голове что-то взорвалось, а из глаз посыпались искры.

Монстр качнулся и попятился назад. Сквозь пелену в глазах Арон увидел, как ужасное создание растворилось в воздухе — словно его поглотили какие-то сверхъестественные силы. В ту же секунду мальчик почувствовал, что на него навалилось что-то тяжелое, и, оглянувшись назад, увидел распластавшееся на земле тело Стормбрейкера.

На белоснежной коже Брата Камня плясали маленькие искорки, его плащ дымился, а серая шевиль так ослепительно сверкала, словно из последних сил старалась удержать душу ее хозяина в телесной оболочке. И — о боги! — изо рта и носа Стормбрейкера тонкими струйками сочилась кровь!

Я убил его. Убил силой мысли!

Не успел Арон толком осознать то, что случилось, или подумать о своих дальнейших действиях, с дороги послышалось громкое завывание. Арон продолжал видеть все так же отчетливо, как днем, вот только цвет окружающих предметов был не совсем обычным.

Смутная тень поднялась над пятачком выжженной травы у обочины дороги и медленно приняла очертания детского тела.

Дитя расы фей!

Глаза ребенка вспыхнули, а тело облачилось в простую домотканую рубашку, какие обычно носят девочки из бедных семей. В следующее мгновение дитя обрело длинные, ниже плеч, темно-каштановые волосы.

Малышка посмотрела по сторонам и, спотыкаясь, поковыляла к укрытию.

— Мама?

От этого жалобного крика у Арона перехватило дыхание. Он прижал одну руку ко лбу, а второй крепко сжал серебряный кинжал. Вот оно — то, о чем недавно говорил Стормбрейкер! Арон сейчас своими глазами наблюдал появление маны. На другой стороне Пелены вещи всегда предстают в своем истинном свете…

— Мама!

Внезапно Арон почувствовал, что его правую руку (ту, в которой он держал кинжал) сжала какая-то невидимая сила; однако, ударившись о серебряный клинок, сокрушительная энергия рассеялась.

Серебро. Спасибо Брату Камня за серебро!

Девочка, пошатываясь, брела к укрытию, и ее облик менялся на глазах.

Очертания тела расплылись и заколебались в воздухе. Одно мгновение тело казалось сделанным из грязи, потом — из тумана и, наконец, снова из грязи. Несколько раз девочка обретала свой истинный облик, но тут же теряла его…

Отец рассказывал Арону, в каком смятении оказываются души только что умерших людей, если никто не помогает им покинуть тело. Они начинают искать то, что лучше всего знали и больше всего любили при жизни, и потому первая ночь очень опасна для людей, оказавшихся рядом с вырвавшейся на волю душой мертвеца.

Девочка — сейчас она меньше всего была похожа на человека — остановилась у стены укрытия и втянула носом воздух.

Потом малышка обернулась и увидела Арона. На долю секунды она обрела свой естественный облик — милая, хорошенькая девочка в грязной рубашонке и с растрепанными косичками… Арон вспомнил собственных сестренок, и сердце болезненно сжалось. Больше всего на свете мальчику хотелось сейчас обнять бедняжку, успокоить и попытаться объяснить, что с ней сотворила горная кошка…

Девчушка пристально посмотрела на Арона, и в ее глазах вспыхнул хищный блеск.

Она снова шумно втянула ноздрями воздух.

Голубые глаза девочки внезапно стали тускло-желтыми, хорошенькое личико исчезло, и сейчас перед Ароном был только голый череп с желтыми огнями в пустых глазницах. Гремя костями, скелет двинулся к мальчику, а еще через несколько мгновений он превратился в бесформенное, сопящее и брызгающее слюной существо.