Черно-белая война - Игорь Ковальчук

Тайарна Эмит мучительно покраснела. У нее были глаза совершенно честного человека, искреннее лицо, и Мэлокайн сразу понял, эта девушка – из тех Блюстителей Закона, которые не притворяются и не кривят душой, они и в самом деле верят в то, что строго следуют закону, не допускают никаких отступлений от кодекса и не умеют лгать. Своим смущением она признавала правоту пленника вернее, чем кивком головы. И тем более странным ему показалось его положение. Вот уж, в самом деле, похищение человека – это преступление. Чтоб законники совершали преступления и прекрасно понимали, что они делают, но упорствовали? Где это видано?

– Я… Я ничего не обязана вам объяснять. Хотя вы могли бы быть нам благодарны, что находитесь сейчас здесь… а не на Черной стороне, как все ваши родственники.

Улыбка мгновенно испарилась с его лица.

– Мои родственники? На Черной стороне? Что они там делают?

– Это их дела с черными, – уклончиво ответила Тайарна. Даже не приглядываясь, Мэлокайн отчетливо почувствовал – она скрывает нечто весьма значимое.

– Однако вы в курсе. Не скажете?

– О чем? Я ничего не знаю. И знать не хочу. Но прекрасно знаю, что вы, сударь, браконьерствовали на Черной стороне, и многие тамошние маги на вас весьма злы.

– Я не браконьерствовал, – сухо поправил Мэлокайн. – Я исполнял свои служебные обязанности.

– Вам никто не приказывал работать на Черной стороне.

– Сударыня, есть и спать мне также никто не приказывал. И старушек переводить через дорогу, и отчислять деньги на благотворительность – тоже. Однако это считается гражданским долгом каждого центрита. А вы знаете, что и на Черной стороне встречаются вырожденцы, которые весьма опасны?

– Вы издеваетесь?

– Нисколько. В чем вы видите издевку? Разве я неправду говорю?

– Вы не выполняете распоряжения ваших непосредственных начальников, ликвидатор. Для вас это новость? Зачем вы ликвидировали Фрэна Таллара, сына Оры Тиссаи?

– Вы не хуже меня знаете, что он был вырожденцем, – негромко ответил Мэлокайн и попытался пошевелиться. Веревки врезались в тело и, несмотря на то что эластик, которым были перевязаны его запястья, не пережимал их, пальцы уже онемели. – Но если вы об этом не знаете и считаете меня убийцей, почему же в таком случае Блюстители Закона не возбудили против меня уголовное дело? Почему не привлекли к ответственности? – Тайарна невольно опустила глаза. – Вы и сами прекрасно знаете, почему так, мадам. Потому что ваш родственник был вырожденцем, и я его не убил. Я его ликвидировал. Вы и сами говорите об этом.

Тайарна долго молчала. Так долго, что Мэлокайн успел заметить – у него затекли не только руки, но и ноги.

– Сударыня, может, раз уж такой у нас пошел долгий разговор, вы хотя бы развяжете меня? Я не собираюсь на вас кидаться. У меня вообще нет привычки кидаться на женщин.

Она долго колебалась, поглядывала то на него, то на дверь. Потом наконец неуверенно предложила:

– Я могу развязать вас, если вы пообещаете, что не попытаетесь бежать.

– Очень обтекаемая формулировка. Меня будут держать в плену, а я не буду пытаться сбежать?

– Вы не в плену. Просто… задержаны…

– Хм… Разница как-то ускользает от меня.

– Тем не менее она есть. – К Тайарне вернулось присутствие духа. – Если мы сейчас придем к соглашению, я вас немедленно отпущу.

– А если не придем?

– Вас задержу уже не я. – Тайарна смотрела на ликвидатора исподлобья, весьма мрачно. Она вдруг начала нервничать, отвела глаза, провела ладонями по бедрам, будто они вспотели. – Ладно. Давайте договоримся так – я сейчас вас развяжу, вы не будете пытаться сбежать, и если мы не придем к соглашению, вы дадите мне связать вас эластиком. Идет?

Мэл задумался, но ненадолго. Уж больно затекли руки.

– Ладно. Идет. И вообще, на мне же блоки. Что вы волнуетесь? В крайнем случае всегда сможете применить магию.

Тайарна подошла, наклонилась над пленником. От нее слабо пахло духами – аромат странный, необычный, но приятный. Ликвидатор заметил, что девушка слегка накрашена – краской тронуты веки и ресницы. До того, как стал жить с Морганой, он не заметил бы этого, хоть убей. Но его сестра и одновременно супруга с таким интересом и восторгом осваивала центритскую косметику, с такой настойчивостью рвалась поделиться с Мэлом своей радостью, посвятить его в женские тайны, что ликвидатор волей-неволей научился замечать подобные мелочи. Особенно если желал заметить. Здесь же сыграло роль то, что Тайарна, похоже, не очень хорошо умела пользоваться косметикой – краску она наложила небрежно.

Она сперва пыталась распутать узлы, а потом просто перерезала веревки. Мэлокайн с облегчением размял запястья, потом икры. Сел на кушетке.

– На столике вино, – сказала девушка, не оборачиваясь. – Можете налить себе.

– Благодарю. Думаю, стоит сперва закончить разговор. Какое же соглашение вы хотели мне предложить?

– Не совсем соглашение. – Тайарна Эмит поджала губы и сразу стала очень официальной. – Я хотела поставить вас в известность, сударь, что в Асгердане запущена в действие Программа генетического преобразования…

– Ну и манера изъясняться у вас, сударыня. Запущена… Что запущено? Программа генетического преобразования?

– Именно.

– Я ничего не понимаю. Почему «генетического»?

– Пожалуй, лучше, если я объясню с самого начала.

– Да, пожалуй…

– Вы как ликвидатор не можете не знать, что вырождение – бич современного общества бессмертных.

– Ну… – с сомнением протянул Мэл. – Тут можно поспорить. Я бы сказал, что в год под колесами автомобилей гибнет куда больше людей, чем я ликвидирую.

– Я прошу вас не перебивать меня. – Тайарна покраснела. – В лабораториях Блюстителей Закона были проведены исследования… Они начались уже давно, не надо фыркать. И было выявлено, что склонность молодого бессмертного к вырождению связана с фактором генетической совместимости его родителей. Вообще этот фактор необычайно важен, он определяет очень многое.

– Что ж, – раздумчиво протянул Мэл. – Я, пожалуй, даже склонен согласиться. Хоть и не на все сто процентов.

– Помолчите, сударь, я еще не закончила. В связи с этим и была запланирована Программа генетического преобразования. Если проще – Генетическая программа.

– То есть…

– Программа по подбору пар. Что тут сложного?

– По подбору пар? Мы что, кролики?

– Кролики или не кролики – ради блага собственного потомства можно пойти и на некоторые неудобства, – зло ответила Тайарна. – Блюстители Закона выделяют тех, чья генетика достаточно хороша, и составляют из них пары. В этих парах бессмертные должны завести одного ребенка. Они могут и не вступать в брак, хотя заключение официального союза все-таки предпочтительно. Но ребенок – обязательно. Наш клан может предоставить бессмертным препараты, провоцирующие овуляцию, и…